СОБЫТИЯ И РАЗМЫШЛЕНИЯ

 

Право на защиту

Теперь им обеспечены
не только обвиняемые, но
и свидетели

КС_РФ

Бархатную революцию в уголовном процессе совершил на прошлой неделе Конституционный суд России, который своим решением [27 июня 2000 года] лишил следственные органы возможности вымогать признания у лиц, допрашиваемых в качестве свидетеля. До последнего времени те не могли воспользоваться услугами адвоката и потому нередко давали показания, которыми наносили себе существенный вред.

КС признал не соответствующими конституции положения ст.47 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР, которая предоставляет право пользоваться помощью защитника подозреваемым и обвиняемым в совершении преступления с момента предъявления либо протокола задержания, либо постановления о применении меры пресечения в виде заключения под стражу до предъявления обвинения. Но почему-то в этой статье ничего не говорится о том, что услугами адвоката может воспользоваться и свидетель по уголовному делу.

Поводом к такому решения КС стала жалоба Валерия Маслова. В рамках расследования по уголовному делу, возбужденному три года назад следователями ГУВД Санкт-Петербурга по признакам ст.163 (вымогательство) УК РФ, у него по месту жительства был произведен обыск. В квартире обнаружили наркотики, после чего Маслов в качестве свилдетеля был доставлен в региональное управление по борьбе с организованной преступностью и 16 часов (до предъявления протокола задержания) отвечал на вопросы следователя. "Я просил предоставить адвоката, но мне было отказано", пишет Маслов в жалобе в КС. Мол, свидетелю адвокат не положен. Той же ночью свидетель в отсутствие адвоката превратился в подозреваемого, а затем в обвиняемого. Позже его перевезли в СИЗО. Только там у Маслова появился адвокат. Но все его попытки ознакомиться с материалами допроса подзащитного в качестве свидетеля, как и с протоколом обыска, окончились безрезультатно.

Действия следователей, которые руководствовались статьями 47 и 51 УПК, Маслов и его адвокат неоднократно обжаловали в прокуратуре и суде, но те не усмотрели каких-либо нарушений прав гражданина, ибоу закон не предусматривает гарантий защиты свидетеля. И тогда Маслов обратился в КС, полагая, что эти нормы УПК противоречат конституции.

Конституционный суд в своем постановлении отметил, что положения ст.47 УПК "ограничивают право каждого на досудебных стадиях уголовного судопроизводства пользоваться помощью адвоката во всех случаях, когда его права и свободы существенно затрагиваются или могут быть существенно затронуты действиями и мерами, связанными с уголовным преследованием". Конституция РФ, гарантируя государственную защиту прав и свобод человека и гражданина, предоставляет каждому право на получение квалифицированной юридической помощи. Кроме того, в ней прямо предусмотрено, что "каждый задержанный, заключенный под стражу, обвиняемый в совершении преступления имеет право пользоваться помощью адвоката с момента соответственно задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения". По решению КС, это положение ст.48 конституции "впредь, до введения федеральным законодателем нового урегулирования, подлежит применению непосредственно".

Суд установил, что положения ч.2 ст.51 УПК РСФСР сами по себе "не ограничивают право защитника до окончания расследования по уголовному делу знакомиться с протоколами следственных действий, произведенных с участием подзащитного до признания его подозреваемым, и с документами, которые предъявлялись либо должны предъявляться подозреваемому и обвиняемому, а также права выписывать из материалов, с которыми защитник был ознакомлен, любые сведения и в любом объеме". Однако в решении суда отмечено, что сложившаяся правоприменительная практика искажает смысл этой статьи, приводя к нарушениям прав граждан. В частности, адвокаты не могли знакомиться с протоколами допросов своих подзащитных, проходящих по уголовным делам в качестве свидетелей. Попытки трактовать закон таким образом, говорится в постановлении КС, "не могут быть оправданы интересами следствия или иными конституционно значимыми целями, допускающими соразмерные ограничения прав и свобод".

Председательствовавший на заседании суда Олег Тиунов объяснил, что гражданину Маслову должна быть обеспечена возможность обратиться за защитой своих прав и законных интересов, которые могли быть нарушены применением признанного не соответствующим конституции положения ст.47 УПК РСФСР. "Настоящее постановление окончательно, не подлежит обжалованию, вступает в силу немедленно после его провозглашения, действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами", отметил Тиунов. Однако Думе давно пора закончить, наконец, работу над новым УПК: действующий кодекс, который, по признанию первого заместителя председателя Верховного суда РФ Владимира Радченко, стал тормозом на пути судебно-правовой реформы, уже напоминает знаменитый Тришкин кафтан. Он более 20 раз становился предметом рассмотрения в КС, многие его статьи были признаны неконституционными, и далее латать этот устаревший документ уже нет никакого смысла.

КОНСТАНТИН КАТАНЯН


Москва


©   "Русская мысль", Париж,
N 4325, 06 июля 2000 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

 ...   ... 
[ В Интернете вып. с 05.07.2000 ]