ДУХОВНЫЕ ПУТИ

 

Парижская ИМКА
в новой России

Принимаем ли мы
духовное наследие
русской эмиграции?

Ровно десять лет назад, летом 1990-го, я впервые оказался в Париже как частный человек, выпущенный из СССР в самое "логово антисоветской эмиграции". К тому времени прошло немногим более года, как наконец-то от меня отстал кагебешник, имевший целью заполучить осведомителя, который сообщал бы о коварных планах парижского РСХД, начавшего в условиях перестроечной либерализации "наступление на советских христиан". Но события развивались стремительно, и "боец невидимого фронта" в какой-то момент как сквозь землю провалился. И дело было не в том, что я, выбранный "для разработки" как сотрудник официальной (то есть "лояльной") церковной структуры редакции "Журнала Московской Патриархии", отказался от конспиративных встреч и предложил вызывать меня в "органы" официальной повесткой, коль скоро у последних есть такая необходимость. YMKA Просто в общественно-политической ситуации произошел радикальный поворот, и на какое-то время как диссидентствующие, так и "лояльные церковники" (которые не могли вступать в прямую конфронтацию с властью) перестали быть "объектом разработки". Наступила свобода.

Что делает человек, оказавшийся в 1990 г. "волею чуда" в Париже, человек, для которого таинственное слово ИМКА это код, символ, пароль? Конечно, идет на улицу Монтань-Сент-Женевьев, в легендарный русский магазин, где "есть всё". Но тогда мы, "советские", еще не подозревали, что практически в то же время ИМКА-Пресс уже объявится в Москве в сентябре 1990 года здесь состоялась ее первая выставка.

Это встречное движение означало конец подпольной молодости, когда ксерокопированный имковский Бердяев (за 20 рублей четверть зарплаты сторожа!), маленькие книжки "ГУЛАГа" на папиросной бумаге и, конечно, засаленный, переходивший из рук в руки "Вестник РХД" были "материей" духовных поисков. Религиозные книги EIEA-I?ann привозили смелые архиереи в своих полудипломатических чемоданах (в библиотеке Московской духовной академии для них был специальный шкаф-"спецхран"); иногда семинарист, проходя по территории Троице-Сергиевой Лавры, мог обнаружить в руках "Пути русского богословия" о.Г.Флоровского, которые сунул ему иностранный турист. Было множество других способов, потерявших актуальность после того, как одно из самых заслуженных и старых русских эмигрантских издательств вернулось на родину.

Об истории этого возвращения рассказывает небольшая выставка в библиотеке-фонде "Русское зарубежье" в Москве, которая открылась 21 сентября: "YMCA-Press 10 лет в свободной России". Здесь представлены документы, книги, фотографии, письма, публикации в российских и зарубежных СМИ.

Однако новое присутствие "Имки" на родине (если под "Имкой" понимать интеллектуальное, культурное и религиозное дело русской эмиграции) оказалось новой главой ее истории и служения. Не высоколобые московские и питерские интеллектуалы стали главной целью этого присутствия. Естественно утратив налет "сакрального символизма", ИМКА в России стала работой целенаправленной программой донесения до тех, кто раньше "ничего не знал и не мог знать", наследия русской эмиграции.

С 1990 г. издательство осуществляет обширную программу возвращения этого наследия в Россию и страны бывшего СССР. Сорока трем городам России, четырем Украины, Белоруссии и Эстонии были подарены коллекции книг русского зарубежья. В 16 малых городах России были проведены передвижные выставки книг русского зарубежья, благодаря которым жители этих городов в течение полутора-двух месяцев могли читать книги ИМКА-Пресс в своих библиотеках.

В 1995 г. ИМКА-Пресс при поддержке Русского общественного фонда А.И.Солженицына и правительства Москвы учредила в Москве библиотеку-фонд "Русское зарубежье". Был также создан специальный комитет "Книги для России" для сбора и передачи в Россию книг и архивных материалов из США. За работу по возвращению культурного наследия русской эмиграции директор ИМКА-Пресс профессор Никита Струве был удостоен Государственной премии России.

ИМКА, с одной стороны, пошла в русскую провинцию, а с другой, трезво оценивая ситуацию, в 1991 г. создала свой филиал в Москве издательство "Русский путь", которое к нашим дням выпустило уже десятки книг. В издательской политике "Русский путь" придерживается старого эмигрантского принципа: объединять мемуарную, историческую, религиозную, художественную литературу. О многих изданиях "Русская мысль" уже писала. Среди последних (2000 г.): "Офицерский корпус русской армии. Опыт самопознания", "Рим и Москва" А.Венгера, "Хроника научной, культурной и общественной жизни. Франция. 1940-1954", сборник П.М.Бицилли "Трагедия русской культуры. Исследования, статьи, рецензии".

При библиотеке-фонде "Русское зарубежье" открыт книжный магазин с одноименным названием. Здесь можно приобрести как зарубежные, так и отечественные издания, в том числе новые выпуски "Вестника РХД", который теперь печатается в России.

Сегодня, когда тема эмиграции как значимого русского культурного опыта в XX веке в общественном сознании сходит на нет, дело парижской "Имки", с одной стороны, и библиотеки-фонда "Русское зарубежье" и издательства "Русский путь" в Москве, с другой, приобретает особое, долговременное значение. Россия должна собирать все, что относится к судьбам русской эмиграции, тем более в условиях распыления оставшихся архивов и свидетельств. Обнадеживает то, что на открытии выставки в Москве присутствовали наряду с другими заинтересованными лицами не только директор библиотеки-фонда "Русское зарубежье" Виктор Москвин и директор ИМКА-Пресс профессор Никита Струве, но и Наталья Солженицына, и префект Центрального административного округа Москвы Александр Музыкантский.

Недавно Александр Солженицын (активно поддерживающий дело "Имки" в России) в качестве актуальной "национальной идеи" предложил идею "собирания народа". Но разве это собирание не начинается с собирания памяти о "русской судьбе" в уходящем столетии?

Парижская ИМКА, несмотря на свое иностранное и инославное имя и происхождение, сыграла неоценимую роль в сохранении более того, в творческом развитии не только наследия, но и вдохновения русских мыслителей и писателей, оказавшихся в эмиграции. Она сумела за 80 лет своего существования продемонстрировать возможность не просто соединения, но синтеза различных областей русской культуры. Религиозное (православное) здесь всегда соседствовало с культурным, пусть внешне и не связанным с Церковью. Свобода всегда соотносилась с традицией, а традиция со свободой.

В нынешней церковной и культурной жизни России эмигрантский опыт, который выходит далеко за рамки сознания "перемещенных лиц" и наследует самым оправданным культурным претензиям "детей начала века", не только не востребован, но часто признаётся враждебным и чуждым. Снова побеждает "идеология", а редкие добросовестные исследователи и свидетели сплошь и рядом отвергаются за ненадобностью.

На открытии нынешней выставке в Москве Никита Струве передал в дар библиотеке-фонду портрет русского философа Георгия Федотова, написанный иконописцем сестрой Иоанной (Рейтлингер), а также рукописную статью Николая Бердяева о Николае Федорове. Директор ИМКА-Пресс также поделился с присутствующими своей мечтой создать музей русской эмиграции.

Если эта идея не найдет отклика ни у общественности, ни в самых высших "эшелонах" нынешней российской власти, это будет означать, что новая Россия строится на песке, что страшная советская эпоха извращения человеческого и христианского не только не изжита, но и как будто бы не требует изживания. Забывая дело и судьбу русской эмиграции XX века, мы забываем часть России.

Библиотека-фонд и книжный магазин "Русское зарубежье"
находятся по адресу: Нижняя Радищевская, 2/1, рядом с метро "Таганская" (кольцевая).
Часы работы: понедельник-пятница с 10 до 20 ч.;
суббота с 11 до 19 ч.;
воскресенье выходной.

АЛЕКСАНДР КЫРЛЕЖЕВ


Москва


©[an error occurred while processing this directive]"Русская мысль", Париж,
N 4335, 05 октября 2000 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ... 
[ В Интернете вып. с 05.10.2000 ]