ЛИТЕРАТУРА, МЕМУАРЫ

 

По дороге к свободе

Заметки о Валерии Марченко (1947-1984)

Свозил я Валеру на Татарку, в нашу приходскую церковь священномученика Макария. Ощущая его тоску по собеседникам на дорогие ему украинские темы, познакомил со своими еще с юношеских времен приятелями, посещавшими наш храм, физиком Николаем Косицким и журналистом Петром Марусенко. Надо сказать, что это было удачным решением, все трое быстро нашли общий язык (и разговаривали они между собой по-украински, что для Киева в те годы было редкостью и требовало от интеллигенции определенной смелости), подружились. Для Валеры, судя по его словам, общение с ними стало настоящей отдушиной. Они настолько расположили его к себе, что он, несмотря на мое предостережение, хотел привлечь их к нелегальной деятельности. Но и Петя, и Коля, будучи честными людьми, отказались, объяснив свое духовное состояние.

Они встречались в Макарьевском храме или на улице, в заранее условленном месте (иногда в редакции газеты "Радянський спорт", где работал Марусенко). Валерий упорно предлагал им принять участие в создании самиздатского украинского альманаха (это тогда, когда только за одно такое намерение вкатывали огромные сроки), писать туда статьи. "Я вас хорошо понимаю, сконфуженно говорил Коля Косицкий, и со всем согласен. Но и вы поймите, я не хочу, чтоб меня потом посадили". Марусенко статью написал, отдал Валере, но затем категорически попросил убрать свою фамилию. По-видимому, Валера испытал горечь разочарования, ему хотелось расширить круг свободных людей, найти новых соратников. Он как-то воскликнул: "Что же, вы ни к чему не готовы, ни к какой деятельности?! Ведь сейчас такое гнилое время, что в Киеве нет ни одного, понимаете ни одного человека, у которого можно было бы хранить запрещенную литературу!" "А вот книги, возразил Косицкий, вы можете хранить у меня. Я даже вас готов спрятать, но с режимом я не могу бороться".

Валерий мог повлиять на выработку у церковной молодежи более трезвого взгляда на окружающую действительность, поделившись опытом того, как можно действовать в любых обстоятельствах.

Церковная молодежь, которую я застал в храмах, обольщалась проблемой взаимоотношений кесаря и Церкви. Верующим представлялось, что стоит поклониться кесарю, поставленному во главе страны попущением Божиим, и тот милостиво отнесется к их религиозным убеждениям. Большинству из них казалось, что подобным образом они смогут избежать гонений и тягостных неприятностей, когда свою веру уже невозможно будет скрывать от окружающих. Многие рассчитывали убедить чекистов, если те их вызовут, в своей благонадежности. В результате, когда начались преследования, иные предпочли сотрудничать с КГБ, считая, что таков их долг, а несколько человек даже выступили свидетелями обвинения на судебном процессе надо мной (ст.187-1 УК УССР: "клевета на советский государственный и общественный строй") в 1986 году.

...Я познакомил Валеру со священником Петром Здрилюком, служившим в Вознесенской церкви на Демиевке. О. Петру было за тридцать, по образованию инженер, выпускник Политехнического института, он недавно принял духовный сан. В отличие от других священнослужителей, в нем не чувствовался страх, и он постепенно, потихоньку стал работать с неофитами, встречаясь с ними за стенами храма. У него Валерий в первый раз по-настоящему исповедовался.

Сразу после возвращения домой из ссылки Валерия, вопреки закону, поставили под административный надзор: с 10 часов вечера до 6 часов утра он должен был, под страхом репрессий, находиться дома. На одно из наших свиданий летом 1981 г. он принес ряд заявлений, связанных с этим произволом властей, и просил передать их на Запад для огласки. Здесь же был ряд его частных писем; припоминаю обращение к знакомой девушке из Италии с просьбой устроить ему приглашение на выезд для лечения от нефрита. Все это по сути означало, что Валерий начинает новый этап открытой борьбы с системой. Я считал своим долгом отговорить его от активных действий. В тех обстоятельствах можно было выжить, лишь затаившись на дне...

Валерий не согласился с моими доводами. Он ответил, что знает: впереди ждут тяжкие испытания, но не хочет от них уклоняться. По статистике видно, говорил он, что после освобождения КГБ плотно пасет диссидентов, готовя их к новому процессу, но у человека есть немного времени, чтобы успеть совершить что-то полезное для дела свободы перед тем, как его вновь поглотит пасть ГУЛАГа.

К оглавлению статьи ||| Предыдущая часть статьи ||| Следующая часть статьи

ПАВЕЛ ПРОЦЕНКО

Электросталь

© "Русская мысль", Париж,
N 4267, 29 апреля 1999 г.
N 4268, 06 мая 1999 г.
N 4269, 13 мая 1999 г.

[3 / 5]

    ....