МИР ИСКУССТВА

 

Снятие с креста. Рукопись «Чудес Марии.» Ок. 1700 г. Частная коллекция.

Ковчег завета на родине "арапа Петра Великого".

Выставка эфиопского христианского искусства в парижском Павильоне искусств.


    Знаменитый "арап Петра Великого", прадед Пушкина по материнской линии, привезенный некогда в Россию из Константинополя в подарок Петру, был, по преданию, похищен турками в Эфиопии на восьмом году жизни; в России он принял православие, и восприемником его был сам царь. Сын эфиопского князька, он происходил из народа, который когда-то, присвоив себе древнее имя, пожелал тем самым утвердить свою прямую связь с библейской историей.
    Эфиопия, греческий географический термин, употреблявшийся еще со времен Гомера, означает "страну людей с пылающими (или обожженными) лицами"; согласно древним представлениям, она лежала где-то на юге, в Африке (за пределами Египта) или Азии и включала ряд территорий, среди которых были Абиссиния и Нубия. Эта весьма неопределенно обозначенная греческая Эфиопия соответствовала египетскому и библейскому "Куш", что семьдесят толковников и передали при переводе Библии на греческий словом "Эфиопия". Из греческой Библии это имя было заимствовано абиссинским государством (арабы и европейцы называли страну Абиссинией от арабского "Хабаш").
    В эпопее "Слава царей", апокрифе, призванном обосновать династические права так называемой Соломоновой династии (переведенном с арабского на литургический эфиопский язык геез в начале XIV века; арабский же текст якобы восходил к коптским источникам), говорится, что Абиссиния была той самой землей, из которой царица Савская совершила поездку к Соломону, желая убедиться в его необычайной мудрости; от союза с Соломоном она имела, как рассказывают, сына Менелека, которому и суждено было сделаться родоначальником абиссинских царей. Достигнув зрелости, Менелек отправился к отцу; возвратившись в сопровождении молодых иудеев, он доставил в Эфиопию ковчег со скрижалями Закона, который хранился с тех пор в Аксуме, древней столице эфиопского царства, расцвет которой приходится на III-VI века.
    Проникновение христианства в Аксумское царство обычно относят к IV веку, связывая его с деятельностью просветителей, святых Фрументия и Эдессия; в эфиопской Церкви бытует, правда и другая традиция, опирающаяся на рассказ об обращении "мужа Ефиоплянина, евнуха, вельможи Кандакии, царицы Ефиопской", произведенном в Иерусалиме апостолом Филиппом (Деян 8,26-39).
    Так или иначе, эфиопы познакомились с христианством, будучи уже иудеями. Поэтому эфиопское христианство, являясь разновидностью монофизитства и официально принадлежа к Коптской Церкви, сохраняет немалое число ветхозаветных черт: соблюдение субботы, обрезание, строгие правила питания.
    В Эфиопии до недавних времен была большая иудейская община, называвшая себя "Бет-Исраэль" ("Дом Израилев"), ее членов называют еще фалашами (от эфиопского "falasi", "изгнанник"): в 1982-1983 и 1991 гг. в результате двух операций ("Моисей" и "Соломон") все они были вывезены в Израиль. Составляя в иудаизме особую секту (не случайно в конце XIX века петербургские караимы пытались наладить с ними контакт), фалаши получили в конце концов признание от израильских раввинов.
    По преданию, появление евреев в Эфиопии связывается то с вавилонским пленением, то с разрушением Иерусалима Титом; сами же они, как и их христианские соотечественники, рассказывают все ту же легенду о Соломоне и царице Савской, указывая как на своих предков на молодых иудеев, пришедших в Эфиопию вместе с Менелеком. По антропологическому типу, одежде и языку они ничем не отличаются от других абиссинцев, еврейского языка не знают, Ветхий Завет имеют в древнеэфиопском переводе на геез, который, очевидно, заимствован из эфиопской христианской Церкви. Незнакомство с Талмудом, праздниками Пурим и обновления и с некоторыми сравнительно поздними еврейскими обычаями, существование жертвоприношений как бы указывают на глубокую древность; с другой стороны, полная зависимость библейского текста от христианской Церкви делает вопрос крайне запутанным. В древности фалаши, подобно своим христианским соотечественникам, составили государство (с центром в Самиене), и борьбою этих двух государств объясняется смутное время VII-XII веков; в XIX веке от княжеской резиденции в Самиене оставались одни развалины, а сами фалаши претерпевали гонения и насильственные крещения.
    Свойственное же и иудейской, и христианской общине ощущение глубокой связи и ближайшего родства с Палестиной первых веков христианства было тем основанием, на котором выросло весьма своеобразное государственное и культурное самосознание эфиопов. Им удалось не подчиниться соседнему исламу, но в результате с VII века они оказались полностью отрезаны от остального христианского мира, и их искусство, не испытывая никаких влияний, осталось верно древним образцам.
    Об этом свидетельствуют около ста произведений эфиопского христианского искусства с XII до начала ХХ века: рукописи, иконы, распятия, выставленные сейчас в парижском Павильоне искусств. На Западе знакомство с этим искусством было положено публикацией в начале 60-х годов рукописных миниатюр XIV-XV веков, но оно вскоре было прервано эфиопской революцией и возобновилось лишь в последние годы, да с такой силой, что это напоминало уже разграбление страны. Местное правительство по благословению своего Патриарха Павла и при финансовой поддержке Европейского союза организовало миссию по каталогизации, фотографированию и публикации памятников, рассеянных по многочисленным церковным сокровищам страны.
    Парижская выставка, организованная французским ученым Жаком Мерсье, работающим в Эфиопии в рамках этого начинания, знакомит с некоторыми его последними результатами.
    23 экспоната выставки принадлежат культурной ассоциации Тигре, которая, обогатившись недавно благодаря дару одного западного коллекционера уникальным собранием древних рукописей, икон и крестов, даже решила создать музей эфиопского искусства в Маккаде (район Тигре).
    Основная же часть выставки происходит из европейских частных коллекций и музеев (например, библиотека Британского музея, куда еще в XIX веке попало немало британских трофеев; или парижский Музей человека, в котором есть стенная живопись XVII века, вывезенная из церкви Св. Антония в Гондаре в 1932 году).
    Но одним лишь разграблением отношения Запада с эфиопским искусством не исчерпываются. Выставка рассказывает также об истории знакомства Европы с Эфиопией. Прежде всего это приезд в страну начиная с XV века нескольких венецианских художников; две иконы работы одного из них, Бранкалеоне, и несколько произведений его мастерской выставлены сегодня в Париже. Можно прибавить и путешествия португальцев, отправлявшихся на поиски легендарного христианского царства, находящегося за мусульманскими странами.
    На выставке представлены также книги, изданные в Европе в XV-XVI веках на языке геез.
    Начиная с XVIII века влияли на эфиопскую иконографию и французские сборники гравюр, распространявшиеся иезуитскими миссиями.
    Выставка открыта до 7 января. Потом она переедет в Испанию.

На фото: Снятие с креста. Рукопись «Чудес Марии.» Ок. 1700 г. Частная коллекция.

НАДЕЖДА ПОДЗЕМСКАЯ


Париж


©   "Русская мысль", Париж,
N 4347, 4 января 2001 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ...