МИР ЗА НЕДЕЛЮ

 

ИЗРАИЛЬ: ПЕРЕД ФИНИШЕМ ИЗБИРАТЕЛЬНОГО СПРИНТА


Политическая палитра Израиля определяется тремя факторами: политикой в конфликте с арабами, коллизией светскости и клерикализма в обществе, отношениями между еврейскими субэтническими группами (в первом приближении между ашкенази и сефардами) и лишь в последнюю очередь взглядами на социально-экономические вопросы.
В условно мирное время трения между светскими и ортодоксально-религиозными евреями (а здесь оттенков позиций гораздо больше, чем в других проблемных областях) в последние годы норовили выйти на первое место. Но сейчас на первом месте стоит судьба Иерусалима и обеспечение элементарной безопасности страны.

Эхуд Барак неудачный кандидат

Эхуд Барак в свое время победил Беньямина Нетаньяху не столько из-за большего миролюбия, сколько на волне недовольства правой политикой покровительства ультра-ортодоксам, чрезмерного с точки зрения светских евреев. На тех выборах Барак представлял скорее группу ашкенази, склонных к скорейшему примирению с Арафатом, уменьшению влияния раввината и частичному восстановлению некоторых из попранных Нетаньяху реликтов социалистического прошлого. Нетаньяху умудрялся быть одновременно голосом и сефардов, менее представленных в истеблишменте, и сторонников жесткой линии по отношению к палестинцам, и либеральных реформ в экономике, и терпимости к сложившемуся особому месту религии в израильском обществе (сам «Ликуд» партия вполне светская).
Успех Барака оказался эфемерен. Позиции ашкеназийского истеблишмента он действительно укрепил, затормозились (но не были отменены) экономические реформы. Зато «мирный процесс» он завел в нынешний тупик, ужасающий большинство израильского общества. И с проблемой светского государства не особенно получилось: правительство Бараку удалось сформировать только с участием сефардской религиозной партии ШАС. Когда ШАС после летних уступок Барака в Кэмп-Дэвиде вышел из правительственной коалиции, Барак провозгласил свою «светскую революцию» и резко поднял свой рейтинг: тут 67% граждан с ним были вполне согласны и еще 10% частично. Но угроза вотума недоверия похоронила «светскую революцию».
У такого кандидата шансы на избрание невелики. Этим и руководствовалась левая оппозиция в возглавляемой Бараком «Аводе», предлагая в кандидаты экс-премьера Шимона Переса, поддерживаемого также крайне левым блоком МЕРЕЦ. Но заработанная Пересом репутация неудачника заставила его же сторонников отказаться от этого. Теперь цель штаба «Аводы» убедить потенциальных сторонников не в том, что Барак хорош (это нереально), а в том, что Ариэль Шарон гораздо хуже.

Что можно сказать против Шарона

Об экономике сейчас мало кто вспоминает. Что касается субэтнических разногласий, то пожилой уже (вот это действительно его минус) генерал Шарон даже больше ассоциируется со старой ашкеназийской элитой, чем Барак. По части отношений с палестинцами у Барака козырей нет совсем: убеждать-то надо не своих левых, уверенных в неизбежности уступок Арафату, а «болото», колеблющихся избирателей. Шарон, может быть, и пугает их своей бескомпромиссностью, но «болоту» свойственно отталкиваться от недостатков сегодняшних, а не завтрашних, а сегодня все устали как раз от все больших и больших уступок.

Ариэль Шарон на одном из предвыборных митингов.
Ариэль Шарон на одном из предвыборных митингов.

Зато по-прежнему важным электоральным недостатком правых остается их относительная близость к религиозным кругам. На самом деле верно скорее то, что правые лично более религиозны, а не то, что у них особые отношения с ШАС или другими религиозными партиями: те легко входили и в правые, и в левые правительства. Сейчас и сефардская ШАС, и ашкеназийская МАФДАЛ, не приемлющие того объема уступок, на которые готов Барак, на стороне Шарона. Но более радикальный ашкеназийский ультра-ортодоксальный блок «Еврейство Торы» пока воздерживается. Да и отношения с ШАС отнюдь не безоблачны, что проявляется даже в ходе избирательной кампании. И все же светским евреям уже есть за что обижаться на Шарона: например, на пробитое 1 января голосами «Ликуда» продление действия закона, освобождающего учащихся ешив (религиозных учебных заведений) от службы в армии (Шарон всегда говорил, что он против этого закона, но не смог отказать союзникам).
Барак усиленно разыгрывает антиклерикальную карту, рискуя окончательно потерять умеренно-религиозное движение МЕЙМАД, входящее в парламентский блок с «Аводой», но 29 января объявившее о своем нейтралитете. Но помогает это не очень. Центристская партия «Шинуй», главная цель которой как раз «светская революция», тоже перешла на нейтральные позиции. Не впечатлил Барак и «русскую улицу», тоже весьма озабоченную клерикальными тенденциями: центристская «Исраэль ба-алия» выбрала Шарона, устойчиво левый «Демократический выбор» и очень правый «Исраэль бейтену» остались «при своих», а очень многие непартийные «русские» вообще не собираются голосовать.
Пока что рейтинг Шарона Бараку поколебать не удалось: он как был, так и остается (по опросам Гэллапа) на уровне 52%. Зато избиратели, ориентированные скорее налево, постепенно примиряются с тем, что им придется голосовать за не слишком ими любимого Барака (все жестче критикуемого внутри собственной партии). И рейтинг последнего уже почти догнал рейтинг Переса: на прошедшей неделе он составил 34%. Возможно, рейтинг Барака и еще подрастет, хотя пока тенденции для него неблагоприятны: после фактического провала последних переговоров Барак потерял 5%, а арабские партии 27 января призвали арабов граждан Израиля бойкотировать выборы. С учетом ограниченной прогностической ценности опросов у Барака есть, конечно, еще шанс остаться премьером, но довольно небольшой.

Что будет с «мирным процессом», если...

Если победит Шарон, границы палестинского государства будут признаны лишь в пределах 42% «территорий» (а не 94-97%). Ближайшие окрестности Иерусалима, долина реки Иордан и господствующие над ней высоты в состав Палестины не войдут. Новые поселения Шарон согласен не строить, но из существующих не готов отдать ни одного. И, что особенно важно, Израиль отступит только после того, как Автономия выполнит свои обязательства: пресечет террористическую деятельность, прекратит подстрекательскую пропаганду и т.д.
План Шарона означает, что Израиль вернется в «мирном процессе» на несколько лет назад и будет силой добиваться от партнера по переговорам (а к продолжению переговоров уже сейчас готовы обе стороны) соблюдения соглашений. Арафат (или его преемник) быстро окажется перед выбором: или снова удалиться в эмиграцию, или признать, хорошо если с некоторыми поправками, условия, продиктованные превосходящей силой противника. В первом случае Израиль вынужден будет неопределенно долго искать среди палестинцев нового партнера по переговорам. Во втором придется поддержать некий неприглядный режим, достаточно авторитарный, чтобы подавить «интифаду», безусловно одобряемую сейчас примерно 70% палестинцев. Оба варианта морально тяжелы для израильского общества, а сам процесс подавления «интифады» потребует к тому же и жизней солдат (и не только солдат). Выдержит ли Израиль такую моральную нагрузку, выдержит ли ее правительство Шарона, пока предсказать невозможно.
Если победит Барак, он продолжит свою линию переговоров. Реализовать предполагаемые уступки с нынешним составом Кнессета невозможно, но поражение на выборах деморализует правых и даст левым дополнительные шансы на предстоящих через несколько месяцев перевыборах Кнессета. Не исключено также, что тот же ШАС, в обмен на какие-то еще шаги в сторону от светского государства, согласится поступиться даже суверенитетом над Храмовой горой. Вот только долго ли удастся Израилю прожить в мире, продиктованном Арафатом?
Если же успеха левых на парламентских выборах не будет и продолжится ситуация правительственного кризиса, никакого мирного договора не получится тоже, а будут просто новые перевыборы.

А пока...

29 января Эхуд Барак отказался от продолжения переговоров о мире до 6 февраля, в частности от встречи с Арафатом, которой должны были увенчаться переговоры в Табе. Очевидно, те уступки, которые были предложены израильской делегацией в Табе: совместный суверенитет над всем историческим центром Иерусалима (позже дезавуировано) и поэтапное возвращение арабских беженцев на территорию Израиля, были сочтены чрезмерными для предвыборной ситуации. Но уже на следующий день разговоры о возможности встречи Барака с Арафатом возобновились. Приходится признать, что маневры Барака становятся все менее и менее вразумительными, что тоже вряд ли добавит ему голосов на выборах.

АЛЕКСАНДР ВЕРХОВСКИЙ


Москва


©   "Русская мысль", Париж,
N 4351, 1 февраля 2001 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ...