"Русская мысль", N 4241,
Париж, 15/10-98

В ЭТОМ НОМЕРЕ

(Ниже - электронная версия опубликованных статей)

Материалы (электронная версия статей) выпуска газеты

представлены здесь блоками - по рубрикам

  

РОССИЯ СЕГОДНЯ

"В образовании действительно произошла перемена"

С Александром Асмоловым беседует Наталия Мавлевич

Александр Григорьевич Асмолов, заведующий кафедрой психологии личности факультета психологии МГУ, вице-президент общества психологов при РАН РФ, доктор психологических наук, профессор, с января 1992 г. - заместитель министра образования России, убежденный сторонник реформ средней и высшей школы,. 2 октября подал в отставку. Причиной этого шага Асмолов назвал принципиальное несогласие с программным выступлением нового министра образования В.М.Филиппова.

 

- Александр Григорьевич, как вы, ученый, психолог, стали государственным чиновником столь высокого ранга и каковы были основные направления вашей деятельности?

- 21 июля 1988 г. меня пригласил тогдашний министр Геннадий Алексеевич Ягодин, и вскоре я стал главным психологом Госкомитета СССР по образованию. Это был горбачевский период - началось массовое хождение профессиональной интеллигенции во власть. Ягодин организовал уникальную группу - главный социолог, главный эколог и главный психолог. Моими коллегами по комитету были Овсянников и Кавторадзе - блестящие специалисты международного класса, университетские профессора.

Мы взялись за программу, рассчитанную на долгие времена. Уже тогда я начал понимать, как наивны попытки ввести психологию в тоталитарную систему образования. Вот я, доцент психфака МГУ, пришел к Ягодину и стал ему говорить, что надо любить Выготского, Леонтьева - великих психологов. Он посмотрел на меня и сказал, что я какой-то странный. Однако после моего длинного рассказа, как нужна учителям психология, спросил: "За два месяца можешь сделать из учителей психологов?" Я обиделся, сказал, что это несерьезный разговор. Тогда он говорит: "А за семь?" - "За семь только недоноски рождаются". Наконец он предложил девять месяцев - так появилась система курсов психологии для всех учителей России. А потом, в 1991-1992 гг., я предложил идею перехода от унитарной системы образования к вариативной.

- В чем суть вашей системы?

- Я долгое время работал над историко-эволюционным подходом к психологии, эти мои работы направлены против формулы Дарвина "выживет выживший". Я считаю, что в истории культуры работает не дарвиновская эволюция, а другая - не эволюция селекции, а эволюция вариативности, такая, о какой говорили Вернадский, Петр Алексеевич Кропоткин и другие.

И образование может идти двумя путями: оно направлено либо на уничтожение индивидуальности - так и происходит в культурах тоталитарного типа, когда образование превращается в простую матрицу, - либо на поддержку вариативности, на развитие личности. На самом деле тут речь идет не столько об образовании самом по себе, сколько о мировоззрении, об идеологии. Кстати, в вашей газете в этом году концепция вариативного образования была подробно изложена в статье Дмитрия Юрьева "Мыслящий тростник" ("РМ" NN4193-4194), где говорилось именно об идеологической значимости этой проблемы.

С 9 января 1992 г., после краха советской империи, я стал заместителем министра и начал работать с Эдуардом Днепровым. Это был второй из министров, с которыми мне пришлось иметь дело. Третьим был Ткаченко, четвертым - Кинелев. Именно он первым начал сближение с Думой и пытался пригасить новые программы: Дума уже готовила националистическую концепцию образования.

После долгих боев, не под-, а надковерных, в прессе, произошло то, что я считаю нашей победой: наша программа одержала верх. Меня поддержал Александр Николаевич Тихонов, который стал в феврале этого года самым трагическим министром образования в истории. За короткий срок он был дважды назначен на пост и трижды снят. Назначил его Черномырдин за три дня до того, как его самого сняли. Потом он долго ждал, будучи и.о., пока придет и утвердится Кириенко; потом опять решался вопрос, будет ли Тихонов с его программой реформ министром или нет. Несмотря на все сложности, Кириенко кандидатуру Тихонова принял. Но ушло и правительство Кириенко, и на этот раз правительство Примакова фигуру реформатора отбросило.

- Что произошло после отставки Тихонова?

- Сейчас утвержден министром образования Владимир Михайлович Филиппов. После его программного выступления 1 октября, где он сказал о необходимости тесного контакта с думским комитетом по науке и образованию, я тут же написал заявление об уходе. Во главе этого комитета стоит Иван Иванович Мельников, один из самых близких соратников Зюганова, бывший секретарь парткома МГУ. Приход Филиппова стал для меня четким знаком, что программа, с которой выступил Геннадий Зюганов при назначении премьера, начала уверенно реализовываться. Старое большевистское правило гласит: хочешь взять государство - возьми школу. Дело не в самом Филиппове как личности, но, хочет этого Владимир Михайлович или нет, его пригласили на определенную социальную роль - осуществить реванш национал-"патриотического" блока в образовании. Возможность таких событий я прогнозировал в мае 1998 г. в своей записке "Победа Кириенко и реванш национал-патриотических сил в сфере образования", которую подал в правительство.

- Никакой реакции не было?

- Реакция была - было сброшено правительство. Пока мы будем глухи к социальной мотивации людей, пока либеральные государственные деятели будут называть себя профессионалами, но не политиками, их ждет реванш. Мой уход вполне логичен в этой ситуации. Он просто доказывает, что реванш произошел.

- Кажется, круг замкнулся. Все помнят указ президента России номер один.

- Да, Ельцин начал именно с образования. Этот указ называют указом обманутых ожиданий, я же считаю, что президент сделал очень много, показав приоритетность образования в обществе.

- Что же, мы вернулись в ту же точку? Опять нужен указ номер один? Из-за того, что прежний провисал?

- Вы не правы. Он не провисал. Был принят довольно прогрессивный закон, была наша программа реформ. Если придут серьезные люди, они будут реализовывать именно ее: они никуда не уйдут от идеологии вариативного развивающего образования, от психологической службы в мире образования и, главное, от ощущения той внутренней свободы, которая родилась в душах многих учителей. Вот уж воистину формула "не хлебом единым" сегодня является символом той миссии, которую, несмотря ни на что, выполняют учителя в нашем обществе. Родилась школа "с необщим выражением лица". Все это сделано, выстрадано, но оставаться в министерстве, которое хотят превратить в штаб выборной кампании КПРФ, значит идти против своего понимания движения истории. В сознании все время звучат строки Александра Галича: "Все молчальники вышли в начальники, потому что молчание - золото. Ах, как просто попасть в палачи - промолчи, промолчи, промолчи". Мог ли я в этой ситуации остаться молчальником....

В образовании действительно произошла перемена, и прежде всего она произошла в сознании учителей. Когда мне говорят: ой, кризис, ой, тяжело, - я строго различаю: да, есть экономический кризис, который бьет по школе, но кризиса образования нет!

Вообще, знаете, я счастливый человек. Мне с самого начала везло с учителями. Моим учителем был замечательный писатель Владимир Тендряков, а моей школой стал его дом в поселке Красная Пахра, где бывали Галич, Войнович* это мир, в котором я рос. А профессионально я принадлежу к научной школе известного во всем мире психолога Льва Семеновича Выготского и его учеников А.Н.Леонтьева и А.Р.Лурии. Я всегда мечтал, чтобы психология стала центральной наукой в этом мире, соглашался с Вернадским, который говорил, что мы живем "в психозойскую эру". И мои мечты осуществляются. Мне удалось достичь того, что фигура школьного психолога больше не напоминает улыбку Чеширского Кота: улыбка есть, а кота нет. Сегодня психолог имеет реальное влияние. В общем, я остаюсь эволюционным оптимистом.

- Можно ли назвать какие-то принципиальные перемены, произошедшие в области образования за последние годы?

- Во-первых, за эти годы, как я сказал, появилась психологическая служба. Практическая психология стала элементом школьной системы - а это 70 тысяч школ, 21 миллион детей. А главное - психологией стали интересоваться, к ней потянулись учителя.

Во-вторых, произошел переход к вариативному образованию: оно понимается теперь не как набор знаний и навыков, а как расширение возможностей личности. Мы перешли от тотальной модели к модели развивающего образования. Именно это вызывает бешенство. Это образование с акцентом на развитие, а не на дрессуру, оно не вырабатывает роботов, манкуртов. Создается то, что я назвал бы школой неопределенности, которая учит принимать решения в меняющейся ситуации, а не носить с собой защечный мешок знаний с готовыми рецептами на все случаи жизни. Вариативное образование живет! Лицеи, гимназии - все это пошло по России, посмотрите, они есть! Более того, появились школы-лаборатории, где преподают вузовские профессора. Открылись частные школы, разрешено семейное образование, чтобы каждый мог "в Летний сад гулять ходить". Я широко ввел по всей России экстернат.

Третье: за эти годы мне удалось - под крики "ату его, ату!" - издать более 400 миллионов экземпляров новых учебников. Самый тяжелый бой шел за учебники истории и литературы. Я получал удар за каждую строчку Ахматовой, Цветаевой, особенно Бунина, в курсе литературы.

- Кто же с вами воевал?

- Неоднократно выступал, например, директор Института мировой литературы Феликс Кузнецов. Он и несколько его коллег-единомышленников были инициаторами слушания в Думе, где меня ругали за учебники истории и литературы и даже обозвали духовным террористом - я ношу это имя с гордостью.

Появились серии веселых учебников, которые мотивируют ребенка. Например, учебники типа "Бизнес крокодила Гены" Эдуарда Успенского. Или "Сказка о правах человека" Андрея Усачева, где ребенку в первом классе дают представление о Декларации прав человека. Это тоже вызвало аллергию, были бешеные нападки. Но учебники эти есть, и сейчас трудно будет повернуть все вспять* хотя в жизни все бывает, мы помним фашистскую Германию - как быстро менялась обстановка*

Наконец, сегодня - ренессанс философской, социологической, психологической литературы. Книги Померанца, Лихачева, Бахтина, Лотмана перестали быть достоянием только обитателей башни из слоновой кости. Я рекомендовал их всем циклам гуманитарного образования в высшей школе.

Я хотел бы и далее заниматься прежде всего содержанием образования, но не пришлось. Инертная плановая модель социалистической экономики, подчиняющаяся принципу "распределяй и властвуй", вступила в противоречие с новой моделью вариативного образования, и пришлось заняться разработкой организационно-экономических механизмов. Будучи психологом, я пустился в плавание непривычное: собрал экономистов и вместе с Тихоновым сделал новую экономическую модель образования.

Сегодня реформа - это прежде всего реформа управления образованием. Но каждый шаг в этом направлении становилось делать все труднее и труднее. Сопротивление Думы нарастало. Между тем, реформу поддерживают уже 20% ректоров вузов, ее приняли многие руководители образования регионов. Через управление мы можем менять реальность. Ведь министерский документ - это алгоритм жизни для больших социальных групп. Воспользоваться языком бюрократии, а не поэзии, чтобы на ее языке дать вещи, меняющие ментальность, - это непростая задача.

- Но, кроме языка, нужно и ухо. Кто будет все это принимать и исполнять? Колоссальная армия воспитанных по-советски учителей?

- Среди этой армии есть уникальные учителя! Если б вы знали, сколько среди них замечательнейших людей, которые, несмотря ни на что, едут слушать Давыдова, Амонашвили, лучших педагогов. Вперед вырвались детские сады и начальная школа. В 30% начальных школ произошел переход от традиционных к новым системам. Еще раз говорю: я счастливый человек!

- Часто приходится слышать два довода против новой школьной системы. Первое: раньше была единая школьная программа, единые требования, а теперь появилось десять учебников по каждому предмету - поди разберись* И второе: существование частных школ, школ с особыми программами якобы способствует неравенству, расслоению общества. Что вы могли бы на это ответить?

- Начнем со второго. Расслоение общества было всегда. Когда мы говорим, что все равны, за этим стоит огромное лукавство: мы рождаемся с разными возможностями в разном социальном окружении. И как раз образование призвано сегодня выполнить уникальную функцию: оно должно обеспечить социальное равенство. Информативная роль образования стоит на втором плане, а главное - это функция социального лифта в культуре.

Мобильность, доступность и качество - вот три кита, на которых я хочу и буду строить реформу образования в России. Надо дать возможность выбора разным людям. И есть организационно-экономический механизм, позволяющий решить эти задачи.

Теперь о первом возражении. Да, есть разные учебники, не десять, правда, это только мечта, а пока три варианта. Перед учителем и перед родителями стоит проблема выбора. Школа выбора - важная вещь. Учитесь выбирать, привыкайте думать, а не готовиться по конспектам столетней давности. Это та центральная линия, которая и дальше будет продолжаться во что бы то ни стало.

- Если я вас правильно поняла, главное противодействие этим идеям - не экономический фактор, то есть не нехватка средств, а скорее идеологический?

- Абсолютно верно. Есть огромные резервы и возможности, и средства найдутся. Это идеологическое, политическое противодействие. Сегодня, когда нет государственной идеологии, образование взяло на себя идеологическую функцию в культуре. Это понимает Зюганов, это понимают левые партии, национал-патриоты, и это всегда хуже понимали наши либеральные экономисты.

И все-таки... я внутренне уверен, что сегодняшний реванш национал-патриотических сил в образовании - это временное явление, это не изменение истории, а лишь зигзаг, и история опять выйдет с него на тот путь, который я называю путем от культуры полезности - к культуре достоинства. И у меня нет сомнений, что в самом ближайшем будущем Россия станет сильной либеральной и интеллектуальной страной.

Беседу вела НАТАЛЬЯ МАВЛЕВИЧ

Москва

(С) "Русская мысль", N 4241,
Париж, 15 октября 1998 года.

 

 

  

РОССИЯ СЕГОДНЯ

Служить или не служить?

1 октября в России начался осенний призыв в армию

Cамый страшный сон, который снится матери, имеющей сына-подростка, - сон о том, как ее любимое дитя вызывают в военкомат. Идеалистические представления, что в российской армии можно служить, исполняя гражданский долг, окончательно развеялись после войны в Чечне. Сегодня даже самые "демократически настроенные" граждане прячут своих детей от воинской службы, собирая всевозможные медицинские справки, давая взятки врачам и военным.

7 октября закон об альтернативной гражданской службе не прошел второе чтение в Государственной Думе. Мощное военное лобби, представленное в основном коммунистами, несколько лет препятствовало утверждению этого закона. Неизвестно, сколько лет потребуется на написание и прохождение в парламенте теперь уже нового проекта закона. Между тем, право на подобную службу записано в ст.59 конституции и упоминается также в новом законе о воинской обязанности, принятом 6 марта 1998 года. Согласно ему, призывная комиссия может направить призывника на альтернативную гражданскую службу.

Российская конституция, как известно, имеет прямое действие, но в отсутствие самого закона об альтернативной службе не очень понятно, куда должны направлять "отказников". Как правило, им приходится отстаивать свои убеждения сначала перед призывной комиссией, а уже потом в судебных заседаниях. Сотрудники военкоматов предпочитают руководствоваться полусекретными директивами Генерального штаба и, игнорируя конституцию, заявляют, что все российские граждане независимо от убеждений обязаны служить в армии.

Тем не менее за последние несколько лет около 300 юношей призывного возраста обжаловали в гражданском порядке действия военкоматов, мешающих им осуществить свое конституционное право. Примерно 30 процессов завершилось в пользу "отказников". По словам Сергея Сорокина, чей сын отказался служить в 1992 г., почти никто из призывников, за редким исключением, не оказался за решеткой. Когда "особо свирепые" военкомы желают показать, что "конституция им не указ", они подают жалобы в прокуратуру, которая возбуждает уголовные дела против "уклонистов". Пресса много писала о Вадиме Гессе, "отказнике" из Ногинска, выигравшем свой процесс. В этом году Вадим Гущин из Курска и Вадим Назаров из Сочи были осуждены и посажены в тюрьму. После того, как они обжаловали свои приговоры, их отпустили на свободу. Как правило, осужденных "отказников" освобождают по амнистии или наказывают условно.

Вполне вероятно, что прокурор Головинского суда города Москвы решил войти в книгу рекордов Гиннеса: сейчас в производстве его ведомства находится сразу три дела об уклонении от воинской службы. Слушание по одному из них - делу Алексея Быкова - состоялось 5 октября 1998 года.

История Алексея - это история молодого человека, не желающего хитрить и играть по правилам, придуманным взрослыми. "До восемнадцати лет мне не пришло ни одной повестки из военкомата, и я решил, что обо мне забыли", - рассказывает он. Но однажды ранним утром в его квартиру позвонил участковый милиционер и попросил проехать сначала в отделение милиции, а потом в военкомат. Это было в самом конце летнего призыва 1997 г., и, как потом догадался Алексей, о нем вспомнили потому, что призывной комиссии не удалось "выполнить план".

В военкомате Быкову вручили повестку и обязали через неделю явиться на сборный пункт с вещами. Эта неделя в корне изменила его дальнейшую жизнь. Он случайно узнал о существовании Антимилитаристской радикальной ассоциации и отправился туда. Активисты ассоциации рассказали о праве на альтернативную гражданскую службу и о том, как его добиваться.

После того, как в военкомате Алексею в лицо швырнули его заявление, он пошел на почту и послал заказное письмо. Потом милиционеры несколько раз привозили его силой в военкомат (однажды даже в наручниках). Обжалуя их действия, он написал жалобу в прокуратуру. Когда из военкомата Алексея привезли на сборный пункт, он сбежал оттуда. Все действия этого девятнадцатилетнего юноши - действия абсолютно свободного человека, защищающего свои права. Последние полтора года жизнь Быкова определялась жесткими рамками: от одного воинского призыва до другого. В очередной раз оказываясь в военкомате, он был вынужден проходить медицинскую комиссию. Его неоднократно признавали годным, игнорируя все его заявления. Военные предлагали Алексею прохождение службы в частях "министерств и ведомств, где исключается ношение и применение оружия". На словах речь шла о стройбате, от которого Быков отказывался, тогда как в документах призывной комиссии значилась служба в военно-воздушных силах. "Если закон об альтернативной службе будет принят, я согласен работать в больнице, тем самым принося пользу обществу", - заявлял он на призывной комиссии. Повторил он эти слова и в суде.

Судья Севостьянова внимательно выслушала все аргументы подсудимого и, видимо, была на его стороне. Казалось, что ей импонировала уверенность и простота Алексея, которого на работе и в институте характеризовали как "человека неконфликтного, спокойного, увлекающегося спортом". Прокурор же пыталась доказать, что у Алексея никогда не было никаких пацифистских убеждений, а он просто воспользовался идеологией Антимилитаристской ассоциации, чтобы "откосить" от армии. Удалившись в совещательную комнату, судья оказалась в сложном положении: сажать мальчишку в тюрьму ей явно не хотелось, но, оправдай она Быкова, был бы создан прецедент, позволяющий десяткам других юношей выбрать альтернативную гражданскую службу. Недаром она с тоской спросила у Валерия Борщева, выступавшего на суде в качестве общественного защитника подсудимого: "Когда же Дума примет закон об альтернативной службе?"

В конце концов Севостьянова выбрала компромиссный вариант - направила дело на доследование. Благо к тому имелся веский повод: военкомат возбудил уголовное дело против Быкова раньше, чем истек срок его явки на призывную комиссию. То есть, если строго руководствоваться буквой закона, Алексея никак нельзя обвинить в уклонении от военной службы. Теперь есть все основания полагать, что его дело будет закрыто еще не скоро. Аналогичный процесс Павла Нуделя тянулся около пяти лет.

Во всяком случае Алексей, который на суде отстаивал свои права не хуже профессионального адвоката, не намерен сдаваться. Вместе со своим другом Евгением Судариковым он разослал в средства массовой информации заявление, в котором дал настоящую отповедь военному прокурору столицы Александру Иванову. 17 сентября, отвечая на вопросы читателей "Московского комсомольца", Иванов заявил, что те, кто отказывается служить в армии, ссылаясь на гражданскую альтернативную службу, будут преследоваться по закону.

"Нас всех в очередной раз обманул чиновник, который за наши налоги должен признавать, соблюдать и защищать наши права. И если мы, как обычно, промолчим и проглотим сказанное, тогда грош цена нашей свободе, демократии и законам вместе взятым... Свобода - не деньги. Ее нельзя украсть. Поэтому, если однажды мы проснемся в стране, где нет места правам человека, это будет наша вина", - так пишут Алексей и Женя, наши девятнадцатилетние соотечественники.

Почему Быков и подобные ему не хотят служить в армии, почему мы, родители, делаем все, чтобы не пустить их туда?

Вот несколько цифр, которые говорят сами за себя: сегодня в России находятся в розыске 20 тысяч беглых солдат и уклоняющихся от службы призывников. С января по август 1998 г. в армии было зафиксировано 12 219 правонарушений. Число преступлений, связанных с неуставными взаимоотношениями, в этом году составляет 1349, от "дедовщины" пострадало более 2500 человек. За этот год в войсках с собой покончили 276 человек, из них в вооруженных силах - 207. По-моему, комментарии излишни.

ЗОЯ СВЕТОВА

Москва

(С) "Русская мысль", N 4241,
Париж, 15 октября 1998 года.

 

 

 

РОССИЯ СЕГОДНЯ

Генерал Макашов против "Панорамы"

Есть политические деятели, у которых много свободного времени. Они не занимают государственных должностей и не руководят партиями такого размера, чтобы руководство оными требовало достаточно времени. А членство в парламенте само по себе, как всем известно, * не такая уж и тяжелая работа. И вот, 27 сентября депутат и генерал Альберт Макашов легко нашел время, чтобы выступить в программе "Парламентский час" с обличением врагов, разжигающих национальную вражду по отношению к русскому народу.

На роль врагов на сей раз были избраны авторы книги "Политический экстремизм в России". Генерал не поленился их перечислить поименно: Александр Верховский, Анатолий Папп, Владимир Прибыловский. И потребовать от прокуратуры серьезнейшего расследования по факту выхода столь подстрекательского издания.

Здесь стоит заметить, что книга, возмутившая генерала Макашова, вышла уже более двух лет назад и, более того, давно стала предметом пристального внимания других описанных в ней деятелей. Беспокоились в первую очередь те, кто обнаружил в книге свою биографию. Скажем, долго звонил в Информационно-исследовательский центр "Панорама", где и работают авторы "Политического экстремизма", человек, представлявшийся адвокатом Алексея Веденкина (того самого, что с телеэкрана грозил после прихода к власти лично расстрелять Сергея Ковалева), и все грозился подать в суд.

А Владимир Милосердов, лидер мало кому известной Русской партии и одновременно председатель Контрольной комиссии Народно-патриотического союза России, еще два года назад действительно в суд подал. Причем свой иск о защите чести и достоинства он подал дважды * как частное лицо и как партия. Вероятно, контролировать в деятельности НПСР особенно нечего, а уж Русская партия * и вовсе не хлопотное предприятие. Так что Милосердов, в прямом противоречии со своей фамилией, до сих пор неутомимо таскает ответчиков по судам. Один иск судом уже отвергнут как полностью несостоятельный, другой * пока на пути к тому же финалу.

Исследовательская деятельность ИИЦ "Панорама" даже удостоилась прокурорского расследования. Еще в апреле 1997 года депутат Государственной Думы, член фракции ЛДПР Евгений Логинов направил в Генеральную прокуратуру запрос, в котором потребовал привлечь к уголовной ответственности авторов "Политического экстремизма" и следующей в серии книги "Национал-патриотические организации России. История, идеология, экстремистские тенденции". Обе книги (почему-то названные депутатом двухтомником) были охарактеризованы как "образцовое пособие по воспитанию ненависти к русским".

Запрос Логинова выглядел не столь запоздалой реакцией, как нынешняя филиппика Макашова. Он был поддержан несколькими национал-патриотическими газетами и подвиг-таки прокуратуру на определенные действия. А. Верховский и В. Прибыловский были 15 мая 1997 г. приглашены для дачи объяснений в Пресненскую прокуратуру. Там им было предложено опровергнуть обвинения, содержащиеся в запросе депутата. Причем не в целом, а буквально фразу за фразой. Опровержения требовались самые формальные. Типа: "я не занимался разжиганием межнациональной розни, а занимался научными исследованиями". И так по две страницы почти идентичного текста от обоих "объясняющихся".

Трудно сказать, удовлетворили ответы авторов прокуратуру или нет. Но скорее все-таки нет. 30 июня 1997 г. Пресненской прокуратурой было заведено уголовное дело по факту издания книг. Во всяком случае, так написала газета "Завтра" ("За русофобию * к ответу", ? 30(191), июль 1997), и это подтвердили по телефону председателю Московского антифашистского центра (МАЦ) Евгению Прошечкину, который как потенциальный фигурант дела (а книги выпущены при поддержке МАЦ) и как депутат (тогда) Московской Думы позвонил поинтересоваться, правду ли пишут в газете "Завтра" на сей раз.

С тех пор прошло немало времени, но никаких следственных действий никто из людей, причастных к изданию подозреваемых книг, на себе не ощутил. И это очень приятно: неслыханное по меркам современной России уголовное дело об исследовательской работе все-таки не ведется. История постепенно стала всеми забываться. И тут о ней всей стране напомнил генерал Макашов.

А между тем, за полтора года в той же серии вышли еще две книги: "Левые в России. От умеренных до экстремистов" и "Национализм и ксенофобия в российском обществе". И практически синхронно с выходом телешоу Виктора Илюхина и Альберта Макашова в "Панораму" пришел факс из той же Пресненской прокуратуры. На сей раз объяснений просили по поводу последней книги в серии и почему-то только у одного из ее авторов * А. Верховского.

Беседа его с помощником прокурора Ольгой Александровной Трушкиной оказалась не более, чем сокращенной копией объяснений двухлетней давности. Стоит заметить, что г-жа Трушкина отвергла гипотезу о какой-то взаимосвязи совпавших по времени событий и сказала, что она просто выполняет очередное поручение городской прокуратуры, полученное за две недели до этого. И с ней хочется согласиться: все-таки Верховского вызывали по поводу одной книги, а Макашов возмущался совершенно другой.

Есть ли какая-то связь на самом деле, нет ли ее вовсе * не так, наверное, и важно. Важно другое: по просьбе праздных депутатов или без таковой, органы прокурорского надзора продолжают вести вялотекущее расследование событий, в которых они и сами, судя по вопросам, задававшимся сотрудникам "Панорамы", не усматривают никакого криминала. Наивно, наверное, сетовать на разбазаривание денег налогоплательщиков. Но времени-то своего почему прокуратуре не жалко?!

Ш. Д.

Москва

(С) "Русская мысль", N 4241,
Париж, 15 октября 1998 года.

 

 

 

 

РОССИЯ СЕГОДНЯ

Переход границы вскоре придется оплачивать

Государственная Дума продолжала на прошлой неделе работу над федеральным законом "О сборе за пограничное оформление" - 7 октября он был принят в первом чтении. Уже до конца октября депутаты собираются принять этот документ в окончательной редакции, установив, что уплата данного сбора является "неотъемлемым условием осуществления пограничного контроля при выезде" из нашей страны.

Если нельзя запретить выезд, то хотя бы...

Плательщиками названного сбора станут физические лица, пересекающие границу России, а также юридические лица - владельцы перемещаемых через границу транспортных средств. Ставка сбора налога с физических лиц составляет 0,8 минимального размера оплаты труда. На сегодняшний день ставка минимальной зарплаты в России равна 84 руб. 18,6 коп. (по курсу Центробанка РФ на 12 октября 1998 года - примерно 5,3 долл. США). Так что, на первый взгляд, речь идет не об очень большой сумме. Однако следует учесть, что эта величина была установлена законом от 9 января 1997 г. и с тех пор не пересматривалась, хотя только в августе-сентябре из-за инфляции все цены выросли в два-три раза. Если же парламентарии, которые стараются выглядеть защитниками народа, настоят, чтобы с учетом падения курса рубля по отношению к доллару изменить минимальный размер оплаты труда, то сбор может оказаться для многих непосильным.

К тому же ставка сбора с других физических и юридических лиц заметно выше. С владельцев легкового, грузового автотранспорта и автобусов предполагается взимать сбор, равный 2 минимальным размерам оплаты труда. С пассажирских воздушных судов с числом посадочных мест до 50-ти - 5 минимальных размеров оплаты труда, с грузовых воздушных судов - 7 минимальных размеров оплаты труда. Ставка сбора с морских пассажирских судов с числом посадочных мест до 100 - 7 минимальных размеров оплаты труда, морских грузовых судов от 100 до 1000 тонн - 5 минимальных размеров оплаты труда, речных пассажирских судов - 2 минимальных размера оплаты труда, пассажирских железнодорожных поездов - 10 минимальных размеров оплаты труда. Законопроект предусматривает, что сбор уплачивается в рублях до выезда из Российской Федерации.

От уплаты сбора освобождаются физические лица и владельцы транспортных средств, следующие в Калининградскую область с остальной части территории РФ и в обратном направлении, дети в возрасте до 14 лет, а также инвалиды первой и второй групп. Не будут платить сбор владельцы личных легковых автотранспортных средств, являющиеся инвалидами 1-й и 2-й групп, физические лица, следующие в составе специальных групп для оказания помощи в ликвидации последствий чрезвычайных ситуаций природного или техногенного характера, физические лица - члены международных организаций, аккредитованных в России, физические лица с дипломатическими паспортами и дипломатические курьеры.

Объективные препоны на пути законопроекта

Хотя еще 31 июля президент подписал поправку к ст.11 закона о государственной границе РФ, вводящую сбор за пограничное оформление, Думе, как видим, пришлось подготовить новый законопроект, поскольку в соответствии с решением Конституционного суда все налоги и сборы должны устанавливаться специальными нормативными актами. Более того, сбор, являющийся обязательным платежом на всей территории РФ, не может взиматься, если он не упомянут в базовом законе об основах налоговой системы в РФ.

Чтобы избежать упреков в несоблюдении юридической техники, депутаты решили полностью соблюсти процедуру введения нового сбора, однако при всем старании они не смогут избавиться от критики со стороны тех юристов, которые полагают, что такой сбор противоречит декларированному в конституции РФ праву граждан "свободно выезжать" за пределы РФ и "беспрепятственно возвращаться" на родину. Не совсем ясен и механизм взимания данного сбора. Он в законе не прописан - значит, должен быть установлен правительством. Но многие опасаются, что при этом появятся еще более заметные расхождения между обязанностью уплатить сбор и правом на свободу передвижения.

Кроме того, пограничный сбор не стыкуется с протоколом N4 Европейской конвенции по правам человека и, скорее всего, уже в ближайшее время может быть оспорен в Конституционном суде. В ноябре прошлого года, признав конституционное право законодателя вводить новые налоги и сборы, КС не стал останавливаться на деталях пограничного сбора и оставил за собой право вновь вернуться к рассмотрению этого вопроса, когда будут приняты все необходимые нормативные акты, конкретизирующие "существенные элементы налогового обязательства". Так что граждане, как только их заставят платить пограничный сбор, тут же могут обращаться в КС. Долго ждать этого, судя по всему, не придется.

КИРИЛЛ ПОПОВ

Москва

(С) "Русская мысль", N 4241,
Париж, 15 октября 1998 года.

 

 

 

РОССИЯ СЕГОДНЯ

Ограничения на вывоз книг из России

Нынешние правила вывоза печатной продукции - отнюдь не какое-то диковинное новшество, они придуманы еще в советские времена, когда книга считалась дефицитом. С тех пор мало что изменилось.

До середины апреля этого года на право пересылки справочной литературы и книг, изданных до 1946 года, необходимо было получить специальное разрешение и оплатить 100-процентную от стоимости книг таможенную пошлину.

Сейчас пошлины на новые издания отменены, однако легче от этого не стало. Чтобы вывезти или переслать некоторые типы печатной продукции, надо, как и раньше, оформлять специальное разрешение. Однако сама процедура оформления этого документа стала еще более сложной и мучительной.

Без этой злополучной бумаги запрещено вывозить из России любые справочники, энциклопедии, специальные и многотомные словари, собрания сочинений, мемуары, альбомы, учебники (!), научную литературу (!).

Подобные меры входят в противоречие с международными нормами и стандартами, поскольку ограничивают право на получение и распространение информации.

Конечно, таможенная служба "с пониманием" относится к существующей проблеме, и в аэропортах редко кого останавливают с подобным "криминальным" грузом. А вот отправлять по почте перечисленные выше издания уже нельзя: почтовые служащие имеют право "первичного таможенного досмотра" и свои обязанности выполняют довольно ретиво. Как не удастся, кстати, без проблем отправить компакт-диски или видеокассеты. Работники многих почтовых отделений принимать компакт-диски просто боятся, а на пересылку кассет существуют ограничения.

Раньше разрешения на вывоз книг оформлялись специальной комиссией при министерстве культуры (экспертами были квалифицированные сотрудники Российской государственной библиотеки - бывшей "Ленинки"). Ныне эта библиотека оформляет разрешения на вывоз книжного антиквариата, а новыми книгами занимается собственно министерство культуры. "Технологически" министерство абсолютно не в состоянии выполнять подобные функции. Прием посетителей ведется четыре раза в неделю в среднем по четыре часа в день. Чаще всего прием ведет один эксперт. Так как вывоз книг, изданных даже массовым тиражом, приравнен к вывозу культурных ценностей, то в одной очереди оказываются посетители, вывозящие картины и посуду, открытки и марки, музыкальные инструменты и сувениры... Даже сувениры - матрешки и ложки - приравнены в действующем законодательстве к культурным ценностям, требующим особого порядка вывоза за границу. Надо ли говорить, какие собираются очереди! В летние месяцы даже была введена предварительная запись на прием: очереди приходилось ждать три недели. А затем дней десять заявление рассматривалось. Поразительна сама форма заявления, в которой вы удостоверяете, что книги принадлежат лично вам, что они куплены в магазине, а к заявлению обязательно прилагается ксерокопия паспорта (хорошо еще, что не ксерокопия книги, ибо, например, для вывоза картин, посуды и др. требуется цветная фотография предмета). Если вы замыслили переслать книги друзей, то документы должны быть заверены у нотариуса. И все это ради того, чтобы к списку пересылаемых или вывозимых за рубеж книг министерский чиновник пришпилил бумагу, адресованную таможенному работнику, в которой содержится глубокомысленный вывод: "Книги, выпущенные массовым тиражом, культурной ценностью не являются". Но те, кто пересылает книги, оказываются еще в терпимом положении по сравнению с теми, кто вывозит, скажем, картины, в том числе современных художников.

Стоит отметить, что все эти нелепости затрудняют работу издательств, экспортирующих книги, библиотек, ведущих международный книгообмен, научных учреждений и т.д. Спасибо хоть на том, что хотя бы таможенные пошлины на книги все же отменены. Но поздно. Умопомрачительные платежи сделали продукцию российских издательств абсолютно неконкурентоспособной. Наша таможня добилась лишь того, что крупные европейские и американские издательства, специализирующиеся на выпуске словарей, сразу же заполнили образовавшийся вакуум.

Неужели так трудно совместным решением Таможенного комитета и министерства культуры раз и навсегда признать, что книга, изданная массовым тиражом, должна беспрепятственно пересекать границу? А пока этого не произошло, чиновники будут портить свои нервы в скандалах с разъяренными посетителями, просители будут проводить свои дни в бессмысленных очередях, сталкиваясь с проявлением живучести советского "дефицитного" сознания.

КИРИЛЛ ХОХЛОВ

Москва

(С) "Русская мысль", N 4241,
Париж, 15 октября 1998 года.

 

 (Продолжение выпуска следует - см. материалы других рубрик)

Предыдущий блок материалов

ОГЛАВЛЕНИЕ НОМЕРА

Следующий блок материалов


    ....   ...      
ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ