ПУТИ РУССКОЙ КУЛЬТУРЫ

 

Из переписки Густава Шпета

Г.Шпет И.Игнатовой

   15 февраля 1920.

<...> Я все спасался в "будущее" и не хотел допускать такого обобщения, которое история могла бы опровергнуть. Больше всего я цеплялся за Пушкина. Сегодня и с этим покончено.

Где в нем русский "дух"? Его творчество есть именно его творчество, гения, не выросшего из русского духа, а лишь воспринимавшего в себя этот дух, и что он сказал бы, если бы воспринял его до конца? А вот где подлинный русский дух: как Пушкина у нас воспринимали? Ведь единственно честное русское восприятие у Писарева: бесполезен, и не нужно его. В остальном или ложь, Пушкин ли бесполезен!?.. или лицемерие, какая еще нация способна на такое лицемерие? Пушкина признаём, потому что и просвещенные мореплаватели так делают признают, хотя и бесполезно... Уйти, уйти!..

И в то же время я чувствую, что все мои диатрибы по поводу русской утилитарности и моральности из того же русского духа, желание "исправить", что я сам им отравлен, и что, может быть, во всяком другом месте я и не прилажусь... <...>

   <Февраль 1920>

<...> Что Пушкин, Маdamе, случайность, это очевидно, ибо не-случайность Толстой не был убит на дуэли в 37 лет. Чей-нибудь острый ум возразит, может быть, мне: Писарева в 25 лет дядька морской утянул к себе за ногу! Справедливо-с для доказательства истинной, как Вы изволите, русскости его, ибо на его место всплыло 400 пузырей, и не переводятся Писаревы на святой Руси, а Пушкина тайком чтоб не очень много народу на похоронах было хоронили.

Впрочем, может, Ваше возмущенье уменьшится, если добавлю, что в таком же смысле и Шекспир не национален... Нет, вру, как же это я? Шекспир и национален... Позвольте, какой бы пример? Вот, Данте более подходит... А "русская философия" вполне возможна, потому что ежели Пушкин случаен, то не значит, что Чернышевский и Писарев тоже случайны.

Позвольте, это кто же и о ком писал: ...ce mépris cynique pour pensée et la dignité de l'homme, ... о себе он, что ли, а не о Писареве, Уварове, Булгарине? Да-с, Булгарин, этот паршивый отброс польщизны нюхнул и сразу уловил, где Русью пахнет. Но его-то и отвергала русская интеллигенция, скажете. Да оппозиционная, потому что она имела своих Тумариных, которые из русских бурс, как тараканы, лезли во вое оппозиционные журналы, а правительственная интеллигенция принимала своего Фаддея Булгарина. Пушкин великая, величайшая случайность!

Хотите знать, какая была бы Россия, если бы Пушкин был не случайностью, то есть если бы Россия устроилась по Пушкину? Прочтите внимательно, взвешивая каждую букву и каждый тон между буквами, его крошечные заметки об аристократии. Теперь, какая же в России была аристократия кровная и "литературная"? Иван Грозный удушил, сколько мог, во имя, заметьте, народа; Петр доконал, заметьте, для блага народа; таким образом было прикончено "норманское", теперь пошло немецкое, которое прикончили во имя народа, кто кончал? Славянофилы, народники, либералы! Разве не замечательно, что все они сходились на одном: на понимании "народа", как плебса, низов, Антонов Горемык, кумира Львовых-Рогачевских... Где же это видано? Интеллигенция отказалась от себя во имя темной черни, да это считала своей величайшей добродетелью!

Чем же определяется народ и народность умом, образованием, культурою или тьмою, невежеством? Ну, конечно, добрая и глубокая душа! Можно себя цитировать? Из записной книжки: "В России доброго человека ставят выше образованного, и откровенность ценят больше, чем воспитанность. Поэтому добрый и откровенный невежда здесь может производить чудеса, быть правителем, главнокомандующим, пророком, магистром elegantiarum, он не может быть только лицом высокого духовного сана для этого откровенность должна быть заменена плутовством и ехидством".

Ну, так вот, всякий народ определяется его аристократией, то есть умом, культурою, воспитанностью, и только у нас добродетелью мужичка, как всякая армия определяется достоинством штаба, и только у нас "выносливостью" солдата. И это Пушкин?

Не зиждется ли вся "народность" Пушкина на анекдоте об его "няне"? Конечно, и тут есть смысл не только слюняво-сентиментальный. Но что видел Пушкин в сказках "народного творчества"? Пережиток давней, давней аристократии вот это создавшей когда-то! Может быть, это была аристократия Владимира святого, может, еще более ранняя, но не "демос" же творил это! Демос Владимира, если не был бессловесен, не понимая, скоморошничал, повторял то, что велось еще более древней аристократией, но все-таки аристократией. В аристократизме есть романтизм, и Пушкин любовался и понимал то, что сама няня не понимала, как понимаем мы некоторые речения детей, повторяющих и не понимающих то, что не ими создано, но что какой-то стороной влезло в их душу. Пушкин также хорошо понимал бы, и понимал, няню и шотландскую, и польскую, и сербскую.

Пушкин сочинил Годунова ум, побежденный тьмою. Ну, конечно, сейчас: а "мальчики кровавые"? Да, что же они? Разве не тоже: добрую душу загубил? Заметьте, и на самом деле легенда не говорит: царевич был умен, образован, увел бы Россию вперед, нет, это уступается Годунову, а он был добр, тих, ласков...

Пушкин такая же случайность, как и Петр. И дух наш определяется не Петром и Пушкиным, а отношением к ним. Если бы не необходимость писать другие вещи, я после русской философии написал бы очерк русской культуры и духа русского, проследив, как понимали у нас Пушкина и как к нему относились, и это на фоне всей нашей умственной и художественной жизни по дороге философии теперь накопляются материалы, и это очень увлекательно, я бы и больше собрал, если бы не боялся отвлечься еще больше, чем отвлекаюсь все время.

NB! В пояснение самого Годунова: убийство Дмитрия его личная трагедия, а не национальная его характеристика. Тут трагедия, потому что Годунова вел на трон разум, Годунов спешил, хотел дойти своим "умом" и убрал Дмитрия. Напрасно, ибо Дмитрий все равно умер бы, сам, ибо Годунову "суждено" было быть царем. <...>

Г.Шпет Ю.Балтрушайтису

   17 апреля 1936. Томск.

Дорогой, мой милый Юргис,

Твое отношение и твое незабывание меня величайшая для меня отрада! Как я часто думаю о тебе, как о единственном, какого я встретил на своем пути, и сожалею, что недостаточно приник к той мудрости, которой проникнуто твое отношение к миру. Я знал немного хороших слов, но только теперь начинаю понимать, какие прекрасные скрываются за ними вещи; и я знал много хороших слов, мишурный блеск которых мне всегда был ясен так же, как и ничтожество, прикрываемое ими, но казалось, что от них все равно уйти нельзя и с ними нужно возиться, их нужно перебирать, чтобы среди них не задохнуться.

Высшей силе было угодно преподать мне урок, заставить разбираться в вещах и людях с тем, чтобы каждому найти его действительное, не иллюзорное место. Мне кажется, что урок дан поздновато и всей пользы его назидания я не применю, но кто знает, где поставлены сроки и чем должны быть наполнены времена?

Для Томска природа уготовила на своей земле прекрасное место, но кажется, что чем лучше место, тем более его умеют загадить. Свой скромный Енисейск с безмерными просторами небес и массами воды иной раз вспоминаю не без сердечной тоски. Томск город полузнания и полной меры духовной тупости, где недостаток высокого разума стараются заместить изъявлениями самого пошлого самодовольства. С нетерпением жду весны: здешняя геология и ботаника обещают больше, чем глумящаяся над жизнью техника и кокетничающая со смертью старая проститутка медицина.

Очень меня взволновали некоторые нелады у тебя со здоровьем: я всегда поражался твоей выносливости, но не пора ли тебе спустить свои "жернова" с какой-нибудь высокой кручи. Быть может, тогда и... покурить изредка можно будет?..

Люблю тебя, почитаю тебя и не хочу расставаться с этой жизнью, не повидав тебя и не расцеловав тебя.

   Преданный тебе, до последнего конца

   твой Густав.

См. также в этом же выпуске "РМ":
Марина Шторх (при участии Анны Марголис):
Неизвестный Шпет

Публикация
МАРИНЫ ШТОРХ

Москва

© "Русская мысль", Париж,
N 4269, 13 мая 1999 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»:
ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ....