СОБЫТИЯ И РАЗМЫШЛЕНИЯ

 

АСимонов

ТЕМПЕРАТУРА ГЛАСНОСТИ

Осторожно!
Безопасность!

И то и другое имеет прямое отношение к принятой и на днях подписанной президентом "Доктрине информационной безопасности" России. Подробный ее разбор, вероятно, необходим, и кто-то им непременно займется, хотя я не завидую исследователю, который попытается из тридцати с лишним страниц текста "Доктрины" извлечь сколько-нибудь явственный корень смысла: она слишком всеобъемлюща, разнонаправленна, многословна и несет в себе основное и, боюсь, непреодолимое противоречие новейшего времени между либеральными ценностями, провозглашаемыми как цель, и авторитарными методами как средством их достижения.

Но я не исследователь, я работаю в организации, созданной, чтобы защитить тех самых мальчиков из сказки Андерсена, которые среди молчащей толпы наивно и отчаянно заголосят, что король голый, тем самым утверждая принцип гласности в повально онемевшей стране. И у меня вызывает тревогу сама идея принятия этой доктрины.

Говорить об информационной безопасности в стране, где нет и никогда не было информационной открытости власти, не попытка ли это перепрыгнуть пропасть в два прыжка?

Делать это в те самые месяцы и дни, когда всему миру вместо прямого и откровенного разговора с собственным народом была наглядно продемонстрирована бессмысленная и бесстыдная суета власти перед лицом трагедии подводной лодки в Баренцевом море, не слишком ли цинично?

Пользоваться терминами "информационная безопасность", "национальная безопасность", лежащими в опасной близости от столь хорошо нам всем знакомой госбезопасности, в любви к которой и в сотрудничестве с которой никто и никогда в моей стране так и не покаялся, случайно ли это? Уж очень оно похоже на замену табличек "Осторожно мины" на таблички "Проход свободен" на старом, плохо очерченном историей, неразминированном поле.

Наконец, нравственно ли теоретизировать по поводу информационной безопасности в стране, где за пятнадцать лет не было сделано сколько-нибудь серьезных практических выводов их трагедии Чернобыля, когда ни одни из лгавших ученых, военных, политиков и врачей, нанесших и отнюдь не информационный ущерб тысяче людей, не понес даже номинального наказания?

Для меня есть всего две концепции информационной безопасности. Одна не знать ничего, жить в коконе неведения, закрыв глаза и уши, как жил весь советский народ больше 70 лет подряд, создав из этой своей неосведомленности своеобразный пьедестал для патриотизма, когда стихийные бедствия, техногенные катастрофы, СПИД и наркомания, серийные убийства и народные волнения были только "у них". А у нас не было ничего. Даже секса.

Вторая знать по возможности все, обрекая себя на свободу выбора и ответственность за него.

Сочетать эти две концепции в одной доктрине возможно. И, насколько я понял, авторы попытались это сделать. Но подобное сочетание чревато одним неискоренимым пороком: должен ли кто-то должен стоять у распределительного щита или клапана и четко регулировать и дозировать информацию. Та, что для нравственного здоровья, возрождения национальной идея, укрепления патриотического духа, той режим наибольшего благоприятствования. А другая про гибнущие подлодки, горящие телебашни, радиоактивные отходы, потери в чеченской войне или про количество беспризорных детей и положение беженцев, про дедовщину и коррупцию в армии, эта информация как опасная будет поступать только тем, кто крепок духом, чей патриотизм непоколебим. Они, те самые ребята с горячим сердцем и холодной головой, которые до сих пор вслед за президентом гордо именуют себя чекистами, и будут дозировать и регулировать.

Есть замечательный анекдот советских времен. В одном из цехов завода, производящего швейное оборудование, работал слесарь. Его алчная жена, мечтавшая о швейной машинке, плешь ему проела своими причитаниями. И вот он стал выносить с завода необходимые детали одну за другой. Не прошло и месяца, как он собрал... пулемет! Думал, что ошибся. Но через месяц снова собрал. И снова пулемет.

Пока информационной безопасностью в стране будут заниматься чекисты, мечты о швейной машинке придется оставить: ничего, кроме пулемета, у них получиться не может. Между тем я достоверно знаю, что когда в недрах комитета по безопасности Государственной Думы предыдущего созыва рождались первые наметки концепции информационной безопасности, то повивальными бабками этого процесса были эксперты двух категорий: эксперты по информации вроде меня и эксперты по государственной безопасности, так что я наблюдал процесс вблизи. Каюсь, думал, что это настолько бессмысленная затея, что ничего из нее не выйдет, и бежал с поля боя. Увы, вышло, и теперь, когда концепция превратилась в "Доктрину", представляющую собой, как сказано в преамбуле, "совокупность официальных взглядов на цели, задачи, принципы и основные направления обеспечения информационной безопасности", остается надеяться, что совокупность "неофициальных взглядов", которая из-за недоразвитости институтов гражданского общества заменяет в моей стране общественное мнение, сможет сейчас, пока доктрина еще существует скорее в качестве декларации о намерениях, чем конкретного плана действий, противопоставить ей здравый смысл, нелюбовь в официальным документам, интуитивную бдительность и слабеющую, но все еще не потерянную способность прислушиваться к зарубежным оценкам и мнениям.

Шансы невелики, и опасность цитирую доктрину "реализации возможностей конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов граждан" стоит на пороге. Уже в думских комитетах обсуждают проблемы информационной безопасности материнства и детства, а Говорухин и Губенко со товарищи вновь извлекли на свет проект закона о Совете по нравственности на телевидении. На том самом телевидении, где в интересах будущей информационной безопасности уже отнимают НТВ у Гусинского, а ОРТ у Березовского, и, как в недоброй памяти августе 91-го, того и гляди полная информационная безопасность вновь будет гарантирована стране демонстрацией "Лебединого озера" по всем основным каналам телевещания.

Тогда лебединая песня гласности будет спета до последнего отзвука последнего аккорда.

АЛЕКСЕЙ СИМОНОВ


Москва


©   "Русская мысль", Париж,
N 4333, 21 сентября 2000 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ...    
[ В Интернете вып. с 21.09.2000 ]