ВЫБОРЫ 2000

 

Региональная политика
новой власти

Путин завоевал Кремль. Покорит ли он страну?

Поскольку президентская кампания носила по существу безальтернативный характер, Владимир Путин сумел избежать изнурительного торга с региональными лидерами, обменивая голоса в свою поддержку на послабления местным элитам. Хотя и.о. президента с трудом преодолел планку в 50% (поэтому губернаторы могут утверждать, что именно благодаря их усилиям Путин победил уже в первом туре), новый глава государства вряд ли будет чувствовать себя стесненным обязательствами перед руководителями субъектов Федерации. Более того, карт-бланш, который Путин получил 26 марта, развязывает ему руки и дает шанс вести самостоятельную линию, исходя из собственных представлений об оптимальных рецептах для страны. Не в последнюю очередь это относится и к региональной политике. Каким же образом Путин будет вести себя с поддержавшими его губернаторами: удовлетворится ли он их внешней лояльностью или попытается нанести реванш за их попытки проявить политическую самостоятельность, затеяв масштабную реформу федеративного устройства?

Пока и.о. президента не торопится обнародовать свои предложения в области региональной политики (равно как и по другим направлениям). Пока можно лишь анализировать тот информационный фон, который создается не без участия самих губернаторов и других заинтересованных лиц вокруг будущей программы Путина в сфере отношений с регионами.

Первое широко обсуждаемое предложение пересмотр действующей конституции и других законодательных актов в сторону ограничения полномочий губернаторов, установления процедуры федерального управления "непокорными" территориями и т.п. Предлагается также пересмотреть действующие соглашения о разделении полномочий между центром и субъектом Федерации (такие договоры подписаны более чем с половиной регионов). В этом же ряду проект укрупнения регионов, призванный восстановить иерархию исполнительной власти: сейчас Центру приходится иметь дело с 89 субъектами (считая Чечню). Эту идею уже поддержали Аман Тулеев, Михаил Прусак и еще ряд лидеров. План укрупнения регионов с некоторыми оговорками нашел понимание у свердловского губернатора Эдуарда Росселя, предложившего назначать "старшего" генерал-губернатора, который бы руководил деятельностью нескольких глав областных администраций.

Однако издержки при реализации подобных планов могут оказаться куда весомее, нежели задуманный эффект. Так, запуск процесса пересмотра конституции и изменения числа субъектов РФ в любой момент может вызвать к жизни проблему пересмотра границ между отдельными регионами. Велик риск того, что "суперрегионы", которые будут созданы на базе нескольких субъектов Федерации, почувствуют собственную силу и могут стать если не очагами сепаратизма, то хотя бы мощными лоббистскими силами, способными оказывать серьезное давление на политику Центра.

Еще один радикальный проект отмена выборности губернаторского корпуса призван выбить почву из-под претензий региональных лидеров на самостоятельность. Но эффективность такого решения тоже вовсе не очевидна. Высшее руководство страны вряд ли сможет внимательно и объективно отслеживать ситуацию в каждом из 89 субъектов Федерации. В результате назначение губернаторов может стать, как минимум, объектом аппаратных интриг, а как максимум питательной почвой коррупции. Система назначений первых лиц из центра показала свою несостоятельность на закате СССР и в первые годы постсоветской России.

Более мягкой формой приведения губернаторского корпуса "в повиновение" является путь укрепления представительств федеральных органов власти на местах. "Опорным" мог бы стать институт представителей президента, который номинально уже многие годы существует в регионах. Центр несколько раз пытался вдохнуть в него жизнь, но дело так и не сдвинулось с мертвой точки. Помимо прочего, это обусловлено неопределенностью правового статуса президентских наместников: проведение через Совет Федерации специального закона, устанавливающего полномочия представителя, было невозможно из-за сопротивления губернаторского корпуса, имевшего все основания рассматривать подобные планы как посягательство на свою власть. Теперь, после того как региональные лидеры "выстроились" под Путина, такой законопроект можно было бы провести.

Правда, не следует забывать, что представители президента пока не демонстрировали особых достижений. Есть признаки того, что федеральная власть готова пересмотреть прежнюю практику выдвижения на этот пост аппаратчиков и сделает ставку на представителей спецслужб. Однако это вовсе не гарантирует успеха. Так, система МВД крайне уязвима для коррупции, а ее руководство, даже получив нового куратора в лице представителя президента, все равно будет вынуждено балансировать между региональными властями (как правило, гарантирующими полноценное финансирование) и федеральным Центром, назначающим руководителей региональных УВД. Попытки подключения Федеральной службы безопасности также не дали результатов. Для ФСБ (пусть и в меньшей степени, чем для МВД) все же характерны пороки нынешних правоохранительных органов. Не внушает особого энтузиазма и опыт назначения представителем президента в Приморском крае главы местного управления ФСБ Виктора Кондратова, который так и не смог ограничить власть губернатора Евгения Наздратенко. Как показывает пример Кондратова (а также выбор представителем президента в Карачаево-Черкесии генерала МВД Александра Волкодава), такой шаг может принести лишь временный эффект, смягчить напряженность в регионе, но вряд ли действен в долгосрочной перспективе.

Изменения могут затронуть и судебную систему: Путин уже пообещал пресечь практику финансирования судов из местных бюджетов. Однако для того, чтобы рассчитывать на независимость судов, необходимо направлять на их нужды значительные отчисления из федерального бюджета (судьям можно запретить получать деньги от местных властей, но не запретишь взятки от истцов и ответчиков).

Достаточно остро стоит вопрос о судьбе местного самоуправления. Несколько лет назад федеральный центр попытался ограничить власть губернаторов с помощью глав муниципальных образований. Именно мэры нередко были опорой Москвы в тех регионах, где губернаторы игнорировали позицию центральной власти. Но теперь, когда главы обладминистраций дружно "присягают" ей, необходимость давления на них "снизу" отходит на второй план (тем более что для поддержки местного самоуправления тоже необходимо выделение значительных средств). Губернаторы торопятся воспользоваться ситуацией: так, Эдуард Россель уже заявил, что восстановление вертикали исполнительной власти должно осуществляться не через упразднение выборности руководителей субъектов Федерации, а через подчинение им глав муниципальных образований.

Еще одна задача, за решение которой может взяться новая власть, снижение политического веса Совета Федерации. После того, как и.о. президента нашел общий язык с Думой, потребность в союзе с верхней палатой несколько снизилась. Однако пока неясно, попытается ли федеральная власть просто "взять реванш" над "непокорными" сенаторами, демонстрировавшими немалую политическую своенравность (хотя по большинству вопросов и избегавшими открытой конфронтации), или центр перейдет к более сложной проблеме предотвращению трансформации СФ в неформальный орган политической оппозиции.

Немаловажно, что в "доброте" Путина губернаторы пока отнюдь не уверены: и.о. президента не торопится идти на ответные уступки поддержавшим его региональным лидерам. В феврале и.о. президента отказался от обещанного союза с губернатором Санкт-Петербурга Владимиром Яковлевым, а 27 марта, через несколько дней после демонстративно дружелюбной встречи с Юрием Лужковым, сместил его ставленника Бориса Добрушкина с поста главы столичной налоговой полиции, заменив его Алексеем Седовым, занимавшим аналогичную должность в родном для Путина Санкт-Петербурге.

МИХАИЛ ВИНОГРАДОВ


Москва


©   "Русская мысль", Париж,
N 4311, 30 марта 2000 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ....   ...       
[В Интернете: 07.04.2000 ]