ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ

 

Тимур Музаев

ПЛОДЫ
БЕСПРИНЦИПНОСТИ

Все победы политического экстремизма в ХХ веке были результатом попустительства демократических властей

 



В марте 1917 г. Россия стала одной из самых демократических стран мира: после свержения царя все цензовые, национальные, сословные, религиозные и прочие ограничения были отменены, царских чиновников заменили выборные комитеты и собрания, политические партии вышли из подполья и развернули бурную деятельность, пресса получила полную независимость. Страна упивалась обретенной свободой.

Умеренные социалисты меньшевики и эсеры, возглавлявшие Советы и доминировавшие во Временном правительстве, считали, что главную угрозу Завоеваниям Революции (именно так, с заглавных букв) представляют сторонники монархии, которые будто бы готовят коварные заговоры в пользу отрекшегося императора. На самом же деле никакого серьезного монархического движения в России в 1917 г. не было: все существовавшие до Февраля монархические организации распались в первые же дни революции, а пустяковые "заговоры" нескольких романтически настроенных молодых офицеров не шли дальше салонных разговоров.

В то время, когда левая печать постоянно твердила о "гидре контрреволюции", а социалистические ораторы со всех трибун громко разоблачали "происки агентов царского режима", в Петрограде зрел настоящий заговор. Его организаторами были большевики, привлекшие демагогическими и разрушительными лозунгами на свою сторону деморализованных солдат-дезертиров, буйствующую матросню и городских люмпенов.

Первую попытку захватить власть большевики предприняли 20-21 апреля 1917 г., во время правительственного кризиса, вызванного нотой Милюкова о решимости Временного правительства продолжать войну против Германии. Воспользовавшись выступлением солдат Петроградского гарнизона против войны, большевистский ЦК разослал в казармы и на заводы агитаторов, которые призывали к свержению правительства. В середине дня 21 апреля вооруженный отряд большевистской "фабричной милиции" двинулся по Невскому к центру города; в районе Казанского собора большевики открыли огонь по сторонникам Временного правительства. Однако к вечеру выступление захлебнулось из-за нерешительности руководителей и отсутствия поддержки. Вместо того, чтобы приветствовать большевиков, горожане кричали им вслед: "Долой Ленина назад в Германию!" На следующий день ЦК большевиков отрекся от участников провалившегося мятежа, назвав их "мелкобуржуазными массами, поддавшимися на провокацию контрреволюции".

Апрельское выступление фактически стало "разведкой боем", в ходе которой выяснилось, что власти не собираются применять силу для разгона мятежников. Приказ командующего Петроградским военным округом генерала Корнилова вывести войска для восстановления порядка был отменен исполкомом Петроградского совета. Сам Петросовет ограничился лишь прокламацией к "товарищам солдатам" с призывом "в эти тревожные дни не выходить с оружием в руках". В ответ на требования арестовать Ленина меньшевистские "Известия" гневно вопрошали:

"Разве можно у нас, в свободной стране, допускать мысль, что вместо открытого спора будет применено насилие к человеку, отдавшему всю жизнь на службу рабочему классу, на службу всем обиженным и угнетенным?.."

Прекраснодушная глупость социалистических властей позволила Ленину и его соратникам продолжить подготовку к перевороту. Через неделю после провала апрельского мятежа большевики объявили о создании собственных вооруженных формирований Красной гвардии. Вялые протесты Петросовета заговорщики просто проигнорировали. Военная организация ЦК большевистской партии (ВО) развернула широкую пропаганду среди солдат столичного гарнизона, обещая, что после свержения Временного правительства большевики прекратят войну и отправят солдат по домам.

Удобный момент для следующего выступления представился в начале июля 1917 г., когда Первый пулеметный полк отказался выполнять приказ командования об отправке на фронт. 2 июля большевистские лидеры во главе с Троцким и Луначарским призвали солдат провести "вооруженную демонстрацию". 3 июля к мятежным солдатам присоединились кронштадтские матросы и путиловские рабочие.

4 июля мятежники, руководимые Военной организацией ЦК большевиков, осадили Таврический дворец, где заседал Петросовет, и блокировали там лидеров Совета и часть министров Временного правительства. В то же время мобильные отряды ВО захватили городские типографии, Финляндский и Николаевский вокзалы, здание контрразведки; штаб Петроградского военного округа был окружен пулеметчиками. Петросовет и Временное правительство оказались полностью парализованы, власть в Петрограде почти перешла в руки большевиков.

Положение спас министр юстиции Переверзев, решившийся обнародовать информацию о связях большевистского руководства с германским правительством. Документы, доказывающие факты сношений большевиков с германскими агентами, были переданы французской разведкой в распоряжение Временного правительства еще в июне. Из этих материалов следовало, что деньги, предназначенные для большевиков, перемещались через берлинский банк "Дисконтогезельшафт" в стокгольмский "Ной Банк", из которого затем переводились в Сибирский банк в Петрограде на счет подставной фармацевтической фирмы. Основными фигурами в сложной цепочке передачи денег являлись бывший радикальный социалист, ставший германским агентом Александр Парвус, специалист по русским делам посольства Германии в Стокгольме Курт Рицлер, член Заграничного бюро ЦК партии большевиков в Стокгольме Яков Ганецкий, его родственница Евгения Суменсон, возглавлявшая фиктивную фирму в Петрограде, и член Петроградского комитета РСДПР(б) Мечислав Козловский, передававший деньги непосредственно Ленину.

Временное правительство не решилось сразу разоблачить большевиков, опасаясь недовольства социалистических лидеров Совета. Только отчаянная ситуация заставила Переверзева передать журналистам часть компромата на Ленина и Ко, но под давлением исполкома Совета почти все газеты отказались печатать антибольшевистские материалы. Только "Живое слово" опубликовало правительственное сообщение о финансировании большевистской партии германским правительством. Одновременно Переверзев рассказал о связях большевиков с немцами солдатским депутатам.

Вечером 4 июля, когда в казармах петроградского гарнизона стало известно о сообщении министра, солдаты, возмущенные двурушничеством большевиков, двинулись к Таврическому дворцу. При виде приближающихся войск мятежники стали в панике разбегаться. Большевистские вожди, уже делившие министерские портфели, один за другим скрылись из дворца. 5-6 июля порядок в столице был окончательно восстановлен войсками гарнизона и вернувшимися с фронта казачьими частями.

Провал июльского мятежа мог стать последним выступлением большевиков: Ленин и другие руководители партии скрылись, около 800 активных участников мятежа были арестованы, сама большевистская партия оказалась дискредитирована связями с немцами. Однако Временное правительство не воспользовалось ситуацией: РСДПР(б), лидеры которой обвинялись в мятеже и измене, не была запрещена, большевистские газеты, издававшиеся на немецкие деньги, не были закрыты, открытый судебный процесс по делу Ганецкого, Суменсон и Козловского не был организован. Министра юстиции Переверзева, фактически спасшего Временное правительство, ревнивый Керенский через несколько дней отправил в отставку, а командующий Петроградским военным округом генерал Половцев, разогнавший вооруженных мятежников, был срочно сослан на Северный Кавказ. Социалистические лидеры Петросовета и левые газеты развернули истерическую кампанию в защиту большевиков, называя документально подтвержденные обвинения в связях с немцами "гнусной клеветой буржуазной печати", "заведомо лживым ошельмовыванием видных вождей рабочего класса".

Неудачное выступление генерала Корнилова в конце августа 1917 г. резко повысило акции большевиков: перепуганные угрозой корниловской "контрреволюции" социалисты бросились за помощью к большевистской Красной гвардии, а Керенский сам вооружил вчерашних мятежников, выделив им 40 тысяч винтовок. 25 сентября Троцкий занял пост председателя Петросовета, который с этого момента фактически превратился в главный штаб нового заговора. Большевики открыто обсуждали планы захвата власти. "На очередь дня поставить вооруженное восстание в Питере и в Москве (с областью), завоевание власти, свержение правительства", инструктировал свой ЦК Ленин в письме 12 сентября. 12-16 октября Петросовет создал военный штаб переворота Военно-революционный комитет (ВРК), который возглавили руководители Военной организации ЦК большевиков Лазимир, Подвойский и Антонов-Овсеенко.

Власти с удивительным спокойствием наблюдали за подготовкой мятежа. Лишь 24 октября, когда большевистский переворот практически уже начался, штаб Петроградского военного округа направил несколько небольших отрядов юнкеров для защиты Зимнего дворца. В тот же день части ВРК, не встретив никакого сопротивления, захватили центральный телеграф, центральную телефонную станцию, Российское телеграфное агентство, позже Инженерный замок, где находился штаб военного округа, железнодорожные вокзалы, почтовые отделения, телефонные узлы, банки, мосты. К утру 25 октября весь Петроград оказался в руках большевиков, а вечером большевистские делегаты, вопреки протестам ЦИК Советов назвавшие себя Вторым Всероссийским съездом Советов, провозгласили "советскую власть".

К оглавлению статьи ||| Предыдущая часть статьи ||| Следующая часть статьи

Москва

© "Русская мысль",
N 4260, Париж, 04 марта 1999 г.

© "Русская мысль",
N 4261, Париж, 11 марта 1999 г.

[2.]
Пример первый: Россия, 1917 год




ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ....