АСПЕКТЫ СОВРЕМЕННОГО МИРА

 

МЕЖДУНАРОДНЫЙ ВАЛЮТНЫЙ ФОНД И МОЛДАВИЯ


Допустим, что у вас есть знакомый, о котором вы знаете, что он прекрасный человек, но неопытный предприниматель. А вы работаете в банке, куда он пришел просить довольно большой кредит. Как вы себя поведете? Думаю, лучшее, что вы можете для него сделать, это устроить все так, чтобы денег ему не дали или дали совсем немного. Дать человеку в долг больше денег, чем он может распорядиться, это беда, и не столько для банка, сколько для заемщика.
Официальная идеологическая доктрина МВФ и Всемирного банка сформулирована лет десять назад в документе, известном как «Вашингтонский консенсус», и представляет собой в общем-то нормальную либеральную концепцию: либерализация, финансовая стабилизация, приватизация. За это время появилась довольно широкая критика идеологии и практики МВФ с самых различных направлений от Джеймса Гэлбрейта и Джорджа Сороса до крайних левых. Надо, впрочем, отделять критику неолиберализма как такового от критики действий МВФ. Мало кто из западных экономистов всерьез ставит под сомнение сами принципы либерализма, однако они говорят, что для появления нормального рыночного общества необходимо создать соответствующие институты, которых в странах со слаборазвитой экономикой нет, а если есть, то работают они совершенно иначе, чем на Западе или чем это видится западным экспертам.
Коротко я бы сформулировал суть разногласий так: либерализм это убежденность в том, что невидимая рука рынка сама все создаст и все устроит. Но кто создаст рынок?
Экономика каждой страны своеобразна и требует конкретных, соответствующих ситуации действий, однако МВФ критикуют именно за шаблонный подход и за либералистскую уверенность в том, что рынок сам создаст необходимые институты, чего на деле не происходит. Во всяком случае есть достаточное количество обратных примеров.
Что именно делает Молдавию страной с нерыночной экономикой?
  1. Перераспределительная политика всех без исключения правительств: сбор налогов, перераспределение, отсутствие интереса к экономическому росту, отсутствие интереса к мелкому и среднему бизнесу.
  2. Прямое вмешательство государства в рынок, мелочное регулирование и регламентирование. Существование привилегированных групп предпринимателей, монополизм.
  3. Отсутствие эффективной правовой системы, отсутствие безопасности предпринимательства и личной безопасности, противоречивое и запутанное законодательство, регулирование через подзаконные акты.
  4. Отсутствие полноценной частной собственности на землю, существование различных суррогатных видов собственности на промышленных предприятиях.
  5. Отсутствие в парламенте и политическом спектре праволиберальной части. Непонимание нерыночного характера молдавской экономики как у правых, так и у левых.
Когда поняты различия между молдавской экономикой и представлениями о рыночной экономике, можно догадаться, какими могут быть направления реформ. Самое любопытное то, что политика МВФ в Молдавии никак не соответствует его идеологии, поэтому критика либерализма становится неактуальной и неинтересной.
Судите сами. Достижение финансовой стабилизации предполагает балансирование государственных расходов и доходов, снижение бюджетного дефицита при условии низких процентных ставок, уменьшение размеров государственного долга. Однако предоставление кредитов стимулирует политику сохранения бюджетного дефицита, высоких процентных ставок, увеличения государственного долга.
Хорошо известно, что эффективность использования средств государством намного ниже, чем в частном секторе, и фактически внешние кредиты просто идут на финансирование бюджетного дефицита. Поступление валюты в рамках кредитов завышает курс национальной валюты, что делает менее конкурентоспособными местных производителей. Наконец, получение больших незаработанных средств никак не побуждает правительство к проведению реформ.
Поэтому и темпы роста в странах, получающих кредиты МВФ, заметно ниже, чем в странах, не пользующихся внешними кредитами (подробнее у Андрея Илларионова).
Отдельная тема, несет ли фонд ответственность за действия молдавских правительств. Думается, что да. Строго говоря, кредиты, выданные именно МВФ (но не Всемирным банком, Европейским банком реконструкции и развития, Европейским союзом, США, Россией и другими кредиторами), до последнего времени были просто резервами Нацбанка и большого зла не приносили. Однако ответственность МВФ состоит в том, что он поощрял как политику внешних заимствований, так и экономическую политику молдавских правительств в целом, которая все последние годы была перераспределительной, даже при наиболее компетентном правительстве Стурзы.
Можно понять сложности МВФ. Если бы в обществе или хотя бы у членов парламента были сформированы представления об устройстве рыночной экономики, то и экономика была бы другой. Ясно, что приходится преодолевать сопротивление умонастроений, а все средства, которым располагает МВФ для проведения своих идей, это консультации и деньги. Но давайте обратим внимание на соразмерность между результатами молдавской экономики и размерами выданных кредитов. Внешний долг Молдавии без учета задолженности за энергоносители на 1 января 2000 г., по данным Нацбанка, составил 1,06 млрд. долларов. Возможно это не такая уж и большая цифра для кредиторов: даже вся финансовая помощь, оказываемая промышленно развитыми странами, составляет около полпроцента их ВВП. Однако для Молдавии это больше трех годовых бюджетов. Эти деньги, возможно, пригодились бы позже, когда экономика будет в состоянии воспринимать и использовать инвестиции, но получение новых кредитов уже стало довольно проблематичным, а состояние экономики все еще оставляет желать лучшего.
Мне трудно представить себе, что эксперты МВФ не представляют себе состояния молдавской экономики. А значит, давая деньги, пусть даже из лучших побуждений, они не могли не понимать, что деньги уйдут, как вода в песок, причем совершенно независимо от величины кредитов. Это естественно сегодня, когда даже совсем небольшие деньги, которые здесь есть, не находят себе применения. Лучшее доказательство тому совсем невысокая цена денег: в 1999 г. при годовой инфляции в 45% банковская ставка составляла 35-45%, а выплаты по государственным ценным бумагам 40-50% в леях. Причина простая крайне тяжелые условия для предпринимательства, высокая степень риска и невысокая рентабельность. Мне совершенно очевидно, что сегодня реформирование государственных и общественных институтов значительно важнее внешних заимствований. Собственно, невнимание к созданию соответствующих рыночных институтов, и было предметом критики МВФ такими экономистами, как Гэлбрейт, Полтерович, де Сото.
Не хотелось бы думать, что действия МВФ в Молдавии были продиктованы политическими причинами, хотя мы видим примеры политизированности действий МВФ в других республиках бывшего Союза. Скажем, Россия получает кредиты, несмотря на то, что регулярно игнорирует требования МВФ. Но, как бы то ни было, нас прежде всего интересует положение хорошо нам знакомого неудачливого предпринимателя, а оно довольно безрадостное.
Эта статья не более чем попытка осмыслить действия МВФ в Молдавии, но других попыток анализа или критики, пусть даже самой положительной и благожелательной, я просто не нашел. Соглашения между правительством и фондом не публикуются и не анализируются, до сих пор неясно, какие документы были подписаны в феврале правительством Брагиша. Причем я вижу в этом не попытку засекретить эти переговоры, хотя доступ к документам бывает и закрыт, а очень слабый общественный интерес. Кажется, никого не волнует, какие новые опыты на молдавской экономике собираются проводить правительство и МВФ.

ОЛЕГ КРАСНОВ


Кишинев


©   "Русская мысль", Париж,
N 4352, 8 февраля 2001 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ...