АСПЕКТЫ СОВРЕМЕННОГО МИРА

 

Интеллектуалы во власти: миссия невыполнима?


На прилавки книжных магазинов наконец поступила книга «Эпоха Ельцина». Самые интересные отрывки из нее публиковались в российской прессе еще с декабря. Эту монографию написали бывшие помощники Бориса Ельцина Ю.Батурин, А.Ильин, В.Кадацкий, В.Костиков, М.Краснов, А.Лившиц, К.Никифоров, Л.Пихоя и Г.Сатаров. Большая их часть олицетворяла кратковременный приход во власть интеллектуалов, которые потеснили аппаратчиков, «демократов» и «крепких хозяйственников», но затем уступили дорогу «молодым реформаторам» и «силовикам».

Pro

«Эпоха Ельцина» это, наверное, самая глубокая и самая честная работа о российской истории 90-х годов ушедшего века. Посвященных этой теме книг было немало, но почти все они либо рассматривают лишь узкие темы, либо идеологизированы (от академичной Лилии Шевцовой до мифологичного Андрея Караулова), либо носят сугубо мемуарный характер. «Эпоха Ельцина» написана в более объективном ключе.
Глубокое предисловие Алексея Салмина, нейтрально-научная (в большинстве случаев) интонация рассказчиков, охват самого широкого спектра тем и редкий по нынешним временам алфавитный указатель упомянутых фамилий все это делает 800-страничный том уникальным документом по современной истории. Авторы не просто обобщили свой опыт, но нашли время проштудировать множество написанных до них книг о ельцинской России. В результате в их собственном труде фактических ошибок крайне мало, и читатель вполне может доверять большей части приведенных фактов, дат и цифр.
В отличие от «Записок президента», в которых внимательный читатель обнаруживал попытки (Валентина Юмашева, написавшего ее от имени президента) обосновать претензии «семейной» группы на влияние, «Эпоха Ельцина» почти не ориентирована на сиюминутную конъюнктуру, тем более что ее авторы серьезной роли в сегодняшней политике не играют. Темы охвачены широко: от приватизации и экономических преобразований до военной политики, международных отношений, реформы судебной системы.
Фамилия «Путин» упомянута всего восемь раз, и о нем авторы предпочитают не распространяться. Тем не менее «Эпоха Ельцина» весьма своевременна и для исследователей президентства Путина. К сожалению, большая часть оценок нынешней ситуации в России отталкивается от установки, что наступившая вслед за отставкой Ельцина эпоха уникальна и не имеет ближайших аналогий. Это, однако, не совсем так. Многие из приемов, взятых на вооружение нынешней властью, использовались в первой половине 90-х. Назначение губернаторов из центра, реанимация поздним Козыревым державной риторики во внешней политике, первая чеченская кампания, сворачивание экономических реформ в угоду политической стабильности все это уже было несколько лет назад, но уроки из этого опыта не извлечены, и современные политики постоянно рискуют повторить ошибки предшественников, результатом которых стал острый социально-политический кризис 1998-1999 годов.

Contra

В каждом из авторов книги боролись три начала: кабинетный ученый, которому приходится выявлять логику описываемой эпохи, политик, отстаивающий верность избранной политике, и мемуарист.
От искусственного совмещения трех подходов книга проигрывает. От воспоминаний ждешь больше эмоционального и интересного. О многих событиях в книге написано ровно столько, сколько уже знал вдумчивый читатель прессы того времени. Почти все содержащиеся в книге события и факты, за исключением ряда деталей (порой второстепенных), профессионалам известны и еще не забыты. Сенсаций в «Эпохе Ельцина» почти нет. Поэтому широкий читатель вряд ли рискнет подступиться к объемистому фолианту. Фактография будет любопытна лишь будущим поколениям или тем, кто интересуется российской политикой, но не имел времени погружаться во все ее детали. К тому же изложение событий не всегда равноценно: если отношения администрации президента с кабинетом министров описаны подробно и довольно занимательно (это одна из лучших глав книги), то о взаимодействии АП с Думой и Советом Федерации повествуется лишь вскользь.
Порой, увлекаясь идеологическими построениями, помощники Ельцина делают это в ущерб фактам. Так, говоря об апрельском референдуме 1993 г. как о важной точке выбора между продолжением реформ и их сворачиванием, авторы отчего-то не вспомнили, что накануне голосования Ельцин занялся включением в правительство очередной когорты «крепких хозяйственников» (Лобов, Сосковец). Между тем этот шаг должен был засвидетельствовать готовность Кремля к компромиссу с «красными директорами». Повествуя об осеннем кризисе 1993 г., бывшие помощники президента почти не упоминают о сценарии «нулевого варианта» (решение об одновременном проведении выборов президента и парламента на заключительной стадии конфликта было главным формальным расхождением между Кремлем и «Белым домом» Ельцин обещал провести выборы президента через полгода, но слова не сдержал). Утверждения об атмосфере секретности, в которой готовился указ No.1400, противоречат другим источникам например, мемуарам Руслана Хасбулатова.
Детальное описание действий Кремля во время первой чеченской войны опоздало на несколько лет и после второй кампании интересно лишь немногим. А федеративный договор 1992 года (в честь подписания которого в Москве даже был салют) не упомянут вовсе. По понятным причинам нет в книге и четкого вывода о результатах выполнения интеллектуалами своей «миссии» в Кремле. На практике результаты их работы были весьма скромны: 1994-1995 гг. не стали временем серьезных реформ.
Особо следует сказать об исследовательской глубине «Эпохи Ельцина». Авторы, преуспевшие в написании аналитических записок главе государства (порой складывается ощущение, что помощники только этим и занимались), стремятся вскрыть причины и закономерности событий 90-х годов. Но те объяснительные модели, которые предлагаются, не всегда выглядят убедительно.
Попытки бывших помощников президента истолковать поступки самого Ельцина тоже разочаровывают. Складывается ощущение, что со времени выдвинутой в начале 90-х Максимом Соколовым гипотезы о Ельцине как о сугубо кризисном политике, впадающем в депрессию на следующий день после разрешения очередного конфликта, никаких более глубоких истолкований предложено так и не было. Скорее всего, каждый читатель найдет в книге лишь подтверждение собственного мнения о бывшем президенте.
Чтобы смягчить эту противоречивость, книгу заключает специальная глава о Ельцине, но она содержит довольно тривиальные оценки личных качеств первого президента России.

МИХАИЛ ВИНОГРАДОВ


Москва



©   "Русская мысль", Париж,
N 4364-65, 10 мая 2001 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ...