ПУТИ РУССКОЙ КУЛЬТУРЫ

 

«Такой смешной,
в штанах и пиджаке...»

К 100-летию со дня рождения К.К.Гершельмана
(1899-1951)

Карл Карлович Гершельман был одаренным человеком: художник-график, художник-декоратор, поэт, прозаик, литературовед и, наконец, философ всё в одном лице. Но как-то случилось, что ни одной книги он так и не издал написанное им осталось на страницах русской зарубежной периодики.

Родился Гершельман в семье прибалтийских немцев, но, по странному стечению обстоятельств, на юге, в Севастополе. Его отец-генерал служил сначала в Одессе, затем в Крыму. Свою учебу Гершельман начал в кадетском корпусе, потом поступил в Санкт-Петербурге в Михайловское артиллерийское училище, после окончания которого в офицерском звании служил в лейб-гвардии 3-й артиллерийской бригаде. Несмотря на свой юный возраст, он принял участие в Первой Мировой войне, чуть позже сражался в Белой армии. После установления в России советской власти Гершельман год прожил в Галлиполи.

Однако "родные" прибалтийские места манили к себе, и он перебрался в Эстонию, в Таллин, где поступил на службу в министерство земледелия. Свободное от службы время Гершельман посвящал творчеству: создал серии графических произведений, успешно работал в области декоративно-прикладного искусства. Вскоре он познакомился с группой русских писателей и поэтов, решивших организовать в Таллине "Цех поэтов". Среди них были Ю.Иваск, П.Иртель, Б.Нарциссов, Б.Новосадов, Е.Базилевская и некоторые другие. К ним присоединился и Гершельман. Тогда мало кто знал, что он большой знаток поэзии и сам пишет стихи. Но уже одна из первых его стихотворных публикаций сделала его имя знаменитым не только в кругу таллиннских литераторов, но и за пределами Эстонии, в Париже и в Берлине:

Особенно активную деятельность "Таллинский Цех поэтов" развернул в первой половине 1930-х: регулярно издавались номера литературного сборника "Новь", на постоянных собраниях Цеха обсуждались новинки современной литературы, читались стихи и проза участников объединения, делались доклады по теории стиха и прозы (Гершельман осенью 1934 г. прочитал свое исследование "Рифма"), переводились произведения эстонских авторов...

Гершельмана этого периода очень хорошо описывает близко его знавший Юрий Иваск: Карл Карлович был застенчив, скромен, необщителен, высокий, но статный человек с военной выправкой, абсолютно чуждый суеты и тщеславия.

Значение поэта, по Гершельману, очень высоко: "Поэтическое призвание ...религиозное действие... миссия, а не профессия", а поэтому "гений... цель исторического процесса. Гений это то, чем народ оправдывает свое существование перед другими народами, это подарок народа остальному человечеству. В гении народ проявляет, расходует себя, а не питает. Народ служит гению, а не гений народу". Но для этого поэт должен быть свободен той "тайной" свободой, которая «есть господство внутреннего над внешним, "совести" над "законом": ведь хочется писать "что нравится, что люблю, не боясь ни банальности, ни одиночества"».

А свобода какая бы она ни была: тайная или явная "должна привести человека к добровольному отказу от зла", хотя сама эта проблема не так однозначна, как кажется на первый взгляд, и вот точка зрения Гершельмана: "Зло яд, в малой дозе целительный, в большой убивающий; и все дело именно в дозировке... в зависимости от мотивов тот же самый поступок в одном случае может быть признан невинной шалостью, в другом преступлением, в третьем возможно, даже подвигом. Важен не поступок сам по себе, а наше отношение к нему".

Точно так же "красота ландшафта зависит не от того, каков он сам по себе, а от того, каким мы его видим"; а впрочем, "не все ли равно, любоваться прекрасным закатом или любоваться стенами собственной тюрьмы? Ведь это только неразвитый эстетический вкус предпочитать закат простой груде камней... В любом положении... можно переживать непосредственную радость жизни, ее внутренний трепет... Для того, кто достиг Царства Божия, житейская радость или страдание только различное содержание пробегающей перед ним действительности". А что такое жить в Царстве Божием? "Воспринимать будничную земную жизнь в свете вечности, переживать ее как один эпизод вечной жизни и соответственно этому ее расценивать это и значит жить в Царстве Божием. Царство Божие это видеть земную жизнь "оттуда сюда"... Царство Божие соединение человека со своей надвременной сутью..."

Именно переживание "пробегающей действительности" тема стихов Гершельмана. Он печально-радостный наблюдатель жизненного процесса, по его же словам, "сам в себе, как в ложе театральной", ребенок, доверчиво задумавшийся о подарках:

Жизнь призрачна, во всяком случае полуреальна; ты вроде бы как одной ногой здесь, другой там. И где призрачнее, где реальнее непонятно. Но только взглядом "оттуда" можно увидеть, что "вчера, сегодня, завтра, через тысячу лет, через миллион столетий по существу жизнь всегда остается одной и той же. "Прогресс", "эволюция" это поверхность... в своей глубине жизнь неизменна..." Но для чего она существует? "Просто так, ради "телячьего восторга", считал Гершельман, но добавлял при этом: Чтобы ценить мир, надо в какой-то мере быть конгениальным его Творцу". И он умел ценить прелесть преходящую и уходящую этой жизни, улавливая все ее оттенки и особенности, стремясь воплотить в своем творчестве ее мгновенную красоту, растворенную в любви к Всевышнему.

Гершельман умер 21 декабря 1951 г. уже в советском Таллине. Просто поразительно, как его, бывшего белого офицера, жителя буржуазной Эстонии, к тому же печатавшегося в русских эмигрантских изданиях, пальцем не тронули. Он ушел из жизни "собственным ходом", вне зависимости от власти и политики. Короче, как и жил, скромно и незаметно. У него остались жена, сын и дочь... И еще личный архив где он сейчас?

СЕРГЕЙ СУЧКОВ


Москва


©   "Русская мысль", Париж,
N 4302, 27 января 2000 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ....   ...      
     [ с 29.01.2000:   ]