СОБЫТИЯ И РАЗМЫШЛЕНИЯ

 

Черные маски
на службе у "черного ящика"?

Обыски в офисах компании "Медиа-Мост"

11 мая люди в масках сначала утверждали, что они всего лишь "налоговая полиция", а Генпрокуратура заявила, что обыски производились в рамках уголовного дела неназванного сотрудника министерства финансов, возбужденного еще два года тому назад. Но один из офицеров, руководивших обыском, признался в телекамеру, что он из ФСБ, а не из налоговой полиции. Кроме того, было замечено, что надписи "Налоговая полиция" на спинах людей в масках не "родные", а приклеенные скотчем.

К вечеру изменилась и официальная мотивировка обысков: уже не уголовное дело чиновника Минфина, а "незаконное вторжение в частную жизнь граждан при помощи специальных технических средств" (формулировка ведущего дело следователя по особо важным делам Генпрокуратуры Сергея Дебтицкого). А на следующий день появилось еще одно уточнение: дело заведено не против холдинга "Медиа-Мост", или НТВ, или печатных изданий "Моста", а против его службы безопасности, которая, по мнению ФСБ и Генпрокуратуры, противозаконно конкурирует с ФСБ в деле подслушивания и подсматривания за частной жизнью высокопоставленных граждан, а также рядовых журналистов газеты "Известия".

Версия спецслужб

Это "официальное разъяснение" было дано Александром Здановичем, начальником управления программ содействия ФСБ. В качестве доказательств незаконной деятельности службы безопасности группы "Мост" он продемонстрировал по телевидению изъятые спецсредства "иностранного производства" для прослушивания переговоров, "детекторы лжи", а также печатные материалы с досье на некоторых политиков и журналистов. При этом, правда, Зданович оговорился, что еще предстоит установить, была ли подобная деятельность службы безопасности санкционирована руководством "Моста", а также указал, что часть досье "Мост" приобрел у других компаний.

Весь изъятый "компромат" (являющийся, надо полагать, материалами следствия) был передан журналистам пропрезидентских телеканалов ОРТ и РТР, которые не без удовольствия показали часть из них в своих программах. Из видеокадров ясно, что в распоряжении спецслужб оказались как общеизвестные и давно опубликованные "перехваты" телефонных разговоров российских политиков, так и досье на отдельных лиц, содержащие информацию частного характера.

Кроме того, телеканал РТР показал интервью с анонимным бывшим работником "Моста", сообщившим, что начальство выдавало ему ежемесячно 500 долл. на сбор информации о деятельности государственных и коммерческих организаций, политических партий, и намекнувшим на причастность структур Гусинского к финансированию избирательной кампании Геннадия Зюганова в 1996 г. Правда, это выступление оставило странное впечатление: бывший офицер КГБ работал не в службе безопасности, а в управлении по связям с общественностью, а сам по себе сбор информации (если речь не идет о секретных сведениях и о проникновении в частную жизнь) по действующему законодательству ненаказуем.

Версия "Моста"

Председатель совета директоров "Медиа-Моста" Владимир Гусинский в момент обыска находился в Израиле. Срочно вернувшись в Москву, он заявил: "То, что происходит, это факты политического давления. Обвинения носят разрозненный и неубедительный характер".

Заместитель Гусинского Игорь Малашенко, заявив: "Мы стали свидетелями акта государственного произвола в отношении независимых СМИ", назвал "главного гонителя "Медиа-Моста"" и.о. главы президентской администрации Александра Волошина. Главный редактор газеты "Сегодня" Михаил Бергер, со своей стороны, заявил "НТВ", что обыски это прямой ответ на материалы газеты. В частности, на статью, посвященную карьере замдиректора ФСБ Заостровцева, курирующего экономическую контрразведку.

Руководство "Моста", воспринимая обыски в их офисах как "политический заказ", который исполнен не только для того, чтобы отомстить за выступления НТВ, "Эха Москвы", газеты "Сегодня", журнала "Итоги" с критикой нового президента и ФСБ, политики властей в Чечне, но и должен послужить предупреждением всем прочим российским журналистам.

Одновременно представители холдинга стремятся показать противоречия в официальной версии происшедшего. Их, надо заметить, предостаточно: власти не извлекли уроков из дела Бабицкого, поэтому их заявления представляют собой странное сочетание топорности и стыдливости. Сомнению подвергается и профессионализм спецслужб. По словам главного редактора "Эха Москвы" Алексея Венедиктова, вначале сотрудники правоохранительных органов прибыли по старому адресу "Моста". Кроме того, как утверждается, служба безопасности "Моста" не располагается в тех зданиях, которые подверглись обыску. Утверждается также, что ордер на обыск в кабинете Владимира Гусинского первоначально отсутствовал и был подписан уже в разгар событий. Что же касается размаха операции, то он, по мнению "Моста", несопоставим с инкриминируемыми деяниями, за которые по УК полагается в качестве максимальных мер полгода лишения свободы или крупный (в несколько сот долларов) денежный штраф.

Даже Зюганов

Первая реакция на действия спецслужб со стороны российской элиты была однозначно негативной. "Мосту" удалось вновь воплотить в жизнь мобилизационный сценарий, уже использованный во время столкновений со структурами Александра Коржакова в 1994 и 1996 гг. В поддержку медиа-холдинга выступили многие российские политики. Поначалу даже главный конкурент "Моста" медиа-группа Бориса Березовского (ОРТ, "Независимая газета") заняла осторожную позицию, скептически оценив заявления Гусинского и Малашенко об атаке на свободу слова, но не торопясь разделять со спецслужбами ответственность за происшедшее.

Но к концу недели ситуация изменилась: против "Моста" началась новая информационная война. Сначала Сергей Доренко показал переданные ОРТ материалы, не постеснявшись показать фрагменты отдельных досье, содержание которых вряд ли допустимо демонстрировать в общенациональном телеэфире. На следующий день солидарно с Доренко выступил и более "умеренно-аккуратный" ведущий программы "Зеркало" Российского телевидения Николай Сванидзе. Ни вполне дружеские отношения самого Сванидзе с некоторыми ведущими журналистами "Моста", ни тот факт, что нынешний глава РТР Олег Добродеев много лет работал на НТВ, не стали препятствием ни их участию в кампании против "Моста", ни фактической поддержке вторым телеканалом действий спецслужб.

Владимир Путин "мистер Нету"?

Обыски в офисах "Медиа-Моста" произошли спустя лишь четыре дня после инаугурации Путина и не могли не быть восприняты в логике "грохота сапог" новой власти. Все ждали реакции Путина: готов ли новый глава государства поддержать действия спецслужб, окоротить их или же, солидаризируясь по сути, все же предпочтет "спрятать голову в песок", отмежевавшись от происшедшего, подтверждая репутацию политика без сколько-нибудь внятной системы взглядов, "черного ящика"? Как подчеркнул Игорь Малашенко, если реакции Путина не последует, "это многое скажет о той политической ситуации, которая складывается сейчас в России".

В середине 90-х, характеризуя хорошо известную способность Бориса Ельцина исчезать из поля зрения и не отвечать на телефонные звонки во время острейших политических кризисов, один из ведущих журналистов "Медиа-Моста" Сергей Пархоменко придумал первому российскому президенту прозвище "мистер Нету": "Где президент? А нету..."

Казалось бы, сверхактивному Путину расслабленный режим "работы с документами" в загородных резиденциях пока не грозит, тем более что сейчас в разгаре консультации по кандидатуре нового премьера. Но новый глава государства с некоторыми коррективами воспринял стиль работы предшественника. Лишь 12 мая, спустя сутки после обысков в центре Москвы, пресс-служба президента распространила не слишком содержательное заявление Путина в том духе, что свобода слова является для него непреходящей ценностью, но в то же время "неприкасаемых у нас нет", хотя правоохранительные органы должны действовать строго в рамках закона.

Даже тем, кто имеет самое общее представление о механизме принятия решений в высших эшелонах власти, трудно себе представить, что обыски в "Медиа-Мосте" прошли без ведома президента. Очевидно, что никто из руководителей спецслужб не взял бы на себя ответственность за такое решение без санкции высшего руководства (всем памятно, что в 94-м году "несанкционированная" попытка столичного управления Федеральной службы контрразведки вмешаться в "наезд" спецслужб Коржакова на "Мост-банк" вызвала моментальную отставку Евгения Савостьянова). К тому же в акции были задействованы прямо подчиненные Путину МВД, ФСБ, налоговая полиция организации, отношения между которыми отнюдь не безоблачны и руководители которых вряд ли могут договариваться о проведении межведомственных операций без санкции "сверху".

Реакция Путина показывает: власть готова вести "разведку боем" против своих оппонентов, но открыто признаваться в этом "стыдно", поэтому подобные шаги маскируются разного рода эвфемизмами. Не случайно Зданович в официальных разъяснениях всячески подчеркивает, что все происходящее не имеет отношения к пресечению свободы слова и никто не намерен препятствовать профессиональной деятельности журналистов медиа-холдинга.

МИХАИЛ ВИНОГРАДОВ


Москва


©   "Русская мысль", Париж,
N 4318, 18  м а я  2000 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ....   ...       
[ В Интернете вып. с 20.05.2000 ]