ЛИТЕРАТУРА, МЕМУАРЫ

 

Николай Пунин
Первые футуристические бои

Как же случилось, что рационализм все-таки не был преодолен и теории снова забродили по земле, слоняясь без дела и мороча головы?

Впрочем, все это было позже и об этом потом, я еще не кончил с "первыми футуристическими боями".

Они начались "Пощечиной общественному вкусу"; в "Пощечине" Хлебников, Маяковский, Давид Бурлюк и Крученых писали: "Только мы лицо нашего Времени. Рог времени трубит нами в словесном искусстве".

Знали ли они, что такое эти "мы" и каково было "лицо Времени"?

Футуризм только кличка; под футуризм попадало тогда все, что поднялось и уходило с мертвых становищ прошлого. Некий "Эръ" (обращаясь к нему, допрашивал Д.Бурлюк: Что такое псевдоним:... трусость?..) писал о стихах Хлебникова: "Это не бред буйного помешанного, как мы имели неосторожность полагать, это Акмеизм".

Некий "И.К.", переводя слово "акмеизм" на "простой русский язык" предлагал бросить этих футуристов и вернуться к Пушкину: "Ей-богу недурно писал Пушкин в свое время и напрасно мы о нем забыли". Он не шутил; узнаю в этом голос наших отцов, всего их поколения. Пушкина они, действительно, знали только по цоколю местных памятников и теперь клялись, сожалели, что забыли; страшны им были "дети" и непонятны; темное греческое слово "акмэ" или латинское "футуристы", или "уж не знаю, как там их еще" все было равно, все расплывалось для них в бесформенную массу и, путаясь от ужаса, лени и невежества, сочиняли они свои смрадные и до конца бездарные пародии:

"А, о, у,
Ак
меист ду
Рак
Его в су
масшедший дом
всу
нуть надо
Бурлюка потом
В придачу
На Канатчико
ву дачу".

Думаю, что это никому не было смешно и надеюсь, что некоторые содрогались.

Кроме "акмеизма", под кличку футуризма попадало еще многое: символизм Кульбина, символистический экспрессионизм Е.Гуро, московский "фовизм" ("Бубновый валет"), запоздалый эстетизм "Центрифуги", эгофутуризм, подлинный экспрессионизм Кандинского и Шагала, конструктивизм, кубофутуризм, супрематизм, кубизм, наконец. Эти течения были различны по происхождению, имели разные возрасты и разную судьбу.

Я пишу сейчас среди гор; мне некогда излагать, что представляло собою каждое из этих течений: за горами солнце садится в море; сызмальства любил закаты; на закатах чувствуешь, что земля шар, что ходишь по шару; на закате пристал однажды к матери мальчик:

"Мама, если пройти насквозь всю землю, где надо перевернуться, чтобы не выйти на ту сторону вверх ногами, скажи".

На закатах всегда приходят в голову большие вопросы и приходится думать величественно.

У футуризма был
свой день и свое солнце

Когда вспоминаешь теперь недавнее прошлое футуризма, все течения кажутся вершинами одного пейзажа; из вершин выше бывает та, к которой стоишь ближе. Ближе всего я стоял к кубизму; кубизм кажется мне самой высокой вершиной нашей эпохи; оттуда видны все заблуждения и все пороки современной живописи.

У нас мало знают о кубизме, больше понаслышке. Сейчас никто не занимается кубизмом; между тем, он универсален, именно как метод. Кубизм, как в клещи, зажал период довоенный, войны и наше сегодня; эпоха кризиса это эпоха кубизма по преимуществу. В каждом кубистическом холсте дышит наша жизнь.

К началу публикации ||| Предыдущая часть ||| Следующая часть

Публикация
Леонида Зыкова

Санкт-Петербург

© "Русская мысль", Париж,
N 4268, 06 мая 1999 г.,
N 4269, 13 мая 1999 г.,
N 4270, 20 мая 1999 г.

[4 / 8]

ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ....