РУССКОЕ ЗАРУБЕЖЬЕ

 

Во Франции создано
общество
"Александра Экстер"

Беседа с председателем общества Борисом Наковым

Посмертная судьба Александры Экстер (1882-1949), одной из ключевых фигур русского авангарда, оказалась не менее драматична, чем жизненный путь художницы. Тесно связанная с художественной жизнью Парижа начала 10-х годов, после начала Первой Мировой войны Экстер десять лет безвыездно оставалась в России, где заняла одно из ведущих мест и как живописец, и как театральный художник, в частности оформитель знаменитых таировских постановок в московском Камерном театре. Пережив в России революцию и гражданскую войну, художница в 1924 г. уехала в Париж, где она, почти всеми забытая несмотря на серию выставок в 20-е годы, умерла вскоре после Второй Мировой войны. Часть ее работ погибла в советской России, где в течение нескольких десятилетий авангард подавлялся, парижская же часть ее наследия стала в 70-е годы возвращаться в художественный обиход усилиями историка русского авангарда Бориса Накова, написавшего о ней первую, с 10-х годов, монографию, а также коллекционера русского театрального искусства Никиты Лобанова-Ростовского. Недавно в Париже было создано общество "Александра Экстер". О творчестве А.Экстер и задачах общества рассказывает его председатель Борис Наков.

В последнее время заметен особый интерес к женщинам участницам русского авангарда: Поповой, Розановой и, конечно, Экстер. Это, в частности, сыграло роль в успехе выставки "Амазонки русского авангарда", прошедшей недавно в Европе и США (затем она будет экспонироваться и в России). Каково, по-вашему, место Экстер в этом ряду?

Выставка, посвященная женщинам в искусстве русского авангарда, тематически не искусствоведческая; если она и связана с проблемами живописи ХХ века, то не по существу история искусства не пишется по признакам пола. В Америке уже давно делают выстаки женского искусства, негритянского искусства и т.п., но это социологический подход. В искусстве ценится не пол, а качество произведения. И творчество, и личность А.Экстер интересны совсем не с точки зрения второстепеннных социологических элементов. Экстер очень рано стала художником оригинальным, сильным, и ее кубофутуристическое творчество имело огромное значение для развития искусства в России: в какой-то момент она осуществляла связь Москвы и Киева с итальянским футуризмом и французским живописным авангардом. Это историческая роль.

Она была одним из первых художников, которые стремились, чтобы творчество итальянских художников-футуристов и французских кубистов стало известно в России. Она осуществляла это двояко: и через свое собственное творчество, которое включало элементы этих двух движений, и своей деятельностью. Например, первая русская монография о Пикассо была написана художественным критиком Иваном Аксеновым под ее влиянием, с ее помощью, по ее инициативе. В этой книге не только обложка сделана Экстер в ней чувствуется влияние разговоров, которые вел с художницей Иван Аксенов.

В России в 1916-1917 годах творчество Экстер развивалось очень быстрыми темпами. Надо сказать, например, что в 17-м люди в Москве не столько интересовались событиями Октябрьской революции или ходили на выставку "Бубнового валета", которая считалась гвоздем сезона, все шли на "Саломею", поставленную Таировым с декорациями и в костюмах Экстер. Если читать прессу, главным событием в Москве был этот спектакль. Так что роль Экстер была тогда кардинальной. Ее роль в развитии беспредметного искусства оставалась кардинальной и тогда, когда она эволюционировала в направлении конструктивизма движения, которое также явилось важным и оригинальным в истории искусства ХХ века.

Вполне понятно, почему творчество Экстер не было известно после революции в России, но почему о ней забыли и на Западе?

Экстер эмигрировала в 1924 г. (она пыталась эмигрировать еще в 1920 г. из Одессы, но не получилось). С 20-х годов о ней почти не говорили в России, потому что об эмигрантах говорить не полагалось. Приехав во Францию, она здесь осталась: у нее были связи, она прекрасно знала французский язык, так как жила во Франции до войны. В Париже она возобновила прежние связи, немедленно включилась в художественную жизнь. Например, она была принята в первую ассоциацию абстрактного искусства "Круг и квадрат", которая была основана в Париже в 1930 году. До этого, в середине 20-х, Экстер преподавала в Школе нового искусства, в Академии у Леже. К ней приезжали ее русские друзья, в том числе Вера Мухина, но это, конечно, не афишировалось, так как было небезопасно, хоть та и была официальным советским скльптором.

Но в 30-е годы в Европе интерес к беспредметному искусству падает, а в 1949 г., когда Экстер умерла, для русской культуры был абсолютно черный период, и ни слова о ней не было сказано. Про нее забыли и в Париже, и в России до такой степени, что, когда в начале 70-х я начал общаться с Георгием Костаки и он, приезжая ко мне в Париж, спрашивал, какими художниками надо заниматься в России, а я ему сказал, что надо разыскать работы Экстер, он усомнился, что это действительно интересно и важно. Я же ему сказал, что это абсолютно важно и нужно, и посоветовал искать ее картины. И он, до этого не придававший Экстер никакого значения, нашел-таки в России несколько замечательных ее вещей!

Но ведь замечательный альбом сценических декораций театра Таирова с многочисленными работами Экстер издан был уже после революции...

Он вышел во Франции и в России был мало известен. А в Бахрушинском музее находится важнейшее собрание ее работ, но в то время их никому не показывали; если Экстер и упоминали, то только мимоходом. В сущности новое открытие Экстер на Западе началось с моей монографии и выставки 1972 г. в Париже, а в России еще позже, только в конце 80-х, по инициативе Бахрушинского музея. Творчеством Экстер начал с большим энтузиазмом заниматься Борис Колесников, но к сожалению, он очень быстро уехал в Калифорнию и там остался.

Но в России же вышла монография об Экстер?

Да, ее выпустил в 1993 году Георгий Коваленко.

Итак, можно сделать вывод, что ситуация с наследием Экстер совершенно специфическая.

Совершенно верно: мало что осталось в России. Кроме того, Экстер была во время Гражданской войны в Киеве, где ситуция была очень тяжелой, город несколько раз переходил от белых к красным, а часть ее работ была уничтожена в силу особых семейных обстоятельств: муж ее рано умер, наследники не ценили ни Экстер, ни ее работ это одна из ее трагедий, вот почему ей хотелось эмигрировать как можно быстрее.

Каковы цели и назначение созданного вами общества?

Цель общества установить связи между людьми, которые интересуются творчеством Экстер, чтоб и музеи, и искусствоведы, и все люди доброй воли могли объединить усилия в изучении ее наследия. Есть, например, люди, интересующиеся творчеством Экстер в Америке, хотя она ни разу там не была, там живут ее наследники; у Экстер были кубинские ученики, итальянские и английские друзья, которым она дарила вещи, рассеянные теперь по всему миру, и надо помочь всем заинтересованным установить связь и объединиться для целенаправленного изучения ее творчества. Скажем, во Флориде была недавно переиздана книга Экстер: в конце 30-х годов она сделала серию изумительных книг, раскрашенных от руки гуашью. Одна из этих книг попала во Флориду, и ее переиздал университет люди доброй воли, энтузиасты, но, если бы им в то время можно было помочь, указать, куда обратиться, где найти информацию об Экстер, издание бы от этого, я уверен, выиграло. Вот пример, кому и как надо помогать и чему может служить такое общество.

Есть ли у общества планы, связанные с Россией?

Конечно, общество готово помогать не только русским исследователям, которых пока мало, но будет больше, но и всем, кому дорого имя Экстер. Вероятно, в ближайшем будущем состоятся и выставки в России, на которых будет представлена Экстер, даже если эти выставки не будут монографическими.

Беседу вел
МИХАИЛ МЕЙЛАХ


Страсбург Париж


©   "Русская мысль", Париж,
N 4344, 7 декабря 2000 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ...