СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ

 

П.А.Столыпин и еврейский вопрос в России

 

 

Среди злонамеренных мифов, созданных еще при жизни Петра Аркадьевича Столыпина тогдашними нашими социалистами, утвердилось мнение о нем как о юдофобе и главном на Руси погромщике. При этом никто из противников Столыпина не утруждал себя приведением каких-либо доказательств, После успешного подавления Столыпиным революции 1905 года достаточно было бросить в главу правительства оскорбительное обвинение "обер-вешатель", "истязатель крестьян", "организатор погромов" и т.д., чтобы образованное общество (во всяком случае значительная его часть) охотно подхватило эти незаслуженные оскорбления. Никому и в голову не приходило сопоставить, например, количество жертв военно-полевых судов, созданных Столыпиным для наказания схваченных на месте преступления боевиков ("дружинников"), с числом людей, погибших от рук революционных террористов: между тем, только в 1905-1907 гг. соотношение было 1:10 в пользу борцов за "светлое будущее", чьи главные "подвиги" по человекоистреблению были еще впереди...

Травля Столыпина приняла невиданный, поистине непристойный характер. Не прекращалась она даже после его убийства в сентябре 1911 года. *Погромщик Столыпин, злорадно писал по этому поводу будущий вождь мирового пролетариата, подготовил себя к министерской должности именно так, как только и могли готовиться царские губернаторы: истязанием крестьян, устройством погромов, умением прикрывать эту азиатскую "практику" лоском и фразой, позой и жестами, подделанными под "европейские"*.

Над убитым русским реформатором глумились и зарубежные единомышленники Ильича. "Смерть Столыпина заслуженная. Перед этой могилой человечество может лишь вздохнуть с облегчением... Столыпин в течение пяти лет был бичом Святой Руси, утверждала 20 сентября 1911 г. газета "Аванти", орган итальянских социалистов. И вот один встал и говорит: этому должно положить конец... Еврей, в сердце которого взошли семена ненависти его расы, поруганной, преследуемой, убиваемой, осмеиваемой. Чтоб совершить ужасную месть, он решился надеть ненавистную маску агента тайной полиции. Чтоб совершить месть, он пожертвовал своей честью. Всемогущество ненависти! Казнь не могла не удаться. Столыпин не мог ее избежать. И он ее не избежал...".

А вот какой, с позволения сказать, "некролог" поместила на своих страницах 15 сентября 1911 г. выходившая в Нью-Йорке на идиш газета "Правда": "Мы надеемся,что пуля, угодившая в Столыпина, верно попала в цель, что она выполнила назначение, что мудрая пуля освободила Россию от ее несчастья, мир от гнусного создания, человечество от великого позора. Мы не боимся и нас не пугает возможность, что человек, стрелявший в не человека (изверга), еврей; что рука, вновь поднявшая в России знамя борьбы, знамя свободы, это еврейская рука. Еврейская кровь добровольно была принесена на алтарь справедливости для того, чтобы смыть еврейскую кровь, которую убитый проливал и проливает ежедневно не ручьями, а морями. В России не найдется не только ни одной партии, которая стала бы оплакивать смерть Столыпина, нет ни одного лица, за исключением его собственной семьи, которое пролило бы хотя одну настоящую и искреннюю слезу у холодного тела николаевского министра. Мы не знаем ни одного русского, который был бы так ненавидим каждым классом, каждой партией, всяким оттенком российского общества..."

В отличие от "бесстрашных" сотрудников нью-йоркской редакции "Правды", еврейское население Киева, где Мордехай (Мордко) Гершкович (Дмитрий Григорьевич) Богров, сын крупного тамошнего домовладельца, застрелил председателя совета министров Российской империи Петра Аркадьевича Столыпина, всерьез опасалось соответствующей реакции со стороны местных черносотенцев. Откуда им, запуганным киевским евреям, было знать, что черносотенцы (в широком смысле этого слова) ненавидели Столыпина столь же яростно, как и революционеры всех мастей. Для них он был куда более опасным противником, нежели Ульянов-Ленин с Цедербаумом-Мартовым и Черновым вместе взятые, так как именно он в значительной степени определял политику правительства, вызывавшую недовольство крайне правых. Успей Столыпин завершить свою аграрную реформу, сумей он решить рабочий и еврейский вопросы история России могла бы сложиться по-другому, без кровавой диктатуры политических маргиналов.

..."Еврейское население Киева в панике". Под таким заголовком столичная газета "Речь" 7 сентября 1911 г. поместила информацию своего киевского корреспондента, в которой говорилось: "Весть о смерти П.А.Столыпина, быстро облетевшая город, усилила и без того сильную панику. На вокзале творится нечто невероятное; пробиться к вокзалу невозможно. Там скопились тысячи евреев. Отправляются двойные поезда во всех направлениях. Настроение крайне угнетенное".

Киевский генерал-губернатор Ф.Ф.Трепов принял надлежащие меры и распространил извещение, где предупредил, что "всякие насилия и беспорядки мною будут подавляемы самым решительным образом". С успокоительным воззванием выступил и "Союз Михаила Архангела", заявивший об отсутствии у него каких бы то ни было намерений мстить евреям за убийство ближайшего сподвижника императора. Черносотенцы не скрывали радости: ненавистный им реформатор, опасный либерал, разрушитель общины и других извечных устоев Святой Руси более не будет оказывать зловредного влияния на государя. Крайне правых давно беспокоила и утекавшая из правительственных кругов информация о намерении П.А.Столыпина добиваться решения весьма болезненного для России еврейского вопроса. Теперь можно было не волноваться и по этому поводу, ибо после убийства Столыпина ни у кого из министров Николая II не хватило бы смелости даже поставить перед царем этот вопрос.


К оглавлению статьи ||| Следующая часть статьи

ПЁТР ЧЕРКАСОВ

Москва

© "Русская мысль", N 4252,
Париж, 07 января 1999 г.

© "Русская мысль", N 4253,
Париж, 14 января 1999 г.

Часть 1-я

ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ....