ПУТИ РУССКОЙ КУЛЬТУРЫ

 

Непогасшее окно

Вечер памяти Вадима Козового
в Библиотеке иностранной литературы

Как-то раз, в стародавние времена, гуляя по ночному Харькову, жена Вадима Ирина спросила, показывая на единственное горящее окно, кто там может быть. "Наверное, поэт", ответил он.

Вадим всегда творил в тиши ночного города. Много лет одиноко светилось, не гасло до утра окно в Потаповском переулке, где он трудился над переводами Поля Валери, потом были окна на Большой Спасской.

Затем почти девятнадцать лет ярким огнем поэзии светились окна вблизи площади Италии в притихшем, отдыхающем после суетного дня Париже. Пока внезапная смерть не поставила точку ранним утром 22 марта 1999 года.

Прошел год. И вот в Овальном зале Библиотеки иностранной литературы, среди фолиантов старинных книг, поблескивающих золотом и серебром переплетов, собрались друзья и почитатели творчества Вадима Козового поэта, переводчика, эссеиста. Собрались не случайно здесь: именно в этом зале Вадим читал стихи, прозу, рассказывал о своих встречах с Мишо, Шаром, Сувчинским. О последнем, знаменитом евразийце, был и его текст, появившийся в издательстве "Композитор" и, к сожалению, уже не увиденный им. О том, как трудно и скрупулезно создавался этот труд, рассказала Алла Бретаницкая, его вдохновитель.

Много о его творчестве, жизни рассказывали друзья, соратники, общавшиеся с ним в Москве, мордовских лагерях, Париже.

В фойе была развернута выставка о жизни, становлении личности, о творчестве Вадима: фотографии, документы, книги. Вадим был страстным библиофилом, до безумия влюбленным в печатное слово. Где бы он ни останавливался, пространство вокруг него всегда заполнялось неимоверным количеством книг разных времен и народов.

А как требователен он был к своему творчеству! Об этом говорят рукописи, зачеркнутые, исправленные его искролетящим почерком. По многу раз он исправлял фразы, радовался, как ребенок, если находил то, что считал единственно точным.

В конце вечера в зале зазвучал Бах в исполнении Джона Льюиса. Эта пластинка часто стояла у Вадима на проигрывателе. Вдруг музыка стихла. И когда откуда-то издалека зазвучал голос Вадима, читающего нам свои стихи, все встали и обратили взоры к стоящему на рояле, украшенному цветами его портрету. В воздухе стояла величественная тишина. Это была дань большому поэту, оставшемуся навсегда в сердцах и мыслях любителей русской и французской словесности.

АЛЕКСАНДР ЧАПКИН


Москва


©   "Русская мысль", Париж,
N 4317, 11  м а я  2000 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ....   ...       
[ В Интернете вып. с 24.05.2000 ]