КУЛЬТУРА И ОБЩЕСТВО

 

Марк Стрэнд: живая память слов

Впервые прочитав строки, с которых в 1986 г. Иосиф Бродский начал вступительное слово на чтении Марка Стрэнда, я подумал, что наш поэт в очередной раз проявил несоразмерную щедрость. Судите сами: "Трудное дело представлять Марка Стрэнда, потому что это требует отстранения от того, что я очень люблю, чему я обязан многими мгновениями почти физического счастья или его душевным эквивалентом. Я говорю о его стихах...»

Что это не профессиональная гипербола, я убедился 12 января, когда в «Русском самоваре», нью-йоркском русском ресторане, расположенном в центре «театрального пятачка» Манхеттена, состоялось первое из давно замышлявшихся поэтических чтений (об одном из следующих чтений "РМ" писала в N4261). Первый вечер поэзии, организованный при активном содействии американской поэтессы Николь Краус, был посвящен Марку Стрэнду, одному из друзей и единомышленников Бродского. Гостиная-фойе при банкетном зале на втором этаже «Самовара», с уютными креслами, солидными сигарными пепельницами и симпатичными (в форме медных самоваров) лампами, идеальное место для «литературного кафе». Пространство, рассчитанное на 50 человек, оказалось чрезвычайно пластичным: в этот вечер в нем разместилась чуть не сотня любителей поэзии (автор этих строк полтора часа простоял у стенки за неимением сидячих мест, хотя из складских помещений были срочно доставлены все запасные стулья). К микрофону подошел Марк Стрэнд высоченный, седовласый, внешностью не уступающий любому лауреату «Оскара» и при этом обезоруживающе естественный.

Марк Стрэнд рассказал, как много лет назад он познакомился с Бродским, как они подружились, как читали друг другу по телефону новые стихи и как Бродский постоянно учил его, что стихи нужно писать в рифму. В голосе Стрэнда слышались любовь и боль утраты его простые, начисто лишенные пафоса слова создавали почти осязаемое ощущение присутствия ушедшего друга и собрата. Естественным продолжением прозвучали английские стихи Бродского «Эпитафия кентавру», "Tornfallet» и поэтические тексты Стрэнда, в основном из его нового сборника «Blizzard of One» (приблизительно «Буран-одиночка»).

Стихи Стрэнда, сдержанные, напряженные, частью рифмованные (в соответствии с заветами младшего товарища), частью свободные, не оставили сомнения в искренности приведенной фразы Бродского. Сильнейшее впечатление произвело стихотворение, посвященное его памяти: и в названии («И так далее, и так далее»), и в элегической тональности различимо эхо живого голоса Бродского. Хотя я отдаю себе отчет в том, что предлагаемый подстрочник лишь тусклое отражение оригинала, я надеюсь, что он вдохновит еще кого-нибудь на знакомство с творчеством Марка Стрэнда.

Еt cetera, et cetera
(Памяти Иосифа Бродского)

Наверное, можно сказать, даже здесь, что то,
что остается от человека,
Разматывается в исчезающий свет и
истончается, как пыль, и летит
К месту, где знание и небытие переходят
друг в друга, и сквозь него;
Что оно движется, разматываясь, за грань
свода прервавшейся яркости,
И дальше к месту, которого, наверно,
никогда не найти, где невыразимое
Наконец еще раз выговаривается, но легко,
быстро, как случайный дождь,
Который проходит во сне, который, нам
кажется, проходит во сне.
То, что остается от человека,
разматывается и разматывается, ибо
Нет уже никаких пределов ни
бесформенного, между нами,
Ни того, что лежит между твоим телом и
голосом. Иосиф,
Милый Иосиф, все внезапные напоминания о
том, что ты был, места
И моменты, чья главная жизнь была та,
которую ты им дал, теперь возникают,
Как призраки на твоих следах. То, что
остается от человека, разматывается
За пределы нас, для которых время это
лишь мера промежутка,
А будущее не более чем и т.д. и т.д., но
быстро и навсегда.

АЛЕКСАНДР СУМЕРКИН

Нью-Йорк

© "Русская мысль", Париж,
N 4268, 06 мая 1999 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»:
ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ....