РУССКОЕ ЗАРУБЕЖЬЕ

 

ИЗ ЖИЗНИ РУССКИХ В ФИНЛЯНДИИ

Исполнение прощальной песни
откладывается

1

Данные статистики 1987 г. давали основания полагать, что дни русской диаспоры в Суоми сочтены. К тому времени если не дети, то внуки беженцев из России полностью интегрировались в финское общество. К примеру, Георг Доливо, внук генерала С.С.Добровольского, был директором Шведского театра, потом координировал проект «Хельсинки столица европейской культуры 2000 года», в настоящее время возглавляет отдел культуры города Эспоо. Четверть века с неизменным успехом выступает на финской эстраде певец Кирка выпускник русской Табуновской школы Кирилл Бабицын. Другой известный финнам певец, Виктор Клименко, родился на юге России, в Финляндию попал ребенком во время Второй Мировой войны. Имя нынешнего министра труда Tarja Filatov; родители ее переселенцы из Красного Села (Кюреля), где русские жили почти два столетия, вплоть до Зимней войны. Фамилию Bogomoоloff носит председатель правительства города Хельсинки; посол Финляндии в Люксембурге Fedorov, тоже, видимо, имеет русские корни. Сама за себя говорит и фамилия пресс-секретаря нынешнего президента страны Romantstuk.

Бывший председатель Русского культурно-демократического союза В.Бураков так обрисовал состояние русской диаспоры 80-х годов: «По мере того как люди старели, работа все больше глохла. Замены не получилось. Главная причина ассимиляция: у моего брата четыре сына, ни один из них по-русски не говорит. Молодежь не желает говорить по-русски, еще меньше желает входить в РКДС».

Положение коренным образом стало меняться после выступления президента Мауно Койвисто, предложившего в апреле 1990 г. распространить право репатриации на ингерманландских финнов, предки которых переселились в XVII веке на земли, отвоеванные Швецией у России. В результате Северной войны Ингерманландия так шведы называли территорию будущей Петербургской губернии вошла в состав России. Основанный Петром I Санкт-Петербург окружали преимущественно финские деревни: по переписи 1897 г. финноязычное население Санкт-Петербургской губернии насчитывало 210 тысяч человек.

Революция, большевистская коллективизация, ссылки 30-х годов, война и разных лет циркуляры, дискриминирующие ингерманландских финнов, привели к губительным последствиям. Распыленная по необъятным просторам Советского Союза финская диаспора стремительно уменьшалась: если при переписи 1959 г. в стране проживало 93 тыс. финнов, то к 1970-му их число сократилось на 8 тысяч, девятью годами позже перепись зафиксировала 77 тыс. финнов, из которых только 40,9% назвали финский родным языком. По данным последней советской переписи, в 1989 г. численность финнов в СССР уменьшилась до 67 тысяч.

2

Если первые репатрианты из СССР переселялись в Финляндию в благоприятный в экономическом отношении период, то уже через несколько лет ситуация резко изменилась: никем не ожидавшийся кризис экономики охватил страну. Естественно, переселенцы с территорий бывшего Советского Союза по приезде в Финляндию стали в основном пополнять ряды безработных. Ситуация усугублялась тем, что, в отличие от первых лет, все больше стало приезжать семей, в которых никто не владел финским языком.

Мигрантов-первопроходцев встречали в Финляндии с интересом и большим сочувствием, с наступлением же экономического кризиса и увеличением потока переселенцев отношение к приезжающим стало меняться: обнаружилось, что рабочих мест в стране катастрофически не хватает. «90% прибывших из России ингерманландцев по языку и национальному самоопределению совершенно русские», с удивлением писала популярная столичная газета. Уже в 1995 г. тогдашний министр труда Лийса Яаконсаари высказала сомнения в правомерности приема ингерманландских финнов: «При проведении политики репатриации нужно бы исходить из первоначального смысла... Репатриант это человек, который возвращается в страну, где когда-то жил». В 1999 г. бывший президент Мауно Койвисто, оценивая результаты репатриации, призвал учитывать в дальнейшем то обстоятельство, что приезжающие в страну репатрианты в большей мере русские, чем финны.

Утверждение газеты, что 90% прибывших российских ингерманландцев «совершенно русские», это, вероятно, эмоциональное преувеличено. Хотя язык и определяющий показатель национальной принадлежности, нельзя сбрасывать со счетов историческую память и внутреннее самоощущение человека. Правда, под влиянием внешних обстоятельств очень хрупкое национальное самосознание, не подкрепленное знанием языка родителей, может совершенно исчезнуть. Бывает и так, что потомок российских финнов, переселившийся в Финляндию с искренним стремлением возродить в себе «финскость», осознаёт в Суоми, что он русский по воспитанию, по духу и привязанностям.

Неблагодарное дело вычислять долю русских в общей массе переселенцев из бывшего Советского Союза. Одно ясно: для коренных жителей страны человек, говорящий главным образом по-русски, будь в нем хоть 100% финской крови, остается русским. Хорошо подметил репатриант первых лет журналист Сантери Пакканен: «В России уменьшается число финнов, в Финляндии становится все больше русских».

Что послужило основанием для решения предоставить ингерманландским финнам право переселяться в Финляндию? Существуют два объяснения. «Циники» утверждают, что во всем виноваты экономисты, прогнозировавшие большую нехватку рабочей силы в ближайшие годы, и поэтому власти открыли калитку российским финнам. «Моралисты» объясняют шаг президента «долгом чести Финляндии», испытывавшей комплекс вины за трагически сложившуюся судьбу ингерманландских финнов. Видимо, правы и те и другие: при принятии решения не могли не учитывать экономический фактор, заодно решалась и моральная проблема.

Репатриация ингерманландских финнов началась без принятия каких-либо правовых актов. Первые два года можно было, приехав в страну в качестве туриста, сдать в полицию документы на оформление вида на жительство. Для получения статуса репатрианта достаточно было, чтобы из четырех дедушек и бабушек хоть один был финном по крови. При таких требованиях трудно ожидать от человека как знания финского языка, так и финского национального самосознания. Если один из супругов в какой-то мере и владел финским до переезда, домашним языком семьи в Финляндии все равно, как правило, остается русский, а если это эстонско-ингерманландская семья эстонский.

Вскоре не зафиксированные законодательным актом условия приема переселенцев стали меняться: с осени 1992 г. отказались от практики предоставлять вид на жительство лицам, прибывающим в Финляндию по туристической или гостевой визе; статус репатрианта с тех пор можно получить лишь в финском консульстве страны проживания. Четырьмя годами позже ужесточили критерии отбора кандидатов в репатрианты: четвертинки финской крови стало недостаточно, желающему переселиться в Суоми требуется теперь представить подлинные документы, свидетельствующие, что финнами были двое из его дедушек и бабушек. Хотя некоторые высокопоставленные чиновники и призывали ввести дополнительное требование к желающим репатриироваться (знание финского или шведского языка), на такое ужесточение власти не пошли. Обошлись тем, что организовали для отъезжающих в Финляндию обязательные краткосрочные курсы и установили квоту приема репатриантов 1,5-2 тысячи в год.

3

Спустя 11 лет после заявления Мауно Койвисто в Финляндии проживает, по разным оценкам, 20-30 тыс. человек с родным русским языком. Это второе по численности языковое меньшинство. Переселенцы из бывшего СССР не однородная группа: наряду с ингерманландскими финнами она включает потомков «красных» и американских финнов. В страну приехали как люди, защищавшие ее во время войны и отсидевшие по 20 лет в советских лагерях, так и бывшие советские партизаны, воевавшие в тылу финской армии. Родину деда предпочел Украине внук руководителя Карельской трудовой коммуны Эдварда Гюллинга, расстрелянного в СССР в 30-е годы. Дочь известного функционера КПСС О.В.Куусинена Рийкка Куусинен переселилась на 85-м году жизни из Москвы в хельсинкский дом престарелых, где и закончила свои дни, успев получить решение о восстановлении в гражданстве Финляндии.

Далеко не все переселенцы стали гражданами Суоми; в отличие от Израиля, Германии и Греции, репатрианты в Финляндии могут ходатайствовать о получении гражданства после пяти лет проживания в стране, и сама процедура рассмотрения заявления занимает не меньше трех лет. Это затягивает и так нелегкий процесс интеграции новоприбывших, так как многие переселенцы, особенно из приграничных с Финляндией территорий, продолжают жить как бы на два дома, сохраняя прописку и жилье в России или Эстонии. Поездки на выходные в Выборг, Петербург или Таллин для некоторых становятся привычным и регулярным занятием. Телевизор с российскими программами, современные средства коммуникации, довольно обширный круг говорящих по-русски знакомых (бoльшая часть репатриантов живет в «Большом Хельсинки»), широкий выбор русских газет, журналов и книг в библиотеках все эти приятные и полезные сами по себе вещи вряд ли способствуют адаптации переселенца, особенно если он не знает финского языка и сидит без работы.

С большими трудностями столкнулись приехавшие с родителями подростки. Особенности психики переходного возраста и в нормальной обстановке сказываются на взаимоотношениях детей с миром взрослых; оказавшись же в экстремальной ситуации (страна новая, язык незнакомый, в школе проблемы), далеко не всякий ребенок может адекватно оценить положение, справиться с трудностями.

Года три назад финская полиция сообщила, что в преступлениях, вызванных наркоманией, замешано примерно 50-60 молодых переселенцев из бывшего СССР. Статьи об ингерманландской молодежной преступности запестрели на страницах финских газет. Многие репатрианты восприняли публикации как необъективные, возбуждающие национальную неприязнь. Фактической стороны дела никто не отрицал, но удивляло то, что преступность, связанную с употреблением наркотиков, пытаются представить как завезенную с «Востока», а не рассматривают ее в контексте общеевропейских и общефинских проблем. Чуть позже в крупнейшей газете страны появилась статья, автор которой, не лишенный памяти журналист, напомнил коллегам и согражданам, как возмущались в Финляндии 30 лет назад в связи с тем, что в Швеции, куда в поисках работы перебрались 300 тыс. финнов, пресса регулярно писала о финской преступности, хотя подавляющее большинство переселенцев честно работали и были в ладу с законом.

Весной этого года в «Хельсингин саномат» появилась статья о подростках, грабящих ровесников в центре столицы. По данным полиции, интернациональные подростковые группировки насчитывают от 50 до 100 человек. Любопытно, что среди 92 пойманных полицией малолетних грабителей не обнаружилось ни одного выходца из бывшего Советского Союза. Лидировал по численности своих представителей африканский континент, второе место досталось самой Финляндии, на последнем оказались США: один малолетний правонарушитель. По мнению работников социальной службы, данные статистики свидетельствуют о результативности работы общественных организаций русских переселенцев.

4

С появлением репатриантов оживилась работа Русского культурно-демократического союза. По его инициативе в 1994 г. был создан «Форум русскоязычного населения Финляндии», объединивший большинство русских общественно-культурных организаций. Стал выходить журнал «Вестник», освещающий жизнь «помолодевшей» диаспоры. В руководство «Форума» и в редколлегию нового издания вошли как неизменные активисты РКДС, так и переселенцы 90-х годов.

Образовалось в Хельсинки и общественное объединение, связывающее свою деятельность с национальными интересами ингерманландских финнов. В начальный период некоторые представители российских финнов старались подчеркнуть, что интересы репатриантов не совпадают с устремлениями живущих в Финляндии русских: первые стремятся стать полноценными финнами, вторые сохранить русский язык и русскую культуру. Если же переселенцы, не обремененные, как правило, тягой к национальным корням, и участвуют в жизни какой-либо организации, то выбор таковой объясняется в большой мере практическими соображениями.

«Форум», просуществовав несколько лет, приказал долго жить. Причина внутренние противоречия. С его преждевременной кончиной палитра культурно-общественных и коммерческих объединений репатриантов не потускнела, число русских организаций даже увеличилось: русский клуб «Садко», объединение «Природа и здоровье», союз художников «Триада», Объединение русскоязычных литераторов, Молодежный прогрессивный театр танца, Русский театр в Финляндии, Финская лига КВН, спортивные общества «Динамо» и «Спартак», борцовский клуб «Самбо-2000», детские сады кооператива «Иделия», магазины фирмы «Сказка» вот неполный перечень столичных объединений и предприятий.

Место ушедшего в небытие «Вестника» заняла газета «Спектр». Кроме ежедневных передач на русском языке финского «Юлейсрадио», в Хельсинки можно круглосуточно слушать русскую коммерческую радиостанцию «Спутник». Правда, похоже, что объявленный ею перерыв в вещании прелюдия банкротства.

Появление Финляндии большого числа русских не осталось без внимания шоу-бизнеса. Переселенцы из СССР и не подозревали, что в Суоми они смогут посещать концерты российских звезд эстрады и спектакли московских театров. Судя по заполненным залам, исполнение прощальной песни русской диаспоры в этой стране откладывается.

ЭДВАРД ХЯМЯЛЯЙНЕН


Хельсинки



©   "Русская мысль", Париж,
N 4391, 10 января 2002 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ...