СОБЫТИЯ И РАЗМЫШЛЕНИЯ

 

КАК ЭТО ДЕЛАЕТСЯ

Способы административной коррекции выборов

В послевыборную ночь с 26 на 27 марта результаты за Владимира Путина вплоть до 2 часов не достигали 50%, хотя и неуклонно увеличивались по мере движения с востока на запад. Между тем на думских выборах 19 декабря наблюдалась обратная ситуация: чем дальше на запад, тем больше росли результаты КПРФ и падали результаты пропутинского "Единства". Поэтому, когда в 2 часа ночи 27 марта председатель Центризбиркома торжественно объявил: "Владимир Владимирович Путин, пятьдесят целых, одна сотая процента", по залу Федерального информационного центра в Останкине прокатился хохот.

В 10 часов утра 27 марта у Путина стало 52%, а по окончательно подсчитанным к 7 апреля данным 52,94% (39.740.434 голосов). Параллельно со все росшим и росшим к утру процентом Путина, в последние два-три часа голосования резко скакнул процент явки избирателей. Еще в 7 часов вечера по московскому времени явка была 54%, а через два часа уже 67%. Выходило, что избиратели, вместо того чтобы смотреть "Особенности национальной рыбалки" по первому каналу и "Ментов" по четвертому, хлынули на избирательные участки. И проголосовали преимущественно за Путина.

Этот феномен скачок явки в последние два-три часа и повышение к вечеру доли голосов, поданных за кандидатов "партии власти", наблюдается регулярно как на федеральных выборах (1993, 1995, 1996, 1999 гг.), так и на региональных (например, в Московскую городскую думу в 1997-м). И, разумеется, он всегда вызывает обоснованные подозрения.

Никакого отношения к действительности, разумеется, не имеют результаты выборов 26 марта по Чечне: 191 тыс. голосов за Путина, около 86 тыс. за Зюганова, 35 тыс. за Явлинского, 22 тыс. за Джабраилова. Если данные по "пацифисту" Явлинскому и чеченцу Джабраилову еще можно признать похожими на правду, то Путин и Зюганов в сумме никак не могли получить больше, чем 100-150 тыс. голосов (ибо такова, по разным оценкам, численность российских войск в Чечне). Все остальное явная "приписка". Точно так же фантазия военной администрации дала "Нашему дому России" в 1995 г. 48,03% по Чеченской республике (для НДР абсолютный всероссийский рекорд!), а в 1996-м Ельцину 65,11% в первом туре и 73,38% во втором.

Почти такое же недоверие вызывают и результаты голосования в соседней с Чечней Ингушетии: в этой бедствующей из-за войны республике за Путина, по официальным данным, проголосовали аж 94 тыс. человек (85%), а за Зюганова всего пять тысяч (последнее совсем не удивительно, но по первоначальным результатам Зюганов каким-то образом лидировал).

Так называемые точечные нарушения в подсчете голосов в пользу Путина зафиксированы наблюдателями (в основном от КПРФ ? "Яблока") на очень многих избирательных участках. К сожалению, наблюдатели далеко не всегда достаточно грамотны и настойчивы, а в результате копии протоколов, выдаваемые по закону наблюдателям, очень часто заполняются не полностью, с очевидными ошибками. Это делает такие протоколы непригодными для последующего использования в судах.

Наибольшее количество "точечных" нарушений зафиксировано в Башкирии, Калмыкии, Дагестане, Татарии, Кабардино-Балкарии, Саратовской и Нижегородской областях, в Приморье. Учитывая особую склонность властей Башкирии, Калмыкии и Дагестана к применению "административного ресурса", в этих трех субъектах федерации корректировка результатов выборов скорее всего была весьма значительной. В Башкирии, по официальным данным, за Путина подано 1.387.179 голосов (более 60%), в Дагестане 877.853 (более 75%) в Калмыкии 77.714 (более 70%). В этих республиках далеко не на всех участках, даже городских, были наблюдатели. Впрочем, и по всей стране независимые наблюдатели на избирательных участках в селах и небольших городах практически отсутствовали.

Как известно, результаты выборов 26 марта в основном совпали с последними предвыборными опросами и (особенно) прогнозами основных социологических служб (см., например: "РМ" N4312). Разве что данные по Зюганову в некоторых случаях несколько выходили за пределы допустимой погрешности, которая для большинства опросов обычно составляет 3-3,5% (социологи давали кандидату коммунистов 22-27%, а он получил 29,21%). Но всего 2,94% перевеса над пятьюдесятью, обеспечившие победу Путина уже в первом туре, сами укладываются в эту 3-процентную допустимую для социологов погрешность. Поэтому совпадение социологических опросов с итогами выборов не может служить доказательством честности выборов.

Перевес Путина составил примерно 2,205 млн. голосов (считать нужно от числа бюллетеней, обнаруженных в урнах, а не от розданных, поэтому не 2,207 как может сначала показаться). В одних только пяти "особо подозреваемых" субъектах федерации (Чечня, Ингушетия, Дагестан, Башкирия, Калмыкия) за Путина в сумме подано значительно больше этого числа голосов. А есть еще Татария, Саратовская и Нижегородская области, Приморье и вообще сельские округа.

Ситуация в Башкирии (Центризбиркомом признаваемая "нормальной") является, тем не менее, не только образцом крайнего "беспредела", но и показателем общих тенденций. Например, во время выборов в декабре прошлого года власти Башкирии распространили образец протокола по федеральному округу с пометками: "Разослать всем УИК. Эти образцы избирательным комиссиям вашего округа принять как руководство к действию"; "Обратите внимание на итоги" (в образце распределения голосов подавляющее большинство было вписано за поддерживавшийся президентом Рахимовым блок ОВР). В марте такой прямой инструкции в самой Башкирии замечено не было, но зато уже по избиркомам всей страны были в ходе голосования распространены результаты exit-poll'а Глеба Павловского. И без всяких пометок и инструкций в избиркомах понимали, что их собственные окончательные результаты должны быть "не хуже", чем в exit-poll'е.

Какова механика "коррекции"? Существует несколько способов.

Один из самых простых это порча бюллетеней за "ненужных" кандидатов прямо во время подсчета путем проставления дополнительной галочки (крестика): получается, что избиратель проголосовал сразу за двоих, а значит, его бюллетень недействителен. Обычная норма действительно испорченных избирателями бюллетеней составляет 1-1,5%. Но на некоторых участках бывает и 5-10%. Это, конечно, сразу вызывает подозрения, но, так как вскоре после выборов все бюллетени уничтожаются, доказать, что они были испорчены умышленно, не удается.

Иногда "неугодные" бюллетени просто не учитываются и выбрасываются. Так было, например, с бюллетенями за "Конгресс русских общин" (КРО) в Дагестане в 1995 г. (мешки с "лишними" бюллетенями за КРО оказались на помойке).

Самый же распространенный способ добавление (предварительная закладка или последующий вброс) нужным образом заполненных бюллетеней. В редакцию "Советской России" (см. номер от 6 апреля) прислали из г.Избербаша (Дагестан) 15 таких бюллетеней за Путина с печатями избирательного участка N0832.

"Качественно" произведенный вброс сопровождается отметкой в книге о выдаче бюллетеня избирателю умершему или просто не пришедшему. За умерших чаще делается предварительная закладка, за живых "голосуют" в конце дня или уже после завершения голосования. Вот и объяснение регулярного скачка явки в последние часы. В некоторых случаях повышение процента явки является самоцелью как в 1993 г., для принятия конституции (или как на московских выборах 1997 г.). На федеральных выборах 1995, 1996, 1999 и 2000 гг. повышение официальной явки было скорее побочным эффектом от вброса дополнительных бюллетеней в пользу "партии власти".

Бдительные граждане иногда обнаруживают, что за их умерших родственников кто-то проголосовал но очень трудно добиться исключения "мертвых душ" даже к следующим выборам: избиркомы дорожат ими как своим почти легальным резервом.

Другой почти легальный резерв это голосование через выносные урны. По закону, избиратель, не имеющий возможности сам явиться на участок, должен писать заявление, чтобы ему принесли выносную урну. Но сплошь и рядом количество сохранившихся заявлений в несколько раз меньше, чем количество бюллетеней, принесенных в выносных урнах. За кого они были заполнены догадаться не трудно.

Наконец, есть еще и исправление протоколов под предлогом обнаруженных ошибок. Протоколы исправляются и в территориальных комиссиях, и в окружных. Доказать такой подлог тоже очень трудно, а по истечении определенного времени и невозможно: документация опять-таки уничтожается.

Если все-таки доверять социологическим опросам, предсказавшим победу Путина, то суммарную "корррекцию" в его пользу следует признать, видимо, не превышающей 3% (поскольку в пределах погрешности). Тем не менее, это более чем 2,205 млн. голосов.

Видимо, олигархия очень боялась второго тура. Спасая падающий рейтинг Путина, выборы были перенесены с лета на весну. Но и с 26 марта по 16 апреля положение могло сильно измениться. Во-первых Чечня. Во-вторых, мог прорваться в телевизор накопленный прессой ("Новой газетой" и изданиями холдинга "Совершенно секретно") а сконцентрированный в Интернете компромат на и.о. от сбитого насмерть джипом Путина в 1997 г. пятилетнего мальчика до его лицензий на вывоз из Санкт-Петербурга скандия (1992). До 26 марта НТВ так и не решилось использовать антипутинский компромат в полной мере, а перед вторым туром могло и решиться.

Олигархия предпочла провести своего кандидата на грани легитимности, с минимальным превышением над 50% лишь бы не доводить дело до второго тура, не рисковать.

ВЛАДИМИР ПРИБЫЛОВСКИЙ


Москва


©   "Русская мысль", Париж,
N 4313, 13 апреля 2000 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ....   ...       
[ В Интернете вып. с 15.04.2000 ]