РЕЛИГИЯ И ОБЩЕСТВО

 

Церковная экономика
Центральной России:
приход, монастырь, епархия

Экономика прихода

Необходимо помнить, что, говоря об экономической деятельности прихода вообще, мы прибегаем к недопустимо высокой степени обобщения. Существует огромная разница между сельским и городским приходом, между храмом райцентра и кафедральным собором главного города епархии.

В наиболее сложном экономическом положении, естественно, находятся сельские храмы. Их годовой доход не превышает, как правило, 30 тыс. руб. Из этих средств закупаются свечи, мука для изготовления просфор, вино для евхаристии, выдается зарплата настоятелю и другим людям, работающим в храме. Финансовую помощь от епархиального управления или властных структур сельские приходы получают редко. Материальное благополучие такого храма в решающей степени зависит от личной активности священника, от его умения найти спонсоров, наладить отношения с председателем ближайшего колхоза и т.д.

Свечная торговля приносит сельскому храму до 60-70% его дохода. Чаще всего свечи закупаются на епархиальном складе, но отдельные приходы стремятся наладить собственные контакты с производителями или распространителями свечей, дабы избежать наценки. Иногда торговцы церковным товаром сами объезжают приходы, предлагая свечи, лампадное масло, ладан, вино, утварь. Время от времени епархиальное руководство тем или иным способом пытается добиться увеличения числа приходов, закупающих товары в епархии, но такие кампании не приносят ощутимого результата и быстро сходят на нет.

Подавляющее большинство сельских храмов находится сегодня в полуразрушенном состоянии. Приходских средств хватает в лучшем случае на текущий ремонт и покупку самого необходимого. Ни на приобретение долгосрочной утвари, ни на капитальный ремонт денег уже не остается. Поэтому ремонт такого храма превращается в перманентный процесс, длящийся годами.

Не хватает у сельского прихода денег и на обеспечение хотя бы относительной безопасности храма: приобретение металлических дверей, установку охранных сигнализаций. Поэтому многие храмы за последнее время подверглись ограблениям, некоторые не по одному разу. Естественно, что грабители стремятся вынести все самое ценное старинные иконы, изделия из драгоценных металлов. Приход вынужден приобретать новые предметы взамен похищенных получается замкнутый круг. Невозможность своевременно найти деньги на охрану храма оборачивается серьезными финансовыми потерями.

Прямым следствием бедности является тяжелая экологическая ситуация. Вместо восковых свечей в храмах используются более дешевые парафиновые, хотя парафин вреден для икон; в кадило вместо специального угля кладется обыкновенный древесный; в лампады заливается машинное масло, что вредно уже не только для икон и утвари, но и для здоровья клириков и прихожан.

Доход городского храма существенно отличается от дохода храма сельского как по объему, так и по структуре. Если в райцентрах годовой оборот прихода составляет в среднем 50-60 тыс. руб., то в крупных городах доход кафедрального собора или сопоставимого с ним храма может достигать нескольких миллионов рублей.

Чем крупнее храм, тем выше доля треб в его совокупном доходе. Обычно поступления от треб и поминовений в городском храме составляют более 50% его бюджета. Такое радикальное изменение пропорций по сравнению с сельскими храмами связано с несколькими причинами. Во-первых, цены на свечи в городе и в селе различаются несущественно, тогда как требы в крупных городах стоят значительно дороже, чем в сельской местности. Во-вторых, в сознании многих людей существует представление о сравнительной престижности того или иного храма. Человек, не являющийся постоянным прихожанином определенного храма, скорее отправится венчаться или крестить ребенка в собор, чем в сельскую церковь.

Почти половина общего дохода от треб приходится на отпевания. В крупном храме за год совершается несколько тысяч отпеваний, цена их в разных храмах колеблется от 70 до 350 руб. Крещений совершается не менее полутора-двух тысяч, стоит это 50-100 руб. Венчания заказывают реже, но цена на них достаточна высока (до 500 руб.), и поэтому они тоже приносят храму более или менее значительный доход.

Итак, основные источники дохода любого храма требы и свечи (отметим, что чистая прибыль храма от свечной торговли очень велика и может достигать 5000%). Те действия церковной администрации, которые могут привести к снижению этих доходов, воспринимаются на приходах крайне настороженно. Так, архиепископ Ивановский и Кинешемский Амвросий еще в 1991 г. издал циркуляр, фактически вводивший в храмах епархии свободные цены на требы. Как и следовало ожидать, епархиальное духовенство пренебрегло распоряжением архиерея. Сегодня ни в одном ивановском храме малоимущим прихожанам не сообщат, что они могут заказать требу за сумму меньшую, нежели та, что указана в прейскуранте.

Легко объяснимо также стремление священников защитить финансовые интересы своих храмов, оградив их от конкуренции. Известны случаи, когда священники запрещали своим прихожанам приходить на службу со свечами, купленными за пределами храма.

Иногда оборонительная тактика конкурентной борьбы может сменяться наступательной. Известен случай, когда один из ивановских священников, воспользовавшись приятельскими отношениями с директором ритуального бюро, сумел практически монополизировать "рынок отпеваний" в областном центре. Проблема эта и в других епархиях стоит весьма остро. Архиепископ Ярославский и Ростовский Михей недавно был вынужден специальным циркуляром запретить совершение отпеваний в ритуальных бюро. Время от времени конкурентная борьба в церковной среде может принимать и более эксцентричные формы. Известны случаи потасовок между представителями различных храмов и монастырей Ивановской епархии, боровшихся за более выгодные места для сбора пожертвований.

Практически в любом храме имеет место двойная бухгалтерия. Величина уводимых в тень доходов полностью зависит от настоятеля и бухгалтера храма. Основу теневой стороны экономики прихода составляют незарегистрированные пожертвования и доход от неучтенных треб. Здесь возможности священника практически безграничны в тень может уводиться до 90% всех треб. В некоторых епархиях есть приходы, в которых, по официальным отчетам, за год не совершались ни венчания, ни отпевания.

Распределяются укрытые таким образом деньги по-разному. Они могут тратиться на храмовые нужды или же служить дополнительным источником дохода настоятеля. Официальная зарплата священника обычно невелика. Конкретную сумму устанавливает приходский совет, председателем которого чаще всего является сам настоятель. Трудно говорить о среднем соотношении между зарплатой священнослужителя и его реальным доходом слишком многое зависит здесь от "человеческого фактора". Кроме того, значительную часть дохода священника, особенно сельского, составляют приносимые прихожанами продукты питания. В богатых приходах натуральная составляющая дохода клирика в несколько раз превышает его зарплату.

Дополнительным источником дохода храма и его настоятеля может служить прибыль от коммерческой деятельности, которую ведут некоторые приходы. Наиболее частые формы церковного предпринимательства свечное производство или изготовление надгробных памятников. Иногда приходская коммерция носит не вполне законный характер. Так, в феврале 1999 г. на территории Воскресенского храма г.Вичуга Ивановской области был обнаружен подпольный цех по производству водки. Впрочем, масштабы коммерческой деятельности отдельных приходов несопоставимы с предпринимательским размахом крупных монастырей и епархиального управления.

Экономика монастыря

Из двух основных источников приходских доходов у монастыря остается лишь торговля свечами (по церковным правилам, в монастыре не могут совершаться наиболее распространенные требы). Однако оборот крупного монастыря по меньшей мере не уступает бюджету городского храма. Компенсировать потерю дохода от треб удается за счет привлечения дополнительных источников дохода, с одной стороны, и экономии расходов с другой.

В наиболее выгодном положении сегодня находятся большие монастыри, открытые в начале 1990-х и имеющие несколько подворий, обеспечивающих монастырь продовольственными запасами. В женских монастырях нередко существуют швейные мастерские, занимающиеся пошивом облачений для духовенства монастыря и монашеской одежды для насельниц. Кроме того, по существующей традиции, никто из работающих в монастыре не получает зарплату. В крупных храмах зарплата составляет обычно основную статью расхода, и такая традиция позволяет существенно экономить монастырские средства. Нужно также учитывать, что большую часть строительных, ремонтных, реставрационных работ в монастыре выполняют насельники бесплатная рабочая сила.

Значительную роль в монастырском бюджете играют пожертвования частных благотворителей, нередко предоставляемые в виде товаров или услуг. Вследствие этого монастыри выделяются на фоне иных церковных структур низкой долей наличных денег в реальном обороте. Практически любой монастырь сегодня ведет строительно-ремонтные работы, поэтому основная часть жертвуемых товаров это стройматериалы.

У крупных монастырей могут быть также дополнительные индивидуальные источники дохода. Так, большую часть бюджета ивановского Свято-Введенского монастыря составляют поступления от реализации книг его настоятеля архимандрита Амвросия (Юрасова). Тираж некоторых его проповедей и бесед достигает 300 тыс. экземпляров, и "книжный" доход монастыря значительно превосходит "свечной".

Точный бюджет монастыря установить практически невозможно. Финансовые отчеты монастырей, как правило, имеют еще меньше отношения к действительности, чем аналогичные документы приходов. В ряде епархий крупные монастыри представляют собой "анклавы", ведущие самостоятельное существование. Контролировать их доходы очень трудно, и подобные попытки предпринимаются крайне редко.

(Одним из источников финансовых поступлений в монастырях является также плата за поминовение, например, "вечное" поминовении об упокоении. Прим. ред.)

Экономика епархии

Бюджет епархиального управления формируется за счет отчислений от храмов и монастырей епархии, дохода епархиального склада от торговли свечами и утварью, а также коммерческой деятельности епархии и денег, перечисляемых Церкви властными структурами и частными жертвователями. Величина каждого из источников епархиального дохода зависит от специфики епархии и административных способностей ее руководства.

Обязательные отчисления храмами и монастырями определенных денежных сумм в епархиальный бюджет должны были бы представлять основной источник дохода любой епархии. Однако сегодня положение в этой сфере весьма далеко от идеального. Так, ивановские храмы должны переводить епархиальному управлению 12% своего оборота, но около 30% храмов епархии не платят этот налог вообще, а остальные платят не в полном объеме. Кафедральный собор, например, перечисляет епархии около половины установленной суммы. Слабость платежной дисциплины частично можно объяснить общей неразвитостью административной вертикали в епархии. В частности, практически не работает институт благочинных, на которых возлагается непосредственная ответственность за своевременное перечисление приходских взносов.

Епархия, в свою очередь, в течение нескольких лет не платит обязательный взнос в Патриархию. Денег в епархиальном бюджете хватает лишь на содержание самого епархиального управления. Духовное училище и православная школа, на бумаге финансируемые епархией, реально существуют лишь за счет спонсорской помощи.

В соседних с Ивановской епархиях вообще не существует единой ставки епархиального налога. В Костроме или Ярославле епархиальный совет просто посылает в приход распоряжение о перечислении в епархию той или иной суммы. Впрочем, уровень реальных поступлений и здесь не превышает 60-70% запланированного.

При систематических неплатежах приходов особую значимость приобретает работа епархиального склада. Прибыль епархии от продаваемого товара невелика по сравнению с аналогичной прибылью храмов и монастырей, но, учитывая объем продаж, можно констатировать, что она, тем не менее, выражается в довольно значительных суммах.

Епархии Центральной России обычно закупают свечи для склада не в "Софрине", а на частных предприятиях в Москве и Ярославле, где они стоят значительно дешевле. Доля свечей, покупаемых в софринских мастерских, крайне невелика. Некоторые епархии раз в год специально закупают софринские свечи, чтобы таким образом продемонстрировать лояльность Патриархии. Однако в целом при решении этого вопроса экономические соображения обычно берут верх над идейными.

Наценка на продаваемые со склада свечи устанавливается каждой епархией самостоятельно. В Иванове такая наценка составляет около 20%, в Ярославле она еще выше, а в Костроме распоряжением архиепископа Александра отменена вовсе. Вообще Костромская епархия благодаря доходам от деятельности знаменитого предприятия по производству минеральной воды "Святой источник" экономически гораздо меньше, нежели соседи, зависит от традиционных источников епархиального дохода. Епархиальное управление может позволить себе содержать семинарию, поддерживать монастыри, выплачивать зарплату настоятелям беднейших приходов, бесплатно передавать в открывающиеся храмы утварь и облачения.

Третья статья дохода епархиального управления это его коммерческая деятельность. В некоторых епархиях разного рода бизнес-проекты являются основным источником дохода, в других централизованная предпринимательская активность практически отсутствует. Нынешний статус Церкви в обществе позволяет ей довольно свободно добиваться государственной поддержки в виде бюджетных дотаций, налоговых льгот, долгосрочных кредитов. Поэтому даже в тех регионах, где сама епархия не ведет коммерческой деятельности, околоцерковные предприниматели зачастую стремятся при помощи епархиальных структур решить собственные задачи.

При описании источников епархиальных доходов нельзя забывать о разнообразной помощи, оказываемой Церкви частными благотворителями и властными структурами всех уровней. Кроме косвенных дотаций, местные власти оказывают епархиям и прямую финансовую поддержку. Обычно подобная помощь невелика, но в отдельных случаях она может выражаться и в весьма значительных суммах. Так, в Ярославле в 1996 г. на церковные нужды из областного бюджета было выделено в общей сложности около 270 тыс. долл. Во многих регионах местные власти дотируют епархиальную прессу и духовные учебные заведения.

В свою очередь Церковь оказывает сотрудничающим с ней чиновникам и коммерсантам ответные услуги. Так, костромской мэр Б.Коробов в ноябре 1995 г. подписал с епархией соглашение, по которому городская администрация обязалась оказывать Церкви финансовую помощь, а также содействовать строительству и восстановлению храмов. В ответ руководство епархии активно поддержало Коробова на проходивших через месяц выборах. На парламентских выборах 1999 г. представители Ивановской епархии открыто поддерживали спонсоров духовного училища, в первую очередь президента компании "Славнефть" В.Думу. Характерно, что при этом некоторые клирики епархии публично агитировали за тех кандидатов, которые финансировали их собственные проекты. Так, настоятель Николо-Шартомского монастыря архимандрит Никон (Фомин) поддерживал кандидата от ОВР П.Пожигайло, помогавшего строительству Скорбященского храма, которое велось этим монастырем.

* * *

Все вышесказанное позволяет сделать некоторые выводы.

Во-первых, достаточно популярные сегодня дискуссии на тему об экономическом положении Русской Православной Церкви остаются вполне беспредметными, если спорящие не уточняют, о каком именно уровне церковной структуры идет речь. Доходы в Церкви распределяются очень неравномерно: если настоятель кафедрального собора или секретарь епархиального управления (мы сознательно не касаемся сейчас сотрудников Патриархии или синодальных отделов такой разговор увел бы нас слишком далеко от избранной темы) могут позволить себе строить дачи и менять машины, то священнослужители низшего звена зачастую не имеют денег на новую одежду.

Во-вторых, благополучие епархии не зависит напрямую от экономического положения региона. Гораздо важнее административные и деловые способности епархиального руководства правящего архиерея, викария, секретаря епархиального управления. Наиболее характерен в этом отношении пример сравнительно богатой Костромской епархии, тогда как Костромскую область трудно отнести к благополучным регионам.

Наконец, третий и, пожалуй, основной вывод, который можно сделать из представленного материала, заключается в том, что активность РПЦ как субъекта экономики постоянно растет, а ее суммарный оборот непрерывно увеличивается. Традиционное представление о Церкви в целом, безусловно, справедливо, но оно не отменяет возможности иных подходов. Сегодня Московский Патриархат представляет собой многоуровневую, разветвленную и сложную для описания (в том числе и в силу внутренней закрытости) экономическую структуру, требующую дальнейшего изучения.

МИХАИЛ ЭДЕЛЬШТЕЙН


Иваново


©   "Русская мысль", Париж,
N 4310, 23 марта 2000 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ....   ...       
[ с 02.04.2000 ]