СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ

 

«Господи, спаси
нашу Россию»

Любая попытка отразить историю "первой волны" русской эмиграции XX века не может пройти мимо ее церковной составляющей. Тем более когда речь идет о Франции, где образовался один из основных центров Русской Церкви в изгнании. Поэтому в альбоме "Русская эмиграция в фотографиях. Франция, 1917-1947" значительная часть материала посвящена людям, организациям и событиям, так или иначе связанным с церквами в обоих смыслах этого слова: церковь как храм и церковь как христианская община.

Церковь-храм. В условиях "французской" эмиграции это выражение ассоциировалось с двумя совершенно разными реальностями. С одной стороны, несколько старых, еще до революции возведенных церквей "имперской" эпохи, и первая среди них это, конечно, собор Св. Александра Невского в Париже: "С 1861 года духовный центр русской колонии во Франции, а с 1922 года духовный центр русского рассеяния Западной Европы", как говорится в аннотации, сопровождающей фото этого храма в альбоме. Собор был не только храмом в собственном смысле, но и местом сбора представителей русской колонии по самым разным поводам. В альбоме он фигурирует и в связи с панихидой по адмиралу Колчаку в 1920-м, и по случаю скаутского парада в 1935-м, и в 1938-м, когда здесь отпевали Шаляпина.

Но была и другая сторона, которая, к сожалению, не отражена в книге: церкви в случайных помещениях, в гаражах, частных домах, которые создавались энтузиазмом полунищих эмигрантов, стремившихся обрести духовную опору в экстремальных условиях изгнания. В каком то смысле об этом напоминает фотография (1930) иконостаса походной церкви организации "Витязей" работы известного в эмиграции художника Д.С.Стеллецкого, а также снимок, на котором запечатлены певцы хора церкви РСХД (1936), долгое время располагавшейся в здании, арендованном ИМКА на бульваре Монпарнас.

Церковь-община. Можно сказать, что в этом отношении русской эмиграции во Франции очень повезло: у нее был авторитетный, во всех отношениях достойный лидер митрополит Евлогий (Георгиевский), но, кроме того, именно под его омофором по-разному реализовалась церковная "коммюнотарность" (если воспользоваться термином Бердяева) особое явление, оказавшее значительное влияние на современное православие. Прежде всего это, конечно, Русское студенческое христианское движение за рубежом, но также и позднее отделившиеся от него "Православное дело" матери Мариии (Скобцовой), и организация "Витязей" Н.Федорова. Вот владыка Евлогий рядом с о. С.Булгаковым и матерью Марией на съезде РСХД 1931 года. А вот другое фото VI общий съезд РСХД в Клермоне (1929). На большой фотографии в разворот нетрудно узнать по крайней мере наиболее известные лица: в центре, рядом с митрополитом, о. Сергий Четвериков (духовный руководитель РСХД) и о. Александр Калашников; а среди молодежи Бердяев в белой шляпе, В.В.Зеньковский еще в цивильном костюме, рядом с ним столь же цивильный Георгий Флоровский, чуть поодаль Георгий Федотов; в первом ряду на траве сидит Иван Лаговской один из активнейших деятелей РСХД, именно за это позднее погибший в застенках НКВД (после советской оккупации Прибалтики). И два англиканских священника гости съезда.

Не менее интересны групповые фото на Сергиевском подворье (1926) и "Русское духовенство во главе с митрополитом Евлогием у входа в собор Александра Невского" (1930-е).

Несколько страниц посвящено жизни детских лагерей, организованных РСХД. Лагерь в Савое, 1930-е годы: общее построение "визязей" в форме, подъем русского трехцветного флага (на палатке надпись: VITIAZ). На другой странице: среди сидящих на земле "по-турецки" руководителей лагеря по обе стороны о. Виктора Юрьева Андрей Блум (будущий митрополит Сурожский Антоний) и Ваня Харун (архиепископ Монреальский и Канадский Сильвестр). Сценка из жизни лагеря РСХД в Сен-Теофре (открыт в 1939) встреча с почтальоном; в открытой двери второго этажа сидит Владимир Ильин (бессменный лектор и на съездах, и в детских лагерях движения); на стене надпись "МАГАЗИНЪ".

Как ни странно, но на фотографиях альбома чаще всего мы встречаем лицо митрополита Евлогия действительно архипастыря и духовного отца "русского Парижа" тех лет. Вот он среди участников Кружка по изучению России (1928), а вот среди детей на новогодней елке (1926); и, наконец, просто подарочное фото с надписью: "Милому Аде Струве, молодому клирику в благословение в день посвящения его в стихарь" (1924).

Составитель альбома отдал должное и американской ИМКА, которая оказала неоценимую помощь не только РСХД и Свято-Сергиевскому Богословскому институту в Париже, но и русской эмигрантской молодежи вообще. В альбоме воспроизведен "проспект": "Русские курсы заочного преподавания. American Y.M.C.A. 1921-1926 гг." За пять лет в этой программе участвовало шесть с половиной тысяч человек из всех стран русского рассеяния. Характерна статистика по странам (всего 47): больше всего студентов-заочников из Болгарии (1015), Польши (1336), Германии (655), Югославии (566), а также из трех прибалтийских стран (всего 1253); но есть, например, по одному из Уругвая, Парагвая, Персии, Южной Африки... И из Советской России 109.

Среди фотографий, посвященных политической жизни эмиграции, целый разворот отдан движению "младороссов" во главе с А.Л.Казем-Беком. В церковном отношении фигура этого лидера своеобразна. После того, как в 1930-е он сумел создать в эмиграции скандальную полуфашистскую организацию (лозунг "Царь и Советы"; число членов в Европе и Америке около 4 тысяч), Казем-Бек, поддерживавший связи и с нацистами, и с Советами, оказался в США, а оттуда вернулся в 1956 г. в СССР, где стал референтом Патриарха Алексия I и одной из ключевых фигур в "иностранно-экуменической" деятельности Московской Патриархии (умер в 1977 г.).

"Церковно-патриотические" настроения в послевоенной эмигрантской среде отражены в альбоме и фотографией 1947 года: "Отъезд о. Стефана Светозарова в Россию. Перед церковью Св.Троицы в Ванве".

Следует упомянуть и досадную ошибку или опечатку: в комментарии под портретом митрополита Евлогия сказано, что он был вынужден перейти под анафору (вместо: под омофор) Константинопольского Патриарха.

В целом же церковная тема присутствует в альбоме в меру своего реального значения в жизни эмиграции. Иногда даже не прямо, а косвенно. На одной из фотографий пансион-приют вел. кн. Елены Владимировны в городке Ле Пек (пригород Сен-Жермен-ан-Лэ), дети в классе за партами. На доске написано мелом: "1930 год. Господи, спаси нашу Россию..."

АЛЕКСАНДР КЫРЛЕЖЕВ

Москва

© "Русская мысль", N 4265,
Париж, 15 апреля 1999 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ....