ПРАВОСЛАВИЕ НА ЗАПАДЕ

 

X Православный конгресс в Западной Европе
(29 октября 1 ноября 1999 г., Паре-ле-Моньяль ,Франция).

Другой аспект диалога встреча с инославными, проблема межхристианского примирения. Владыка Каллист констатировал тот факт, что "многие православные на Западе остаются в оборонительной позиции, обращены на себя" и, несмотря на положительный опыт Свято-Сергиевского института в Париже или Содружества св. Албания и преп. Сергия в Англии, "просто не обнаруживают заинтересованности во встрече с другими христианами".

"Трудности усиливаются тем фактом, что мы, православные, в настоящее время не имеем согласованного подхода к неправославным христианам. Одни воспринимают экуменизм как знак надежды, другие как пан-ересь. В этом вопросе громадное различие было, например, между Вселенским Патриархом Афинагором и о. Иустином Поповичем. Как существует множество различных точек зрения по поводу будущей организации православия на Западе, так же мы расходимся в нашем видении межхристианского примирения. Когда мы встречаемся с другими христианами, мы говорим разными голосами, а в результате наше участие в экуменическом движении оказалось гораздо менее эффективным, чем могло бы и должно было бы быть. Мы потерпели неудачу в нашем свидетельстве. Как и раньше, мы ждем указаний от Святого и Великого собора, но собор не может действовать в вакууме. Каждый из нас и все вместе, в соответствии с нашими возможностями, мы должны подготовить ему путь в духе взаимной ответственности".

Причину экуменических неудач православных епископ Каллист видит в том, что "если мы время от времени желаем говорить с другими о нашей православной позиции, мы гораздо реже готовы слушать то, что имеют сказать другие... Слишком часто мы, православные, предлагаем нашим братьям-христианам ответы прежде, чем поймем, в чем же заключаются их вопросы. Давайте слушать западных христиан, а также и нехристиан. Давайте будем внимательны к их специфическому опыту, их ощущению кризиса, со всеми их дилеммами, критическим задором и сомнениями. И слушая, мы будем лучше понимать наше собственное православное наследие. Такова наша задача как православного меньшинства в западном мире. (...)

Как в нашем экуменическом свидетельстве достичь открытости без отречения, ясности без самодовольства, твердости без фанатизма? Давайте будем стремиться к тому, чтобы наше православное свидетельство было более кенотичным и более щедрым, в духе таких великих святых XX века, как св. Нектарий Пентаполисский и св. Тихон Московский, св. Силуан и о. Паисий Афонские, о. Амфилохий Патмосский. (...) Не надо идти на компромиссы, но и не надо нападать на других; не нужно ни самозащиты, ни агрессии; нужно просто быть самим собой".

Быть самим собой значит максимально глубоко и полно переживать и проживать свою веру. Богословски это означает, по выражению владыки Каллиста, "абсолютное первенство" двух центральных догматов христианской веры о Троице и Воплощении. "В своем подходе к учению о Троице современные православные богословы часто, хотя и не всегда, используют "социальный" подход, понимание Триединого Бога прежде всего в терминах общения (кинонии), межличностных взаимоотношений и взаимной любви. Развивая эту точку зрения, Станилоэ говорит о "божественной интерсубъективности", а митрополит Пергамский Иоанн (Зизиулас) пишет: "Бытие Бога есть соотносительное бытие; помимо понятия общения невозможно было бы говорить о бытии Божием"".

Такое понимание троичного догмата имеет прямые следствия как для экrлезиологии, так и для антропологии. "Задача Церкви воспроизводить на земле божественную интерсубъективность". "Спасение и обожение это не что иное, как распространение отношений, существующих между Божественными Лицами, на мир сознательных тварных существ" (Д.Станилоэ). Или, говоря словами о. Павла Флоренского, которые приводит епископ Каллист: "Нет другого выбора, как между Троицей и адом".

Это учение имеет и практические последствия в сфере социально-политических представлений: "Вера в Троичного Бога, в Бога взаимных отношений и разделенной любви, ставит нас перед обязанностью на любом уровне бороться против угнетения и эксплуатации. Наша борьба за права человека и социальную справедливость должна осуществляться именно во имя Троицы. Как говорил Николай Федоров, "наша социальная программа это Троица"". В качестве главной задачи православного богословия на пороге нового тысячелетия владыка Каллист выдвигает "углубление нашего понимания человеческой личности" личности, созданной по образу и подобию Божественного Триединства.

К началу обзора ||| Заключительная часть

АЛЕКСАНДР КЫРЛЕЖЕВ


Паре-ле-Моньяль Париж Москва


©   "Русская мысль", Париж,
N 4292, 11 ноября 1999 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ....   ...      
Aport Ranker       [ с 24.11.99:   ]