КНИЖНАЯ ПОЛКА

 

Дневник читателя

Русская эмиграция в Праге.
Список адресов.
Сост. Анастасия Копршивова.

Прага, Narodni knihovna, 1999. 32 с., 10 с. карт.

В изучении истории русской эмиграции постепенно устанавливаются те пропорции, которые соответствуют истинному вкладу эмигрантов в культуру. В исследованиях последних лет главенствует Париж, но все большее место получает русская Прага. Новый справочник, составленный ведущей специалисткой по данному вопросу Анастасией Копршивовой, вносит в исследовательский процесс дополнительную стройность.

"Список адресов эмигрантских организаций в Праге - русских, украинских, белорусских - мы рассматриваем, - пишет составитель, - не как обычный перечень формальных данных, но как свидетельство о политической, общественной и культурной жизни эмигрантов на территории Чехословакии в период между двумя мировыми войнами, жизни необычайно богатой и изменчивой. Этот список, помимо всего прочего, говорит нам и о широких взаимосвязях между эмигрантами, независимо от их национальности, так как ряд адресов - особенно в первые годы действия так называемой Русской акции - являлся общим для эмигрантских организаций самой разной национальной ориентации".

Справочник разделен на три крупных национальных раздела - "Русская Прага", "Украинская Прага", "Белорусская Прага". Внутри разделов - справки об общежитиях, гостиницах, кооперативных домах, столовых и клубах, учебных заведениях, издательствах, редакциях и книжных магазинах, профессиональных и общественных организациях, о храмах бывших и действующих, о мемориальных досках и памятниках деятелям славянской культуры.

В русской Праге были хорошо известны общежитие "Свободарна", профессорский дом по прозванию "Братская могила" (где жили литературовед А.Л.Бем, сын художника свящ. М.В.Васнецов, философы И.И.Лапшин и Н.О.Лосский, историк С.Г.Пушкарев, евразиец П.Н.Савицкий и другие), дом "У трех жуликов", названный по числу сбежавших подрядчиков (здесь жили кооператор С.Бородаевский, эсер В.М.Чернов, историк А.А.Кизеветтер, художник Н.В.Зарецкий), - но где все это находилось, спросить в последние годы было практически не у кого.

А.Копршивова приводит адреса множества заведений, постоянно упоминаемых в мемуарах и документах: кафе "Далиборки", Русского юридического факультета и Автомобильно-тракторной школы, Института Н.П.Кондакова и Русского заграничного исторического архива (того самого, вывезенного НКВД в Москву в 1945-м), Экономического кабинета проф. С.Н.Прокоповича, издательства "Пламя" и редакции "Воли России", Земгора и Союза русских врачей.

Оказывается, что в Праге есть мемориальные доски некоторым деятелям восточнославянской культуры: композитору А.А.Архангельскому, Марине Цветаевой, первому президенту Украины Михайло Грушевскому и даже один памятник - Франциску Скорине.

Ориентироваться в этом многообразии фактов и памятных мест помогает прилагаемая карта.

Духовные течения русской и украинской
эмиграции в Чехословацкой республике
(1919-1939). (Менее известные аспекты темы).
Под ред. Л.Белошевской.

Прага, Славянский институт АН ЧР, 1999. 352 с.

Новый сборник о русской Праге, вопреки выходным данным появившийся только на прошлой неделе, являет собой несомненную удачу в области теоретического освоения эмигрантского наследия. Девять его статей (восемь авторов - пражане, одна - москвичка) решительно порывают с недоброй и изрядно затянувшейся традицией упрощения материала: чуть ли не полтора десятилетия авторы публикаций на эмигрантскую тему пишут с оглядкой на ленивых и нелюбопытных.

"Духовные течения" выпущены для читателей сведущих и требовательных. Сборник открывает статья Зденека Сладека о чехах - посредниках в осуществлении той огромной и разветвленной помощи, что именовалась "русской акцией".

"Специфика Праги как духовного центра эмиграции" - статья Ивана Савицкого (сына евразийца Петра Савицкого) посвящена периоду формирования этого "русского Оксфорда", времени с 1919 по 1926-1928 годы. И.П.Савицкий слывет исследователем, часто говорящим весьма непривычные и парадоксальные вещи, вносящим переполох в чинную атмосферу позднейшей историографии.

"В настоящее время, - отмечает И.П.Савицкий, - в работах об эмиграции применяются уже не эмигрантские критерии. В отличие от иммиграции, переселенцев, эмигранты думали о возрождении родины, готовились к возвращению, вырабатывали бесчисленные программы ее устроения. Современные исследователи эмиграции, в благородном желании отдать ей должное, аргументируют прежде всего тем вкладом, который внесла эмиграция в мировую культуру. Но именно те, кто работал преимущественно на "будущую Россию", недостаточно внимания уделяли вхождению в мировую (европейскую или "атлантическую") культуру".

В этом и заключалась драма русских пражан, делает вывод И.П.Савицкий. Создания "всеэмигрантского" академического центра по экономическим (а затем и политическим) причинам не получилось, ставка на будущую Россию оказалась бита, громадные культурно-организационные усилия хоть и привели к неплохой подготовке студентов-эмигрантов к вхождению в западный мир, однако на долгие годы отрезали от европейских связей самих профессоров. И.П.Савицкий подытоживает: "Поздним отголоском того, что русские "пражане" не достигли своих целей, является факт, что им недостаточно внимания уделяется в истории русской послереволюционной эмиграции".

Маргарита Вандалковская обозревает научное наследие историков-эмигрантов, на которых русская Прага оказалась особенно богата; Богдан Зилинский дает панораму украинских литературных трудов; Милуша Задражилова разбирает критическую рубрику главного пражского литературного журнала "Воля России"; Любовь Белошевская - поэтическое кредо молодых пражан (на примере объединения "Скит"); Марина Луптакова по архивным материалам восстанавливает взаимоотношения рассеянных по эмиграции членов Братства Святой Софии.

Философу Борису Яковенко посвящено глубокое и изысканно-нервное эссе Сергея Магида.

На мой взгляд, самая интересная работа сборника - исследование "Русские эмигрантские "Афины" и место Н.Е.Осипова в них" Марии Магидовой. Не стоит иронизировать над соревновательными попытками утвердить для ученой Праги эпитет попышнее - "Оксфорд" у Савицкого, "Афины" у М.Магидовой. Греческая метафора (авторства князя К.А.Чхеидзе) как нельзя лучше подходит к полузабытому русскому психоаналитику, врачу и литератору Николаю Осипову, чью работу "Революция и сон" вспоминают сейчас многие.

ИВАН ТОЛСТОЙ


Прага


©   "Русская мысль", Париж,
N 4308, 09 марта 2000 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ....   ...      
[ с 15.03.2000:   ]