МИР ИСКУССТВА

 

Импрессионисты зимой

Музейный обмен

В одном из выставочных залов Сан-Франциско открылась выставка "Импрессионисты зимой".

Искусство импрессионистов, как правило, ассоциируется со светом и цветом весны, лета, даже осени голубым, сиреневым, зеленым, оранжевым. Однако 55 полотен, привезенные сюда из музеев и частных коллекций всего мира, убедительно свидетельствуют, что тема зимы тоже немаловажная для импрессионистов.

Основу экспозиции составляют полотна Клода Моне, процентов тридцать всей выставки. Заинтересовавшись "снежным эффектом", Моне зимой 1865 года написал первые свои пейзажи со снегом. Ежегодно (до 1899 года) пополняя зимнюю коллекцию, Моне создал в итоге больше зимних работ, чем кто-либо другой из его друзей-импрессионистов.

На выставке представлены также значительные полотна Писсарро, Сислея, Ренуара, Кайботта и даже Гогена.

Выставка "Импрессионисты зимой" была подготовлена вашингтонской галереей "Филлипс", прошла там с огромным успехом, и директор сан-францисского музея изящных искусств Гарри Паркер уговорил ее устроителей перевезти ее на три месяца в Сан-Франциско, прежде чем она будет расформирована, а полотна возвращены владельцам.

При этом Г.Паркер решил поставить эксперимент, никак с импрессионистами не связанный.

В систему сан-францисского музея изящных искусств входят два отдельных музея: "Де Янг музеум" в Голден Гейт-парке и музей Почетного легиона в Линкольн-парке. Оба они были повреждены землетрясением 1989 года. После нескольких лет дебатов, обсуждения проектов, добывания денег музей Почетного легиона был отремонтирован, фундамент его был укреплен, и он снова открыт. С "Де Янгом" дело оказалось сложнее. Музей открыт, но поскольку в нынешнем состоянии он не отвечает стандартам сейсмоустойчивости, то он утратил федеральную страховую сертификацию.

Что это значит? Каждая серьезная выставка требует специальной страховки: от пожара, кражи, наводнения, землетрясения и проч. Стоимость такой страховки пропорциональна стоимости выставляемых произведений искусства. Если бы музеям приходилось оплачивать страховочные счета из своего кармана, боюсь, мы никогда не увидели бы ни одной выставки.

На помощь, однако, приходит федеральное правительство. Оно оплачивает страховку, но только тем музеям и галереям, состояние которых отвечает требованиям сохранности.

За прошедшие после землетрясения годы предлагались десятки возможных решений (вплоть до переноса его в другой район), но ни одно не получило одобрения города, который должен был выделить деньги на реконструкцию. Горожане каждый раз голосовали против, пока городское начальство не остановилось на самом простом и естественном решении: отремонтировать старый музей и оставить его в том виде и на том месте, где он есть.

Теперь "Де Янгу" предстоят годы ремонта.

Второй музей, Почетного легиона, открыт, у него есть своя собственная замечательная экспозиция, и он в состоянии показывать любые выставки, но музей этот невелик и расположен в стороне от магистральных туристических маршрутов.

И вот Гарри Паркер решил провести эксперимент. Он обратился к директору "Yerba Buena Center for the Arts" с предложением обменяться выставками. Надо знать этот мир искусствоведов, кураторов, начальников от искусства, чтобы оценить предложение. Мир этот строго иерархичен. Музеи, в которых директорствует Паркер, находятся на самом верху иерархической лестницы, а указанный центр в самом низу. То есть вершина это музей изящных искусств (где выставлено то, что апробировано временем), затем Музей современного искусства (это то, что мы, то есть они, начальники искусства, согласились считать высшими современными достижениями), а потом уже Центр искусств это нынешнее искусство, которое заметно, о котором говорят, но где критерий качества вполне законно соседствует с политикой, модой и групповыми пристрастиями. Разница очевидна.

Но у них есть подходящее помещение, решил Гарри Паркер, здание в "даунтауне", вокруг которого бродят десятки тысяч туристов. И у них есть своя аудитория.

Таким образом импрессионисты попали в этот Центр. А в "Де Янг музеуме", ожидающем ремонта, разместилась выставка современного искусства под названием "За пределами": новое искусство Кубы, инсталляция нью-йоркского художника Фреда Вильсона, "микроскопические" скульптуры Х.Сандальджиана из Лос-Анджелеса и фильм Александра Сокурова "Духовные голоса. Хроника войны".

Последнее было бы замечательно, однако, чтобы сделать посовременнее, пятисерийный фильм демонстрируется на пяти экранах разом, одновременно. Идея чудовищная (подхваченная, правда, на Роттердамском фестивале). Если бы это была война по рецептам Спилберга или Бондарчука с вывернутыми потрохами, с кровью и стереофоническим грохотом взрывов, тогда пять экранов разом могли бы усилить эффект. А перед нами медитативный фильм, воздействие которого зависит от включенности и сосредоточенности зрителя. Даже если бы эти пять экранов располагались по кругу, у зрителя, пусть теоретически, оставался бы шанс увидеть этот фильм: час у первого экрана, затем час у второго... Но телевизоры поставлены один на другой, то есть ничего, кроме бессмысленного мелькания картинок и субтитров, зрителя не ждет.

Лучше всего (это мое мнение) походить по залам импрессионистов, а по пути домой остановиться и взять в прокатной лавке кассету с фильмом Сокурова.

МИХАИЛ ЛЕМХИН

Сан-Франциско

© "Русская мысль",
N 4258, Париж, 18 февраля 1999 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ....