РОССИЯ СЕГОДНЯ

 

Благополучие
села Гехи

Всего один обстрел
за два дня и две ночи

Сами гехинцы, восхваляя Аллаха, говорят, что им очень повезло. Не сравнить их село с руинами Грозного, Дуба-Юрта, Алхан-Калы или Комсомольского. Из следов двух "антитеррористических операций" РФ тут бросаются в глаза разрушенные еще в первую войну мечеть, больница, детский сад, несколько домиков на окраине села и металлические пики на кладбище, которые ставят на могилах тех, кто погиб в газават. В центре села работает мини-рынок, улицы чистые, ухоженные. Мои проводники первым делом не без гордости сообщают, что сохранилось в их селе еще то дерево, под которым сам М.Ю.Лермонтов писал какое-то стихотворение. Еще десять лет назад учительница литературы водила своих учеников к этому дереву, и там проводились чтения стихов поэта. Школьники (а может, и сама учительница?), видимо, ничего не знали о том, что в 1840 г. после ночевки в селе того отряда, в составе которого был и наш поэт, Гехи было сожжено дотла, а посевы вокруг него вытоптаны. А может, и знают? Но дерево уважают до сих пор. Это местная достопримечательность.

В эту войну их село не горело. Не было и налетов шамановских банд, занимающихся откровенным мародерством. Бомбили, "зачищали", контролируют. Это для чеченцев еще не самые страшные лики войны. Свою жизнь в оккупированном селе они называют почти что мирной. В этом "мире" довелось и мне провести два дня и две ночи и лично убедиться в том, что подразумевается в Гехи под словом "благополучие".

Первый вечер пребывания в Гехи прошел у меня среди молодежи села, в котором теперь немало бывших узников Чернокозова. Хозяин дома, приютивший меня и мою проводницу, конечно, сильно рисковал и в среде чеченцев есть и свои герои, и свои подлецы и стукачи. Свой рискованный поступок этот молодой чеченец, отец малышки трех недель от роду, сформулировал просто: "Мир должен знать об этом. А пока он дружески пожимает Путину руки..."

Муслим, друг хозяина дома, в котором мы гостили, освободился из Чернокозова буквально накануне нашего визита в село. Под пытками электрическим током он подписал о себе все, что ему подсовывал начальник изолятора, сам называвший себя именем ростовского серийного убийцы Чикатило. Бывший узник в деяниях своих палачей углядел только один мотив: "Для них это развлечение". Оказывается, служители в Чернокозове не только блаженно улыбались и заливисто хохотали, видя муки своих жертв, но и записывали все пытки на видеопленки.

Наши споры и рассуждения о причинах жестокости человеческой затянулись до ночи. И все время разговора меня поражала удивительная тишина во всей округе ярко светили звезды, пели цикады, журчала вода в арыке. "Тихо как... Никакой стрельбы, словно и нет войны..." успел Гехи произнести я, и тут началось. Сначала в середине села что-то громко ухнуло, эхом пронеслось к горам и вернулось обратно, а спустя несколько минут заголосили пулеметы и "Савушки" (САУ самоходная артиллерийская установка). Нудный визг прорезал черноту ночи, а мы, как завороженные, стояли посреди двора, провожая взглядом не летящие снаряды, которых, конечно, не было видно, а этот истошный звук, заканчивающийся где-то недалеко от нас громкими разрывами. Вероятно, у человека, никогда не попадавшего прежде под обстрел, чувство страха совершенно отсутствует нет еще элементарного рефлекса на такой раздражитель. Мои собеседники только усмехнулись моей беспечности и заставили войти в дом, объяснив, что осколки разлетаются очень далеко.     [Фото автора].

Оказывается, такие обстрелы проводятся тут каждую ночь, словно по графику начинаясь около полуночи и заканчиваясь на рассвете. И непонятно для чего. То ли надо списывать снаряды, деньги на которые уже заложены в бюджете, иначе генералы российской армии останутся без зарплаты; то ли этот так называемый "будоражащий огонь" обыкновенное средство устрашения жителей Чечни: мол, не забывайте, что вы под властью федеральных войск. А может, просто от страха по ночам стреляют русские солдатики наугад, боясь черноты чеченских ночей?

Утром мне сообщили, что совсем недалеко от дома, где мы ночевали, произошло ЧП и есть раненые. Попасть сразу на место происшествия оказалось невозможно. В стороне толпились старики и женщины, оплакивая пострадавшую старуху осколок снаряда попал ей в грудь. (Шансов выжить тут очень мало: вместо лекарств, в село лишь один раз привезли другую гуманитарную помощь 40 тонн поваренной соли).

Как только федералы уехали, мы подошли к дому. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что дом разрушен не артиллерийским снарядом попаданием сверху, а выстрелом с земли снизу. Стена дома была пробита ниже уровня окон, выбиты стекла и видны следы пожара.

Хозяева дома все объяснили:

Вся семья, включая тех крохотных детей, чудом оставшихся в живых, весь день налаживала свой новый быт на развалинах своего и без того ветхого жилища, смиренно терпя в его интерьере "подарок" от федеральных войск неразорвавшийся снаряд.

Спустя несколько дней, уже за пределами Чечни, я услышу версию российских СМИ об этом пьяном погроме: конечно, "вылазка боевиков".

Несомненно, огромная Россия поверит (и верит) тому, что боевики столь кровожадны, что могут вот так ни с того ни с сего обстрелять дом своих же чеченцев, да притом самый бедный, в котором на полу спят полуголодные дети.

Куда откровеннее комментировали этот случай мои старые знакомые солдаты, все еще находящиеся в Санкт-Петербурге в госпитале. Я показал им фотографии пострадавшего дома так сказать, для экспертизы. Заключение о характере разрушений дали несколько бывших воинов:

Андрей громко смеется:

Тут я вижу, что Андрей с явным удовольствием разглядывает разрушения, и не удерживаюсь от вопроса.

К подобным "профилактическим" действиям федеральных войск можно отнести и чудовищное убийство семьи Сулеймановых, преподнесенное нашими СМИ как победа над бандой террористов. В мае телепрограмма "Вести" отрапортовала: у села Гехи были захвачены машина и большой отряд боевиков, перевозивших огромную партию оружия. Еще добавили, что в отряде была чеченская снайперша.

Кого на сей раз назвала боевиками программа "Вести", рассказала мне старая женщина, сын которой был зверски убит в ночь на 16 мая.

Очевидцы происшествия рассказали следующую историю: вечером машина выехала из Гехи и на дороге была обстреляна из крупнокалиберного пулемета. Потом машину подожгли. Пассажиров семью Сулеймановых вытащили из горящей машины и добили на обочине дороги. При этом Петимат была изнасилована (экспертиза установила это после эксгумации трупов). Люди слышали автоматные очереди, как кричала и звала на помощь женщина и плакал маленький ребенок. Убийцы не оставили трупы на дороге, а утащили их в лес и там положили на закопанный в землю фугас, завалили ящиками от патронов, а потом подорвали.

19 мая пастух обнаружил в лесополосе останки всей семьи в радиусе 200 метров были разбросаны части тел Рамзана, Петимат, ее брата Асланбека и девятилетнего Ибрагима.

В коротких справках о смерти членов семьи Сулеймановых на всех одно заключение: "Осколочные ранения грудной клетки..." Такое заключение не издевка местного врача. Он, видевший, что голова ребенка лежала в этой страшной лесополосе под одним деревом, туловище под другим, а ноги в ста метрах от места взрыва, был вынужден написать то, что предписано ему ревнителями конституционного порядка. Главный врач гехинской больницы такой же невольник этого режима, вписавшего в списки террористов всех чеченцев от грудных младенцев до древних аксакалов.

А прокуратура, конечно, и не подумала отвечать на запросы жителей села, желающих знать имена доблестных защитников земли Российской, совершивших сей страшный "подвиг". Но не замедлила проявить свои организаторские способности, когда об этом происшествии было написано в газете "Маршо" ("Мир"), издаваемой в Урус-Мартане. Журналиста А.Саламова, описавшего гибель семьи, в одночасье уволили, а газету запретили. В конце своей статьи автор сказал о русской армии именно то, что она пытается правдами и неправдами скрыть о себе:

"Есть тысячи фактов и примеров того, что армия в Чечне представлена кучей откровенных нелюдей. Как к ней относиться? Как жить с ней на одной земле?"

Гехинцы, несмотря на то, что в селе нет электричества, смогли завести движок и показать мне видеопленку, о которой говорила несчастная старушка. Весна, май... И жуткие находки в нежной зелени трав. И почему-то вспоминаются речи гехинцев, запертых в своем селе, словно в гетто, и повторяющих мне:

Чеченцы вот так живут на одной земле с нашей армией. С нею по всей России живем и мы. Какое благополучие устроит она нам завтра?

ВЛАДИМИР КИВЕРЕЦКИЙ


Гехи Санкт-Петербург


©[an error occurred while processing this directive]"Русская мысль", Париж,
N 4336, 12 октября 2000 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ... 
[ В Интернете вып. с 12.10.2000 ]