ВОПРОСЫ ЭКОНОМИКИ

 

От приватизации к «национализации»

Правительство решило создать национальный нефтяной холдинг

25 января на совещании в правительстве у вице-премьера Владимира Булгака была поставлена точка в чрезвычайно интересном споре, предметом которого были пути реструктуризации российской нефтяной отрасли. Разделяемое практически всеми: и руководителями частных компаний, и министерскими чиновниками убеждение в необходимости дальнейшего укрупнения нефтяных холдингов привело к объединению трех неприватизированных компаний "Роснефти", "Славнефти" и ОНАКО. Новый холдинг, который уже назвали Национальной нефтяной компанией (ННК), займет четвертое место в России по объемам добычи нефти (32 млн. т) и пятое по объемам ее переработки (16 млн. т), тем самым решительно изменив соотношение сил в отрасли.

Преумножение путем сложения

Дискуссия о путях реформирования нефтяной отрасли длилась несколько месяцев. За это время выделилось две главных концепции преобразований. Первая схема предполагала интеграцию разрозненных госпакетов акций нефтяных предприятий в единую Национальную нефтяную компанию, способную на равных конкурировать с лидерами отечественного рынка. Альтернативный путь укрупнение приватизированных нефтяных компаний за счет передачи им оставшихся государственных пакетов акций предприятий отрасли был предложен самими "частниками". В этом случае мелкие компании, и так слабо контролируемые государством, передаются компаниям-флагманам, что позволит тем существенно сэкономить на издержках за счет увеличения объемов добычи и переработки нефти. В дальнейшем передел рынка мог бы коснуться и частных компаний-аутсайдеров (прежде всего НК "Сиданко"). Результатом стало бы сокращение числа нефтяных компаний с 13 до 4-5-ти, стабилизация системы поставок нефтепродуктов для государственных нужд (обеспечение регионов, сельского хозяйства, армии, "северного завоза") и усиление государственного контроля за нефтяным рынком (следить за 4-5 компаниями проще, чем за нынешними 13-ю).

Такова общая парадигма рассуждения, в которой принималось решение о реструктуризации отрасли. На практике известные различия групповых интересов вызвали конкуренцию между пятью вариантами реформы. Первый из них отстаивал министр топлива и энергетики Сергей Генералов, который, собственно, и предложил создать Национальную нефтяную компанию. Два других варианта отражали интересы крупнейших частных компаний "ЛУКойла" и ЮКОСа, каждая из которых предлагала передать ей контрольный пакет акций ОНАКО и "Славнефти" в обмен на собственные акции ("ЛУКойл" обещал государству 6% собственных акций, ЮКОС 25%). Четвертый вариант был предложен Тюменской нефтяной компанией (ТНК), просившей контрольный пакет "Славнефти" в обмен на контрольный пакет ТНК (уже сейчас 49,8% ее акций принадлежат государству). Автором последней по счету инициативы стал губернатор Оренбургской области Владимир Елагин, предложивший передать акции ОНАКО в собственность возглавляемой им обладминистрации. Сами объединяемые компании: "Славнефть", ОНАКО и ВО "Зарубежнефть" пытаются не допустить потери самостоятельности. Их союзником фактически является правительство Белоруссии, заинтересованное в сохранении своего влияния в "Славнефти", номинально остающейся совместной российско-белорусской компанией.

Наибольший интерес правительства вызвали проекты создания ННК и передачи акций ОНАКО и "Славнефти" "ЛУКойлу". Минусы остальных вариантов были очевидны. Так, передача ОНАКО под контроль оренбургской администрации совершенно не решает проблему экономии на масштабах производства, а, наоборот, закрепляет раздробленность нефтяной отрасли, да к тому же потворствует потенциальному экономическому сепаратизму. Проект ТНК касался лишь "Славнефти", в то время как для государства важно "пристроить" и остальные свои пакеты акций "нефтянки". А предложение ЮКОСа было изначально порочно ввиду весьма низких экономических показателях компании: известно, что к 1 января 1999 г. завершению срока исполнения банком "Менатеп" инвестиционных обязательств, взятых при приобретении контрольного пакета акций ЮКОСа, они так и не были выполнены. Распространились даже слухи, что в ближайшие полгода ЮКОС ждет банкротство, а его президент Михаил Ходорковский якобы уже готовится "сменить ориентацию", отказавшись от нефтяного бизнеса в пользу энергетического машиностроения.

Кто кого?

Выбор в пользу проекта ННК, сделанный премьер-министром, очевидно, основывался одновременно на доктринальных ("государственный капитализм", "активное государственное регулирование экономики", "поддержка отечественного товаропроизводителя") и конъюнктурных соображениях. Передача госпакетов акций "ЛУКойлу", еще более усилив позиции этого лидера нефтяной отрасли, спровоцировала бы новый вал обвинений правительства в коррупции и лоббировании личных интересов. При определенных условиях конкурентами "ЛУКойла" мог быть задействован даже потенциал Государственной Думы, часть депутатов которой обрушилась бы на Примакова с критикой за бесплатную передачу госсобственности частной компании (схема "ЛУКойла", как уже отмечалось, предполагала оплату акций "Славнефти" и ОНАКО не "живыми" деньгами, а лишь собственными акциями). Обратный ход отказ "ЛУКойлу" также чреват негативными последствиями для правительства, стремящегося установить рабочие отношения с гигантами отечественного бизнеса.

Как водится, немалую роль в принятии решения сыграл расклад политических и лоббистских сил в борьбе за передел собственности в нефтяной отрасли. Руководитель профильного государственного органа, министерства топлива и энергетики, Сергей Генералов и президент "Роснефти" Сергей Богданчиков выступили за создание ННК; "ЛУКойл" поддержали министр иностранных дел Игорь Иванов и ряд личных друзей Примакова; ТНК действовала через руководство "Альфа-груп", имеющей сильное влияние на Мингосимущество и ряд других правительственных ведомств; ЮКОС пользовался определенным расположением вице-премьера Владимира Булгака, курирующего промышленность в целом и нефтяников в частности.

Не случайно премьер стремился отложить болезненное для себя решение: проблема рассматривалась правительством более месяца. Огласить окончательный вердикт было поручено вице-премьеру Владимиру Булгаку. До этого он не был сторонником создания ННК и на одном из предыдущих совещаний даже пригрозил отставкой ее основному "толкачу" Генералову. Таким образом, внешне соблюдена некоторая объективность и взвешенность позиции, что должно лишить обиженных "частников" оснований для критики правительства.

Можно предположить, что "ЛУКойл" еще получит в той или иной форме моральную и материальную компенсацию за свое поражение. В этой связи обращает на себя внимание затягивание сроков создания ННК: детальные предложения по интеграции нефтяных компаний поручено подготовить только к 1 мая. Тем самым правительство зондирует реакцию "ЛУКойла" и других "частников" на принятое решение, оставляя себе возможность для отступления. Например, заявлено о желательности вхождения в новую компанию ТНК (что пока не вызвало благодарности последней, рассчитывавшей на объединение только со "Славнефтью").

Отступное для «нефтянки»

Почти одновременно с решением о создании ННК правительство приняло постановление об экспортных пошлинах на нефть. В вышеописанном контексте оно выглядит как своеобразное "отступное" частным компаниям, а также как победа Минтопэнерго в его многомесячной борьбе против Минфина за снижение налогового пресса. Согласно постановлению, ставка экспортной таможенной пошлины на сырую нефть и сырые нефтепродукты, полученные из битуминозных материалов, вывозимые с территории Российской Федерации за пределы государств участников СНГ, устанавливается в размере 2,5 евро за тонну. Пошлина вводится в действие сроком на 6 месяцев. При снижении среднемесячной цены на нефть сорта "Urals" на средиземноморском и роттердамском рынках ниже 9,8 долл. за баррель пошлина будет отменена. Если среднемесячная цена превысит 12,3 долл. за баррель, пошлина будет удвоена. Именно таких плавающих пошлин на нефть и добивались нефтяные компании, недовольные предложениями министра финансов Михаила Задорнова о введении фиксированной пошлины на экспортируемую нефть, при этом ее размер, по убеждению министра, не мог быть менее 5 евро за тонну.

Создание нового гиганта вызовет, очевидно, острую борьбу за пост ее руководителя. Потенциальным претендентом на этот пост является сам Генералов (многие наблюдатели даже предполагали, что именно этим министр руководствовался, выдвигая проект создания холдинга). Следует, однако, отметить, что проект Генералова не предполагал включения в состав ННК "Роснефти" этого добивался глава последней Богданчиков. Именно Богданчиков может стать основным конкурентом Генералова в борьбе за пост президента ННК. Кроме того, если в проекте будет участвовать ТНК, в список претендентов добавляется ее глава Семен Кукес.

МИХАИЛ ВИНОГРАДОВ

Москва

© "Русская мысль",
N 4256, Париж, 04 февраля 1999 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ....