ЛИТЕРАТУРА, МЕМУАРЫ

 

Александра Петрушина

ПОШЕХОНСКИЙ ДНЕВНИК

27 июля. Сегодня с утра эти две энтузиастки пропололи две грядки лука. Цены им нет. От гордости (за собственные успехи) так обалдели, что в течение дня (не разгибаясь) пропололи и весь чеснок: "Чтобы все было как при Полине Васильевне". Словом, для работы в огороде надо использовать только артисток.

30 июля. 40-й день. Приехали родственники. Собрались соседи. Утром были на кладбище. Шли пешком. Я-то уже привыкла, а ребятам показалось очень далеко. Но ничего, не роптали.

Потом, уже дома, за столом. Хорошо, светло и даже легко вспоминали. Ее ведь и в самом деле любила вся улица.

18 июня 1999 года. Первое лето в Пошехонье без нее.

Бросив сумку и выпив кофе, побежала на кладбище. Памятник красивый и благородный, и хорошего тона. Спасибо вам всем! Спасибо!

После кладбища мы с Маринкой-маленькой побежали по просторам. Она умеет ходить. Вечером истопили баню и с тихим восторгом бросились в нее. Сначала Маринка была там и вышла с умиленным взором, потом отправилась я.

Сейчас 11 часов вечера. Пишу, не зажигая света, и так все видно. За окном полное безветрие, ярко-красный закат, сбоку, словно стесняясь, висит то-о-о-ненький месяц. Тишина. Ни одна собака не лает.

19 июня. День восхитительный. Не жарко, легкий ветерок, небо ясное. Но пересохло все! Болот больше нет мы проверили. Река стала вдвое уже. Молодежь на речке: купается, жжет костры (?!), плавает в лодках. Лодок много. В одной два мальчишки везут одну девочку лет десяти. Кавалерам примерно столько же лет.

Один из них: Твоя бабушка-то из города?

Она: Из города.

Он: Конфет, поди, привезет?

Она: Привезет.

Он: Дашь?

Она: Не зна-а-а-ю.

Он: Не дашь, дак утоплю.

Она: Не утопишь.

Он: Спорим, утоплю?

Она: А на чово спорим?

Он: Дак на конфеты и спорим.

Проплывает другая лодка. В ней человек восемь, она едва виднеется над водой. Руководит плаваньем взрослый человек (молодой мужик), а остальные ребятня среднего возраста. На веслах мальчик и девочка. Взрослый учит их, как надо грести: "Таня-Таня, ты, пожа-а-луйста, греби на х.. потише", говорит он мягким, елейным, педагогическим голосом.

На берегу бабушка кричит внуку, который заплыл под мостки (где полощут белье): "Пашка-Пашка, вылезай, мамке все доложу".

Он: "А мне тута повадно".

Она: "Да мало ли чово тебе повадно. Никогда не делай, чово повадно".

Он: "А пошто тода и жить".

Я столбенею от этой мудрости и жду, когда выплывет Пашка. Вылезает этот мудрец на берег. Ему лет пять на вид. Никакого телосложения, а в глазах такая глумливость, такой азарт к жизни.

Утро началось, как и вчера, как будут и все последующие с похода на кладбище. Несу с собой три бутылки с водой полить цветы. Пока я здесь, цветы должны быть свежие.

23 июня. Ой, до чего я умелая: починила все замки, которые не совпадали после зимы, потому что двери перекосило. Отвертка мой любимый рабочий инструмент, ну и, конечно, молоток. Теперь все двери закрываются и в бане, и в уборной, все совпадает. Приехала Танечка Позднякова: вся радостна, при сумках и при бантиках. Модная. Вечером, после бани, втроем сидели на бревне, как в те времена, и смотрели на луну. Она прибывает, уже почти полная.

Все Пошехонье сушит и сгребает сено. И ждет дождя!

Днем купались в речке. Вместе с нами купались двое мальчишек лет восьми-девяти. Один тощий и суровый, а другой веселый, волосы темно-медные и такого же цвета густые веснушки, и крестик на шее. Разговорились. И как всегда, что-нибудь новенькое. Рыжий говорит: "Щас так мелко, дак мы эту заводинку пешком переходим". Заводинка это от слова "заводь". Как хорошо и как ласково.

К началу публикации ||| Предыдущая часть ||| К окончанию

Пошехонье Москва

© "Русская мысль", Париж,
N 4293, 18 ноября 1999 г.
N 4294, 25 ноября 1999 г.
N 4295, 2 декабря 1999 г.

[ 4 / 5 ]

ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ....