РУССКОЕ ЗАРУБЕЖЬЕ

 

Из редакционной почты


После публикации в «РМ» No.4367 от 24 мая письма Александра Бельфора «Русское сердце» в редакцию нашей газеты поступило много писем-откликов от читателей «Русской мысли» из разных городов Франции и стран Европы. Некоторые из них мы с согласия их авторов решили напечатать, чтобы продолжить обсуждение волнующей всех нас темы разобщенности русскихза рубежом.
Многие из нас «борются за выживание», кто-то сознательно поставил крест «на всем, что связано с Россией», кто-то мечтает об объединении, потому что «любое объединение это сила», нам же кажется, что русским, у которых, как пишет один из авторов писем, «в крови открытость», главным образом не хватает общения.
«Русская мысль», которой в настоящее время самой приходится бороться за свое выживание, предлагает в будущем рассказать о тех из нас, кто «выжил», кто так же, как Александр Бельфор, пытался помочь, и о тех, кому нужна помощь или просто внимание, о том, куда «можно пойти» и где вам будут рады а такие места встреч уже сегодня есть в Париже. Может быть, они есть и в других городах и странах, но об этом, мы надеемся, вы нам расскажете сами.

Ирина Кривова


* * *

Уважаемый Александр!
Хотя Ваше письмо прямо не адресовано ко мне, но, обладая русским сердцем, считаю себя вправе ответить Вам. Очень обидно за русских, которые не могут объединиться, помогать и защищать друг друга. Я давно вынашиваю идею объединения людей из бывшего Союза, живущих в изгнании добровольном или принудительном. При наличии Интернета это стало возможно, и я ищу таких связей с соотечественниками для общения письменного, личного, взаимных визитов и общих мероприятий.
Я живу в Норвегии уже 13 лет, имею свой бизнес, но Норвегию не полюбила и не обрела близких мне по духу людей. В первые годы по приезде я организовала в Осло Русско-норвежский клуб с целью помочь нам выжить, поддерживать свою культуру и знакомить с ней интересующихся Россией норвежцев. Мы получали от коммуны помощь достаточную, чтобы снять помещение и оплатить телефон. В Осло тогда русских было немного, но до 60 человек иногда собиралось на культурные вечера. Плата за вход была ничтожной, а для членов клуба бесплатно, и денег такие вечера не приносили. Работать никто не хотел, и я тянула эту лямку в одиночку четыре года. Народ был разношерстный, попадались и психически больные, много было недоброжелателей, одним словом, я переехала потом под Осло, в провинциальный городок на юге, в 80 км от Осло. Здесь я тоже организовала Русско-норвежcкое объединение, нас стало меньше, чем в Осло, но и встречаемся мы реже. Коммуна немного помогает, русское посольство игнорирует. Опять, кроме меня, никто ничего не делает, все заняты выживанием и семьями. В Париже, конечно, много русских, но вряд ли кто хочет бесплатно работать даже на благо идеи.
Мой старший сын сейчас живет у друга в Париже, начиная с Рождества, и пока не собирается возвращаться в Москву. Я гидролог, работала в научно-исследовательском институте при АН СССР, мой сын закончил МИСИ. Как он живет, я не понимаю, но он пишет, что очень счастлив и «из тыла не хочет опять в окопы»...
Если он удержится во Франции, то, возможно, и я переберусь к нему и тогда буду вашей помощницей, я гражданка Норвегии и России. Правда, я влюблена в Испанию, но могу полюбить и Францию, тем более что когда-то учила французский язык, да и Вы, наверное, хороший преподаватель...
Буду рада ответу.
С уважением

КСЕНИЯ ЛЮБОМИРОВА


Сарпсборг, Норвегия


* * *

Здравствуйте, Александр!
Я прочитал Ваше письмо «Русское сердце» и готов помогать или участвовать в создании ассоциации.
Я француз и давно мучаюсь, чтобы там, в России, что-то делать. А почему бы не здесь, во Франции?
Жду Вашего звонка.

МАРК ЛЕФОРТ


Париж


* * *

Проблемы, поднятые в статье Александра Бельфора «Русское сердце», не новы, разобщенность российской диаспоры, переходящая из поколения в поколение, деление ее на волны, потоки, белых, красных, ваших, наших это старая песня, искусно подогреваемая теми, кому это выгодно. Любое объединение это сила, с которой уже надо считаться и русским, и французским авторитетам.
Такая организация в Париже существует это Институт реинтеграции и международного сотрудничества выходцев из России и стран СНГ (Institut IRIC-France). Имеет международную структуру: официальные представительства в Москве, Санкт-Петербурге, Калифорнии и уполномоченных в различных городах Европы. Основные направления нашей деятельности это защита прав и интересов соотечественников как на Родине, так и в странах их проживания.
Наши выступления в средствах массовой информации и предложения, направленные правительству России, Государственной Думе, нашли отражение в федеральном законе «О государственной политике в отношении соотечественников за рубежом». Однако мы остаемся неправительственной общественной организацией во Франции, которая имеет различные направления деятельности, в том числе и в области культуры. Наша организация открыта для всех, кто стремится объединить возможности соотечественников, проживающих во Франции и странах Европы.

ЮРИЙ СИДОРЕНКО,
президент «ИРИК-Франс»


Париж


* * *

Уважаемый Александр,
Мне близки Ваши идеи, хотелось бы помочь тем русским (белорусским, украинским и другим) людям, пытающимся выжить. К сожалению, я живу не в Париже, а в Бретани, но знаю, что здесь много русских в Ренне, Бресте и т.д. Немного говорю по-французски, замужем, сыну 18 лет.
Один наш приятель пару месяцев назад искал водителей грузовиков для работы в сельской местности и по Франции. Хотел работать с шоферами из бывшего СССР, но в префектуре ему отказали в выдаче разрешения на работу (профсоюзы и т.д.).
Если среди ваших знакомых есть хорошие шоферы, согласные работать здесь (а это в Бретани), мы можем продолжить этот разговор.
В прошлом я актриса, учитель театра и мировой культуры.
Мы создали с мужем небольшую фирму по продаже белорусской льняной продукции, но трудно найти рынок, поэтому пока муж занимается транспортом.
Если могу помочь кому-либо, буду рада.

ГАЛИНА ДОЛЯ


Жавене, Франция


* * *

Уважаемый Александр,
Хотя судьба меня забросила не во Францию и в Париже я не знаю, когда снова окажусь, мне хочется поделиться радостью, которую я испытала, читая твое письмо.
Как хорошо прочитать твое письмо, твое обращение к выходцам из СССР! Я уверена, что твоя жизнь постепенно наладится. Она уже начала налаживаться, потому что ты в трудное для тебя время решил помочь соотечественникам, которым приходилось еще тяжелее.
Сострадание великая вещь, или, как педантичные немцы считают, сочувствие. К нему призывают все религии. Я тоже по мере своих сил стараюсь помочь детям и взрослым, русскоговорящим. Раньше это были дети из зараженных радиацией областей, сейчас «немецкие русские» из Казахстана и Сибири. Вообще я ко всем иностранцам (не немцам) испытываю симпатию, и часто мы понимаем друг друга без слов. Так меня воспитали мои родные, мои учителя. Мне везло в моей жизни на хороших людей, думаю, тебе тоже.
Если с твоей идеей ассоциации ничего не получится, не огорчайся особенно. Я думаю, у нас в крови открытость, поэтому какие-то объединения создавать нам труднее, чем, например, армянам или евреям. А может быть, я ошибаюсь, и это связано лично с моим характером.
Желаю тебе удачи.

МАРГАРИТА ШКОЛЬНИКСОН


Миттвейда, Германия



©   "Русская мысль", Париж,
N 4369, 21 июня 2001 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ...