РЕЛИГИЯ И ОБЩЕСТВО

 

Наш комментарий:

Как уврачевать
церковный раскол
на Украине?

В том, что такое юрисдикция и кому принадлежит тот или иной храм, разбираются единицы. Людям понятно, что в костеле служат католики, а в церкви с куполами и иконостасом православные, но когда речь заходит о православных, то понять, чем одни отличаются от других, для большинства оказывается не по силам. И дело все-таки не в обряде (у греко-католиков византийский обряд, но их сегодня на Украине с православными почти не путают), а в вероучении, а оно у всех православных: московских, филаретовцев, автокефалистов и т.д. одно. И при этом существует и раскол, и непризнание одними действительности таинств, совершенных другими, и взаимное неприятие одних приходов и иерархов другими.

Понятно, что в основе такого рода конфликта и раскола всегда лежит политика, идеология, выбор, быть может, и нравственный, но не в плане религиозном, а чисто светский; и еще личные амбиции, но никогда не вероучение. Именно поэтому религиозная ситуация во многоконфессиональной Америке всегда была намного проще, ибо там христиан разных исповеданий и национальных традиций разделяло нечто понятное вероучение. Одни католики, другие епископалы, третьи пресвитериане и так далее. Православные спорят не о богословских проблемах и не о языке богослужения, ибо и в храмах Московской Патриархии допускается украинский язык, но только о юрисдикции. А простой человек от этого страдает и просто-напросто теряет сначала уважение к Церкви, а потом и потребность в ней. Поэтому вполне можно понять правительство Украины, когда оно ставит вопрос о скорейшем уврачевании конфликта между православными.

Жулинский

Вице-премьер Украины Николай Жулинский [на снимке] говорит достаточно взвешенно, но преследует чисто политические цели, что вполне естественно. Из его слов становится ясно, что украинскому правительству нужна единая церковная сила Православная Церковь, которая занимала бы на Украине примерно то же место, что занимает в России РПЦ.

За последнее десятилетие Русская Православная Церковь в России как в сознании людей, так и в реальной жизни во многом стала отождествляться с российской государственностью: ею заключены договоры и соглашения со многими государственными структурами, министерствами и ведомствами, Святейший Патриарх участвует в актах государственного значения (как все помнят, именно в его присутствии 31 декабря 1999 г. Ельцин передал Путину ядерный чемоданчик) и представляет в зарубежных поездках (пусть де-факто, но тем не менее) не только Русскую Церковь, но и в целом Россию, как это было в Японии в мае сего года.

По этой причине Украине оказывается необходимой своя собственная Церковь, отличная от РПЦ. В Белоруссии этот вопрос не встает, поскольку существует и осуществляется идея союзного государства, а в остальных странах бывшего СССР (в Средней Азии и на Кавказе, за исключением Грузии с ее давно полученной и никем не подвергаемой сомнению автокефалией) православные не составляют большинства. К тому же православие исповедуют там почти исключительно русские. Есть, правда, еще проблема православия в Молдавии, но она до той остроты, что на Украине, к счастью, не доходит.

троица

Все, казалось бы, логично, Украине нужна автокефалия, и ее нужно дать украинскому православию. Но есть раскол, есть полное взаимное неприятие между так называемым Киевским Патриархатом и Украинской автономной Церковью в рамках Московского Патриархата, первоиерархом которой является митрополит Владимир. И есть человек Филарет Денисенко. Достижение церковного мира в высшей степени осложняется тем, что во главе «Киевского Патриархата» стоит бывший митрополит, лишенный сана Архиерейским собором РПЦ, признаваемой всеми поместными православными Церквами и занимающей пятое место в диптихе. Человек, который возглавил раскол только после того, как не набрал большинства на выборах Московского Патриарха и автоматически утратил пост местоблюстителя патриаршего престола.  [Подпись к снимку см. в конце статьи].

Даже с греко-католиками все обстоит намного проще. Есть вероучительные расхождения, есть трудная история прошлого, есть имущественные конфликты, но при этом начисто исключена ситуация, при которой епископ одной Церкви мог быть лишен сана в другой, что, естественно, ставило бы под сомнения все совершенные им и находящимися у него на послушании клириками таинства. А именно это имеет место на Украине в случае с православными. Ясно, что этот раскол абсолютно необходимо уврачевать как можно скорее. Но только как это сделать?

В прежние времена выход из подобных ситуаций всегда находило сильное государство, которое в качестве своего рода ктитора устраивало церковный мир, диктуя свои условия одной из сторон или находя решение, которое бы устраивало всех. Сегодня это невозможно, ибо Украина как государство слишком слаба.

Это невозможно, потому что украинское правительство, ориентированное на идею национальной и прежде всего именно по этой причине независимой от Москвы Церкви, хотело бы поддержать Филарета. Не случайно Н.Жулинский назвал его «вдумчивым, рассудительным церковным деятелем, которому пришлось многое пережить». Но нельзя забывать, что он лишен сана канонической Церковью, в литургическом общении с которой находится весь православный мир.

Это невозможно и по той причине, что народ Украины составляют два основных этноса, украинцы и русские, и при этом русские, разумеется, тяготеют к РПЦ. Поэтому решить судьбу православия на Украине механически, ликвидировав приходы Московского Патриархата, может только тот, кто хочет, чтобы сегодняшний раскол перерос в чудовищную трагедию.

Естественно, возникает мысль о том, что решить конфликт между православными на Украине может какой-то уважаемый всеми посредник или арбитр, способный взглянуть на ситуацию со стороны. Казалось бы, Константинопольский Патриарх, имеющий титул Вселенского, действительно мог бы стать таким посредником (как хочет этого Н.Жулинский), но только в том случае, если бы существовал отсутствующий ныне всеправославный механизм решения подобных конфликтов. В сущности он уже был. Достаточно вспомнить, как приезжали в Москву Патриархи с Востока в XVII веке, или как Алексий I (Симанский) уврачевал конфликт между Константинопольской и Болгарской Церквами в 1945 году. Сегодня Патриарх Варфоломей не может стать арбитром и по той причине, что после конфликта по поводу Эстонской Церкви между Москвой и Константинополем все еще сохраняется напряжение.

Сегодня ситуация может начать изменяться к лучшему только в том случае, если Филарет уйдет на покой. Тогда епископы всех трех направлений украинского православия, разумеется, вместе с председателем ОВЦС МП и под председательством кого-нибудь из предстоятелей Православных Церквей (например, Патриарха Антиохийского или Александрийского не случайно же он именуется Судиею Вселенной) могут в результате ряда встреч прийти к каким-то решениям. Однако возможно это будет только в том случае, если они будут думать о той вдове, которая, приглашая к умирающему мужу священника, должна думать не о юрисдикционных конфликтах, но только о Боге Живом и о Его Единородном Сыне, Который приходит туда, где воцарилась беда, чтобы дать силы и надежду... Приходит через руки своих недостойных служителей, имже не достоит друг друга хулити и ненавидети...

Подпись к снимку.
17.06.2000: 15 съезд СДПУ(о). На съезде украинских социал-демократов
патриарх УПЦ (Киевский Патриархат) Филарет и архиепископ УАПЦ сидят вместе.
Митрополита Владимира "по привычке" не позвали?

(Фоторесурсы портала Part.Org.UA).

Свящ. ГЕОРГИЙ ЧИСТЯКОВ


Москва


©   "Русская мысль", Париж,
N 4328, 27 июля 2000 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ...   ... 
[ В Интернете вып. с 27.07.2000 ]