ВОПРОСЫ ЭКОНОМИКИ

 

ВИНТОВКА РОЖДАЕТ НЕФТЬ

Борьба за власть в Чечне тесно переплетена с борьбой за нефть

Около года назад на улицах Грозного по указанию Мовлади Удугова, который в то время занимал пост первого вице-премьера и курировал вопросы государственной идеологии, заменили наглядную агитацию. Казенные плакаты советских времен с румяными голубоглазыми гегемонами под алыми стягами и лозунгами типа "Партия наш рулевой!" и "Навстречу очередному съезду КПСС!", десятки лет мозолившие глаза горожанам на фоне серого индустриального пейзажа, сменились портретами сурово-бородатых героев, увешанных до зубов калашниковыми и патронташами, и зелеными транспарантами с призывами нового времени: "Аллах акбар!", "Свобода или смерть!", "Чечня субъект Аллаха!"...

Одним из наиболее популярных стал лозунг удуговской партии "Ислам низам", что по арабски означает "Исламский порядок". Однако злоязычные грозненцы скоро превратили официальную агитку в грустную шутку:

"Ислам низам, нефть верхам".

«Золотые крантики» на нефтяной трубе

Нефть играет исключительно важную роль во всех перепетиях чеченского кризиса.

Еще осенью 1991 г., во время так называемой "чеченской революции", генерал Дудаев обещал, что после отделения от России Чечня за счет торговли своей нефтью превратится в новый Кувейт и каждый житель республики будет иметь в своем доме "золотой крантик с верблюжьим молоком". Правда, после прихода Дудаева к власти скоро обнаружилось, что добываемой в Чечне нефти не хватает даже для того, чтобы удовлетворить растущие аппетиты новых правителей и их многочисленных родичей и домочадцев. Дележ доходов от торговли нефтью явился одной из причин острого конфликта в чеченском руководстве, который в 1994 г. вылился в вооруженные столкновения между сторонниками Дудаева и формированиями оппозиции, ставшие формальным поводом для ввода в республику российских войск.

Так и не дождавшись обещанного нефтедолларового процветания, чеченцы, пережившие за восемь прошедших лет внутригражданский конфликт, "конституционную" войну и послевоенную разруху, самостоятельно принялись устраивать свои личные "кувейты". Для многих жителей республики настоящими "золотыми крантиками", которые в свое время сулил Джохар Дудаев, стали краны врезки в трубы нефтепроводов, проходящих по территории Чечни. Практически все республиканские нефтепроводы буквально испещрены самовольными врезками, через которые нефть и нефтепродукты перекачиваются из труб в цистерны и бензовозы.

О масштабах хищений свидетельствуют данные республиканских нефтегазодобывающих управлений (НГДУ): так, только в октябре прошлого года из 6276 тонн нефти, добытой нефтяниками НГДУ "Октябрьнефть", до нефтеперерабатывающих заводов дошло всего 1246 тонн. Остальная нефть более 80%! оказалась расхищена. НГДУ "Старогрознефть" из-за хищений в прошлом году потеряло около 97,8 тыс. т нефти. Из 5 тыс. тонн нефти, добываемых в среднем за сутки, хищения составляют примерно пятую часть около 1 тыс. тонн. Пик воровства пришелся на август прошлого года, когда ежесуточные хищения составили, по информации министерства шариатской государственной безопасности (МШГБ), около 3 тыс. тонн.

Чеченские нефтяники давно бьют тревогу: состояние нефтепроводов, проходящих по территории ЧРИ, ужасно, нарушена изоляция труб, которые гниют от сырости, на линиях рыщут вооруженные люди, пытаясь сделать врезки. Порой нефтяникам приходится сочетать вахту с отражением налетов вооруженных грабителей.

Полиция с расхитителями не справляется, так как при ликвидации одной самовольной врезки в другом месте появляется новая. Ежесуточно отмечаются 5-6 самовольных врезок в нефтепроводы. Аварийные бригады не успевают заваривать отверстия в трубах. Так, в нефтепроводе от нефтяной базы N2 до Грозненского нефтеперерабатывающего комбината длинной 2850 метров проделано более 300 отверстий для хищений нефти практически по одному "золотому крантику" на каждые 10 м трубы.

Нельзя сказать, чтобы власти Чечни не пытались остановить воровство, тем более что нефтекомплекс является единственной бюджетообразующей отраслью республики и хищения нефти наносят огромный ущерб государственному бюджету. В конце прошлого года правоохранительные органы ЧРИ провели очередную общереспубликанскую операцию по борьбе с "нефтяными пиратами". По информации штаба МШГБ, за четыре месяца было ликвидировано 1717 врезок в нефтепроводы, уничтожены 365 самодельных мини-завода по переработке похищенной нефти, засыпаны 1248 нефтеколодцев. За незаконную транспортировку нефтепродуктов задержано 188 человек, изъято 117 182 л нефтепродуктов, ликвидировано 529 точек по продаже поддельного бензина и т.д.

Вместе с тем сами руководители правоохранительных органов признают, что рейды и операции оказываются недостаточны эффективными. Главная причина заключается в том, что преступный бизнес, связанный с массовыми хищениями нефти, опекают влиятельные полевые командиры.

Короли и капуста по-ичкерийски

Как утверждает О`Генри, в Анчурии не было ни королей, ни капусты. В Ичкерии королей тоже нет, однако их с успехом заменяют полевые командиры. В вооруженных силах ЧРИ числятся 53 генерала: один генерал армии, три дивизионных генерала и 49 бригадных генералов. По официальным данным, один генерал приходится на 300 военнослужащих чеченской армии. Число генералов особенно увеличилось в послевоенное время: в период предвыборной кампании высокопоставленные кандидаты выдавали своим сторонникам генеральские погоны целыми пачками. Генеральские звания присваивались даже гражданским лицам, участвовавшим в организации избирательных кампаний.

Наиболее известные ичкерийские генералы живут если не как короли, то во всяком случае как удельные князья. Они имеют собственные отряды-дружины, свои "удельные земли", покупают газеты и телекомпании, соперничают за власть и сферы влияния друг с другом, не подчиняются республиканским законам и интригуют против центрального правительства. Таких полевых командиров, окруженных многочисленной охраной и живущих в настоящих дворцах, прозвали "полевыми эмирами".

Для содержания свиты и вооруженных дружин, главного источника власти и влияния в Ичкерии, "полевым эмирам" нужны немалые средства. И здесь мы переходим от "королей" к "капусте".

В отличие от выдуманной Анчурии, в реальной Ичкерии капуста растет довольно хорошо. Однако в данном контекте нас интересует не известная овощная культура семейста крестоцветных, употребляемая для приготовления салатов, борщей и пирогов, а иная, называемая также "зеленью" или баксами, которая произрастает не на огородных грядках, а из нефтяных скважин и трубопроводов.

Массовые хищения нефти в Чечне, а также незаконная переработка похищенной нефти на самодельных перегонных установках и контрабандный вывоз произведенных нефтяных суррогатов (так называемого бензина-сырца) за пределы республики является одним из главных источников финансирования "полевых эмиров". По информации правоохранительных органов республики, все чеченские нефтепроводы поделены между криминальными группировками, которые пользуются покровительством со стороны "командующих фронтами" и других влиятельных лиц. Начальник отдела по борьбе с организованной преступностью МШГБ Ичкерии бригадный генерал Магомед Кориев в интервью в местной прессе признал, что порой бывает легче схватить преступника за руку, чем потом отбиваться от его именитых заступников.

Пользуясь безнаказанностью, преступники захватывают даже нефтяные скважины и вышки. Еще в июне прошлого года Генеральная прокуратура ЧРИ возбудила уголовное дело по факту незаконного занятия "эльдаровских" нефтескважин управления "Горскнефть" крупной вооруженной группой численностью около 200 человек. Грозные прокурорские "предостережения в адрес участников незаконного захвата нефтескважин о недопустимости нарушения закона" остались только пустыми словами. В итоге к началу текущего года бандформирования захватили большинство нефтяных вышек и значительную часть фонтанирующих скважин управления "Старогрознефть". В распоряжении НГДУ осталось только 5 действующих скважин.

Дырка от «нефтяного пирога»

Многие в Чечне считают одной из главных причин нынешнего общественно-политического кризиса и выступлений оппозиции против президента Масхадова недовольство "полевых эмиров" распределением доходов за проданную нефть. Масхадову, говорят в Грозном, давно пора понять, что его режим будет стабильным только в том случае, если он пристроит влиятельных генералов-оппозиционеров на "хлебные" должности.

Однако послевоенная разруха, массовые хищения и дефицит специалистов довели республиканскую нефтяную промышленность до такого состояния, что сейчас, по мнению специалистов, речь идет не о дележе "нефтяного пирога", а о спасении хотя бы тех производственных мощностей, которые уцелели после войны.

Большинство нефтяных промыслов простаивает, основная добыча ведется из 60-65 фонтанирующих верхнемеловых скважин. В течение 1998 г. добыча нефти резко сократилась в первую очередь из-за хищений на магистральных нефтепроводах и захватов нефтескважин. Так, если в марте было добыто 120 тыс. тонн, в июне 57, в июле столько же, в августе около 30 тысяч. Всего же из запланированных 1,5 млн. т нефти в прошлом году республика получила в два раза меньше. В конце года добыча нефти и перекачка с добывающих скважин на нефтеперерабатывающие предприятия были вообще полностью остановлены из-за массовых хищений на нефтепроводах.

Нефтяники испытывают дефицит химреагентов, труб разных диаметров, электрических проводов и других материалов, необходимых для организации промысловых работ. В связи с этим бурение нефтяных скважин прошлось сократить: так, в эксплутационном бурении находятся всего четыре скважины, а в разведочном бурении работы совсем не проводятся из-за отсутствия линии электропередач.

В Грозном находятся нефтеперерабатывающие предприятия, располагавшие уникальными технологическими установками и оборудованием. В ходе военных действий 1994-1996 гг. многое было разрушено, но после окончания войны заводы в состоянии перерабатывать не только всю добываемую в Чечне нефть, но и до 6 млн. тонн в год импортной нефти. Всю чеченскую нефть можно перерабатывать на одном заводе имени Шерипова, который специально ориентирован на местное сырье. Завод производит товарный бензин А-76, уайт-спирт, дизельное топливо, высококачественные авиационные масла, экспортные парафины, топочный мазут. Однако, несмотря на имеющиеся производственные мощности, в течение последних лет в республике практикуется в основном вывоз сырой нефти, цены на которую резко упали.

Таким образом, нефтяная промышленность, являющаяся основой чеченской экономики, оказалась в состоянии глубокого кризиса, который еще более усугубляется из-за криминальной вакханалии и отсутствия средств на восстановление производства. Специалисты предупреждают, что если республиканское руководство не найдет средств для поддержки нефтекомплекса и не остановит массовые хищения нефтепродуктов, то в конце концов от "нефтяного пирога" Ичкерии останется только дырка.

ТИМУР МУЗАЕВ

Москва

© "Русская мысль",
N 4256, Париж, 04 февраля 1999 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ....