ЛИТЕРАТУРА, МЕМУАРЫ

 

Юрий Дружников


[3.]

Культ святого Пушкина

В.Раевский писал: "Я знал Пушкина как молодого человека со способностями, с благородными наклонностями, живого, даже ветреного, не так, как великого поэта, каким его признали на святой Руси за неимением ни Данта, ни Шекспира, ни Шиллера и прочих знаменитостей". "Русские, говорил Стендаль, копируют французские нравы, но всегда с опозданием лет на пятьдеят. Ныне они переживают век Людовика XV". Запад в широком смысле был для Пушкина важнейшим фактором его деятельности. Но и для пушкинистов тоже. Множество рукописей сохранилось только благодаря тому, что попали на Запад. Некоторые материалы о Пушкине получены из писем иностранцев, находившихся в России: эти письма перлюстрировались. Пушкинисты располагали материалами, но не все могли сказать. А их западные коллеги могли сказать все, но опирались в изучении на ущемленные советские исследования.

Что важнее для Пушкина (да и для нас) в принципе национальное или общечеловеческое? Фактически Пушкин оказался принудительно втянутым в патриотизм и стал внутренним эмигрантом, который всю жизнь вынужден был пребывать на цепи. Писателя прозападной ориентации при жизни перевоспитывали, а после смерти не раз превращали в антизападника.

В переизданиях книги Вересаева "Пушкин в жизни" изъяли периоды кишиневской, одесской и михайловской ссылки, потому что оттуда Пушкин хотел бежать за границу. Как раньше Пушкина, в советское время не выпускали за границу пушкинистов, даже если те хотели найти архивные материалы во славу официального поэта. Илья Фейнберг рассказывал мне, как он униженно просил в 1956 г. Михалкова и Симонова, отправлявшихся от Союза писателей с пропагандистской миссией в Англию, навести там справки у потомков Пушкина о пропавшем его дневнике. Фейнбергу не дали съездить в просоветскую Эфиопию, и он изучал предков Пушкина, гуляя в Москве мимо общежитий Университета дружбы народов имени Лумумбы. Там, на скверике, пушкинист пришел к выводу, что некоторые студенты похожи на Пушкина. А директор Михайловского С.Гейченко у себя в огороде положил в баночку щепоть земли и при открытии музея Ганнибала в Петровском объявил, что это дар из Эфиопии.

После смерти поэт стал выездным, с тех пор по сей день его вывозят за границу. Появился новый раздел пушкинистики. Вот названия трудов наугад, для примера: "Пушкин на Западе", "Пушкин за рубежом", "Пушкин в Японии", "К вопросу о знакомстве Пушкина с культурой и общественной жизнью чехов и словаков" и даже "Приемный сын Кавказа".

Выражение "Мировое значение Пушкина" сочинено в Пушкинском доме, и, думается, его следует реально понимать как попытку ознакомить с Пушкиным читателей в других странах. Роль Пушкина в Европе была незначительной, в Америке его почти не знают по сей день. Первым русским классиком, известным на Западе, стал Иван Тургенев с его живыми контактами во Франции. Кстати, со времен Тургенева о мировом значении Пушкина, пожалуй, никто не высказался точнее: "название национально-всемирного поэта, которое мы не решаемся дать Пушкину, хоть и не дерзаем его отнять у него". Вот уж поистине гениальная формула: ни дать, ни взять!

Цветаева вспоминает, что в ее семье, при наличии обожания Пушкина, предпочитали правде о нем ложь. Мать утаивала от дочерей подробности его биографии. "Жизнь спустя, пишет Цветаева, горячо приветствую такое умолчание матери". Упоминать ли в начальной школе публичный дом, часто посещавшийся Пушкиным, педагогически важная проблема. Но дело в том, что и взрослая Цветаева так обожает Пушкина, что ревнует его к Наталье Николаевне, уверяя, что Дантес заманил поэта на дуэль и убил. Обожествление не знает меры:

Эти пределы священны уж тем, что однажды под вечер

Пушкин на них поглядел с корабля, по дороге в Гурзуф...

Это Волошин, "Коктебельские берега", 1927 год. На тех местах, куда Пушкин глянул, имеются мемориальные доски.

Наверное, только в России возможно такое: превращать поэта в атеиста одновременно с его обожествлением. Божество нуждается в храмах. Первый музей Пушкина был открыт через 42 года после его смерти лицеистом Павлом Рейнботом, Пушкинский дом с участием этого же энтузиаста и задумывался тоже как музей. Советские музеи Пушкина прошли в своем развитии два этапа: уничтожения и создания заново на пустом месте. Говорю это по свежим впечатлениям от поездки по музеям. По сравнению с западными музеями писателей в Америке и Европе, дома эти не столько культурные, сколько культовые учреждения, или, как они называются в газетах, "Храмы Славы Великого Поэта" (с заглавных букв).

Постановление Совнаркома о музее Пушкина в Михайловском было принято в 1922 г., когда все уже разворовали и сожгли. Музей на Мойке, 12, был открыт, закрыт, квартира заселена случайными жильцами, затем опять открыт. Музеи Пушкина в Одессе, Кишиневе и Москве возникли: первые два в районах, где он жил, третий в доме, в котором он точно не жил. Позднее появился конвейерный термин "развернуть музей", и в Москве открыли второй дом поэта на Арбате.

Обходят проблему подлинности в многочисленных справочниках по музеям Пушкина (я просмотрел три десятка изданий). Покойный Юрий Нагибин осторожно писал о Болдине: "Обо всем сказано обстоятельно, любовно и лукаво, ибо нигде прямо не говорится, что предлагаемое взгляду экскурсанта всего лишь возможный вариант пушкинского гнезда". И отмечал, что ничего не чтут местные жители, а думают, где достать еду и водку.

Во всех музеях Пушкина лежат гусиные перья. В одном (в Кишиневе) я видел вороньи перья, видимо, потому что с сельским хозяйством там плохо и не осталось гусей. А почему, собственно, считается, что Пушкин писал огрызками гусиных перьев? Ведь Карамзин еще в 1790 г. привез себе из-за границы серебряные перья, и они продавались в Петербурге без очереди. Но гусиные, с точки зрения музейного дизайна, выглядят эффектнее. Вняв музееведам, я поехал к соседнему фермеру. Пожав плечами, он ощипал гуся, сдул пух и подарил мне ящик перьев. Теперь я говорю студентам: "Вот чем писал Пушкин. Берите на память, все они подлинные!"

Не будем забывать, что приключения Пушкина играют в российском обществе некую важную и вполне определенную роль отвлечения народа от других проблем. Отсюда культ без стыда и меры. Тынянов протестовал против Пушкина как чуда, против фетишизма и теологизма в пушкинистике, но Бурсов обругал его. По Бурсову, "Пушкин представляет собой высочайшую и всеобъемлющую нашу духовную ценность, не поддающуюся какому-либо логическому объяснению... Говорить о Пушкине почти то же самое, что говорить о России во всех возможных ее ракурсах". А вот (с отжатой водой) научная оценка Т.Цявловской: "Гениальность Пушкина была феноменальна... Один из величайших поэтов мира, зачинатель прославленной русской прозы.., замечательный драматург-новатор, выдающийся историк литературы.., умнейший политический мыслитель... Великий гуманист...". Таких цитат не счесть. Критик И.Золотусский пушкинизирует астрономию: "Июнь в России законный месяц Пушкина". До этого декабрь был месяцем Сталина, а апрель Ленина, и все тоже было "в законе".

Сам же Пушкин писал Вяземскому, что идет не столбовой дорогой, где Жуковский, а проселочной. Выходит, против воли поэта его сместили с проселочной дороги на главную, что приводит к перекосу в литературной истории, оскорбляет других исторических деятелей, подверстываемых под Пушкина. Вокруг Пушкина множество достойных людей, равных ему духом. Пушкинский круг... Почему не Карамзинский круг, круг Жуковского или круг Вяземского? Культ Пушкина то и дело нас приводит к бестактностям.

 

К оглавлению статьи ||| Предыдущая часть статьи ||| Следующая часть статьи

Дейвис (Калифорния)

© "Русская мысль",
N 4261, Париж, 11 марта 1999 г.

Венки и бюсты
в каждом абзаце
О кризисе пушкинистики в России


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ....