СОБЫТИЯ И РАЗМЫШЛЕНИЯ

 

Действия прокурора теперь можно обжаловать в суде

Бывший начальник финансово-экономического управления ФАПСИ Валерий Монастырецкий оказался одним из заявителей, чьи жалобы рассматривал 23 февраля Конституционный суд. Заявители обжаловали нормы действующего пока Уголовно-процессуального кодекса РСФСР, согласно которым никакие процессуальные действия следователя и прокурора обжалованию в суде не подлежат, а могут быть обжалованы только у вышестоящего прокурора.

Сам В.Монастырецкий, надо заметить, все еще обвиняется в получении взятки и хищениях госимущества в особо крупных размерах. Уголовное дело в отношении него было возбуждено в 1996 г., но предварительное следствие продолжается до сих пор. Полагая, что все это время он существенно ограничен в правах (с него взята подписка о невыезде, он утверждает, что не может устроиться на работу), генерал Монастырецкий пытался обжаловать в суде действия следователя и прокурора, незаконно, с его точки зрения, затягивающих сроки следствия. Суд отказал Монастырецкому в удовлетворении данных жалоб со ссылкой на соответствующие статьи УПК.

Монастырецкий обращался с жалобами на действия следователей и к руководству Генпрокуратуры, но тоже безуспешно. Конституционный суд объединил жалобы Монастырецкого и других граждан, которые оспаривали те же нормы УПК РСФСР.

Постановление КС готовилось ровно месяц и было оглашено 23 марта. После его оглашения заявители с удовольствием делились впечатлениями с журналистами, свидетельствуя полное уважение к КС, который вновь оказался на стороне граждан, а не респрессивной машины. Созданные еще в советский период и явно устаревшие нормы УПК признаны не соответствующими конституции.

Как сказано в постановлении КС, если "действия и решения органов расследования не только затрагивают собственно уголовно-процессуальные отношения, но и порождают последствия, выходящие за их рамки, существенно ограничивая при этом конституционные права и свободы личности", то "заинтересованным лицам должна быть обеспечена возможность незамедлительного обращения с жалобой в суд". Непредоставление им права на судебное обжалование действий и решений прокуроров и следователей противоречит конституции и в тех случаях, когда проводящееся предварительное расследование связано с ограничением неприкосновенности жилища или лишением физических и юридических лиц возможности распоряжаться своей собственностью. Более того, потерпевшие от преступлений и злоупотреблений властью отныне могут рассчитывать не только на доступ к правосудию, но и на компенсацию причиненного вреда.

Кстати, на прошлой неделе КС начал рассматривать еще одну жалобу на нормы процессуального кодекса, только уже не уголовного, а гражданского. Дело в том, что в России судебное разбирательство, где принцип состязательности является одним из основополагающих, оказывается, может проходить на стадии рассмотрения надзорных жалоб без истца или ответчика. Причем речь идет не о случаях, когда сторона сама уклоняется от участия в судебном заседании. Просто в действующем Гражданском процессуальном кодексе РСФСР содержится положение, согласно которому "в необходимых случаях стороны и другие лица, участвующие в деле, извещаются о времени и месте рассмотрения дела". А во всех остальных случаях, следовательно, могут и не извещаться. И решается вопрос о том, необходимо ли присутствие сторон на заседании, также в отсутствие заинтересованных лиц.

Такое положение явно противоречит конституции, считают авторы жалоб в КС. Бориса Дрибинского, например, президиум Мосгорсуда не допустил на рассмотрение дела, где он был истцом. А его письменные объяснения суд даже не огласил. А Анатолий Майстров, которому военная коллегия Верховного суда обещала сообщить о дате рассмотрения его дела в надзорной инстанции, так и не получил обещанного уведомления и из-за этого не смог своевременно представить в суд свои письменные объяснения и дополнительные материалы. И, естественно, попасть на заседание он также не смог.

Оба заявителя в своих жалобах просят признать приведенное выше положение ст.325 ГПК противоречащим конституции и нарушающим права граждан на участие в отправлении правосудия, на свободный доступ в гражданский процесс, на состязательность и равноправие сторон в суде. К тому же гражданин Дрибинский обратил внимание судей КС, что вопрос о необходимости присутствия на заседании должен решать участник процесса. Лишь в случае, когда он сам просит рассмотреть дело в его отсутствие, вопрос о необходимости пригласить стороны для дачи дополнительных пояснений может решаться судом.

Если истец или ответчик были лишены возможности присутствовать при рассмотрении дела, то вынесенное по нему решение изначально оказывается незаконным, считает заявитель. О том, согласится ли КС с его утверждениями. станет известно в середине апреля. Представители Федерального собрания категорически не согласны с этой позицией. Они считают, что в надзорной инстанции присутствие сторон возможно только при условии, что у суда имеется желание задать им вопросы. Если же в письменных объяснениях сторон все изложено четко и ясно, приглашать их на заседание совсем не обязательно.

В противном же случае порядок изучения надзорных жалоб должен быть идентичен порядку судебного рассмотрения дел в первой и второй инстанции. И тогда, по-видимому, надо пересматривать более 30 статей ГПК, предоставляющих суду право самостоятельно принимать те или иные решения, способствующие установлению истины. Такого ходатайства в КС не поступало, и к тому же в жалобах несправедливыми названы лишь те случае, когда сторона была лишена возможности дать письменные объяснения суду либо представленные документы не были оглашены и приняты во внимание.

КИРИЛЛ ПОПОВ

Москва

© "Русская мысль", N 4263,
Париж, 1 апреля 1999 г.

N 4263,
Париж, 1 апреля 1999 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ....