РЕЛИГИЯ И ОБЩЕСТВО

 

Юбилейный
Архиерейский собор
Русской Православной Церкви

Москва, храм Христа Спасителя,
13-16 августа 2000 года

[Публикация в 6-ти частях. Часть: 2/6.]
<<  К началу: часть 1-я.  |||  К продолжению: часть 3-я.  >>

Канонизация

Собор совершил две канонизации. Первое «Деяние» определяет включить в Собор новомучеников и исповедников Российских XX века, «поименно известных и доныне миру не явленных, но ведомых Богу», 814 подвижников, чьи имена известны, и 46 подвижников, имена которых установить не удалось, но о которых достоверно известно, что они пострадали за веру Христову. Свидетельства об этих святых поступили из 30 епархий и пяти ставропигиальных монастырей. В списке приведены имена епископов, священников, монашествующих и мирян с указанием годов рождения и смерти.

Отдельным пунктом «Деяния» определено: «3. Прославить как страстотерпцев в сонме новомучеников и исповедников Российских Царскую Семью: Императора Николая II, Императрицу Александру, царевича Алексия, великих княжен Ольгу, Татиану, Марию и Анастасию. В последнем православном Российском монархе и членах его Семьи мы видим людей, искренне стремившихся воплотить в своей жизни заповеди Евангелия. В страданиях, перенесенных Царской Семьей в заточении с кротостью, терпением и смирением, в их мученической кончине в Екатеринбурге в ночь на 4 (17) июля 1918 года, был явлен побеждающий зло свет Христовой веры, подобно тому, как он воссиял в жизни и смерти миллионов православных христиан, претерпевших гонение за Христа в ХХ веке».

К этому числу 860 подвижников в Собор новомучеников и исповедников Российских для общецерковного почитания включены имена 230 ранее прославленных новомучеников в лике местночтимых святых в различных епархиях, в Украинской Православной Церкви и в Беларусском Экзархате.

Также определено: «Общецерковное празднование памяти Собора новомучеников и исповедников Российских совершать 25 января (7 февраля), если этот день совпадет с воскресным днем, а если не совпадет то в ближайшее воскресенье после 25 января (7 февраля)»; «В послесоборное время поименное включение в состав уже прославленного Собора новомучеников и исповедников Российских совершать по благословению Святейшего Патриарха и Священного Синода на основании предварительных исследований, проведенных Синодальной Комиссией по канонизации святых».

Отдельным «Деянием» собор принял решение «об общецерковном прославлении подвижников веры и благочестия других времен, подвиг веры которых был иной, чем у новомучеников и исповедников». В этот второй список включены имена: митрополита Макария (Невского; 1835-1926), протоиерея Алексия Мечева (1859-1923), иеросхимонаха Алексия (Соловьева; 1846-1928), иеросхимонаха Серафима Вырицкого (Муравьева; 1866-1949), 34 преподобномучеников Спасо-Преображенской Валаамской обители ( 1578), митрополита Ростовского Арсения (Мацеевича; 1697-1772), епископа Пензенского Иннокентия (Смирнова; 1784-1819), архимандрита Макария (Глухарева; 1792-1847), священника Алексия Гнеушева (1762-1848), игумена Кизилташского монастыря Парфения (1816-1867). Общецерковно прославлены также преп. Иов, в схиме Иисус, Анзерский и преподобные Оптинские старцы.

Чин прославления новоканонизированных святых был совершен перед малым входом Божественной литургии 20 августа в храме Христа Спасителя. Предстоятелю РПЦ сослужили главы Грузинской, Сербской, Румынской, Болгарской, Кипрской, Албанской, Чешско-Словацкой Церквей и представители Константинопольского, Александрийского, Антиохийского и Иерусалимского патриархатов, Элладской, Польской и Американской Православных Церквей.

Знакомство с материалами и деяниями собора, посвященными канонизации святых, не дает оснований рассматривать этот акт как прежде всего другого канонизацию царской семьи. На первый план выдвинуто прославление именно сонма христиан, пострадавших от богоборцев XX века. Подавляющее большинство включенных в список погибло в 1937-1938 гг., значительное число в 1917-1918 гг. Как пояснил председатель синодальной комиссии по канонизации святых митрополит Ювеналий, канонизированы все новомученики и исповедники российские, однако их список будет дополняться по мере изучения сведений, поступающих в комиссию.

Вместе с тем сам чин прославления, совершенный в храме Христа Спасителя, производил иное впечатление. Митрополит Ювеналий зачитал текст «Деяния» без оглашения списков новомучеников и исповедников, а при совершении последней панихиды и молебна поименно назывались только члены царской семьи. Таким образом, и молящиеся, и наблюдатели могли сделать законный вывод о том, что именно император Николай II, императрица и их дети возглавляют сонм новопрославленных мучеников. Хотя в тексте «Деяния» сказано прямо и недвусмысленно: «Главой сонма Российских мучеников и исповедников за веру Христову явился святой Патриарх Тихон».

Двусмысленность канонизации царской семьи очевидна. Ее принципиальные противники в церковной среде вряд ли изменят свое мнение даже после соборного «Деяния» (уже возникли разговоры о неминуемой деканонизации в будущем). Компромиссное решение о прославлении царской семьи в лике страстотерпцев (как князья Борис и Глеб, Игорь Черниговский, Андрей Боголюбский, Михаил Тверской, царевич Димитрий), равно как и заявление, что «канонизация Монарха никоим образом не связана с монархической идеологией и, тем более, не обозначает «канонизации» монархической формы правления», не снимают остроты проблемы. Тем более что аргументация комиссии по канонизации весьма противоречива. С одной стороны утверждение: «Канонический статус миропомазанного на Царство православного государя не был определен в церковных канонах», а «поэтому попытки обнаружить состав некоего церковно-канонического преступления в отречении Императора Николая II от власти представляются несостоятельными». С другой стороны ссылка на то, что «духовные мотивы, по которым последний российский Государь, не желавший проливать кровь подданных, решил отречься от Престола во имя внутреннего мира в России, придают его поступку подлинно нравственный характер», а также на прецедент: «...при обсуждении в июле 1918 года на соборном Совете Поместного собора вопроса о заупокойном поминовении убиенного Государя Святейший Патриарх Тихон принял решение о повсеместном служении панихид с поминовением Николая II как Императора». И если члены комиссии и, соответственно, соборные отцы, принимая решение о канонизации, имели в виду прежде всего «внутреннее духовное состояние Государя» (и членов царской семьи) во второй период его жизни «время пребывания в заключении», если «их истинное величие проистекало не из их царского достоинства, а от той удивительной нравственной высоты, на которую они постепенно поднялись» (цитаты из доклада митрополита Ювеналия), тогда единственно законное место этих страстотерпцев в сонме новомучеников в списке канонизированных мирян от Петербургской, Московской или Екатеринбургской епархий.

Другая двусмысленность заключается в отказе вместе с царской семьей причислить к лику мучеников и их верных слуг (что сделала Зарубежная Церковь в 1981 году). Предположительно, причиной этого является тот факт, что среди них были представители «инославия». В результате следующее заключение: «Комиссии не представляется возможным окончательное решение вопроса о наличии оснований для канонизации этой группы мирян, по долгу своей придворной службы сопровождавших Царскую Семью в период ее заточения и принявших насильственную смерть. Комиссия не располагает сведениями о широком поименном молитвенном поминовении этих мирян. Кроме того, мало сведений о религиозной жизни и их личном благочестии...»

И, наконец, решающие причины:

«В некоторых епархиях вопрос о канонизации обсуждался на епархиальных, благочиннических и приходских собраниях. На них была выражена единодушная поддержка мысли о прославлении Царственных мучеников. В комиссию поступили также обращения отдельных клириков и мирян, а также групп верующих из разных епархий с поддержкой канонизации Царской Семьи... Среди авторов таких обращений есть и русские эмигранты, а также клирики и миряне братских Православных Церквей... Мысль о необходимости скорейшего прославления Государя и Царственных мучеников выразил ряд церковно-общественных организаций. Особую ценность представляют публикации и обращения в комиссию и в другие церковные инстанции, содержащие свидетельства о чудесах и благодатной помощи по молитвам к Царственным мученикам. Речь идет в них об исцелениях, соединении разобщенных семей, защите церковного достояния от раскольников. Особенно обильны свидетельства о мироточении икон с изображениями Императора Николая II и Царственных мучеников, о благоухании и чудесном проступании на иконных ликах Царственных мучеников пятен кровавого цвета» (из доклада митрополита Ювеналия).

Причисление к лику святых последнего русского царя и других «царственных мучеников» некоторыми как в Церкви, так и вне ее рассматривается как центральное событие Архиерейского собора, другими же почти не замечено. Вопрос об этой канонизации особенно остро воспринимался три-четыре года назад, в эпоху «ельцинской демократии». Тогда подобное деяние в обществе было бы воспринято как «реакционная акция РПЦ». Сегодня же, когда на государственном уровне предпринимаются попытки (очевидно, довольно робкие) воссоздания и одновременно конструирования «монархии советско-постсоветского типа», более или менее осторожная акция церковного собора не более чем бледная тень реальных политических процессов. «Православный» Путин не является ни монархистом, ни церковником. Для него внутрицерковные идеологические и иные распри лишь досадная помеха в деле создания некоего «нового порядка» в «старых шкурах». Политическая ситуация слишком сложна, чтобы серьезно относиться к «религиозным факторам», которые по идее должны регулироваться послушными «религиозниками».

Канонизация императора не имеет и не будет иметь никакого политического значения. Проповедники «русского пути» и «русской монархии» получат лишь незначительный шанс церковно санкционировать свою активность, поскольку иерархия будет всячески сопротивляться политическому использованию этой канонизации в столь смутное время. Царю будут молиться те, кто хочет молиться царю. Царю будут молиться прежде всего те, кто разучился молиться Богу и Христу Его, то есть те, кто считает, что Николай II некий «новый искупитель» не только России, но и всего мира. К подлинно церковной жизни, равно как и к жизни политической, это не имеет никакого отношения.

<<  К началу: часть 1-я.  |||  К продолжению: часть 3-я.  >>

АЛЕКСАНДР КЫРЛЕЖЕВ


Москва


©   "Русская мысль", Париж,
N 4330, 31 августа 2000 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ...    
[ В Интернете вып. с 01.09.2000 ]