ЛИТЕРАТУРА, МЕМУАРЫ

 

Александр Синенький

"Сверкающий метеор"
упокоился в Праге

Тот Немирович-Данченко,
которого в Советском Союзе
старательно замалчивали

      "Сверкающим метеором", неутомимым и жадным к жизни, современники называли писателя Василия Ивановича Немировича-Данченко. Еще его называли "пылким народолюбцем", "королем военных корреспондентов", "патриархом русской литературы", "старшиной писателей-эмигрантов", но параллельно и "патриотическим вруном" (Горький), "краснобаем Балалайкиным" (Салтыков-Щедрин), "писателем-туристом", шовинистом. Сам он не особенно прислушивался к словам восхищения и хулы, прекрасно сознавая свое значение и место в русской литературе и общественной жизни. Начиная с 1870-х имя его гремело по всей России, а многочисленные произведения имели устойчивый и широкий читательский успех.

      Еще в 1921 г. в советской России рецензент писал о нем как об "одном из лучших наших стилистов", "настоящем поэте в прозе" и утверждал, что в библиотеках его книги занимают "одно из первых мест по числу требований". Но в следующем году заканчивавший восьмой десяток и донельзя измученный прелестями военного коммунизма писатель выхлопотал разрешение на выезд в Европу и бесповоротно застрял там, в эмиграции. Расплата последовала незамедлительно: книги популярного автора были изъяты из библиотек СССР, в первую очередь самые значительные о русско-турецкой войне и рассказы для детей. Советская власть и знаменитый литератор разошлись, как в море корабли (не помогло и кровное родство с одним из столпов социалистической культуры, народным артистом, режиссером Владимиром Ивановичем Немировичем-Данченко); пострадали же в итоге читатели: в Россию произведения его вернулись только в 90-е годы.

      Василий Иванович прожил жизнь огромную и кипучую. Он был таков, какими были герои его романов, люди бодрые, смелые, люди инициативы, борьбы и подвига. Немирович участвовал в шести войнах, пережил четырех императоров, объездил всю Россию, Европу, Малую Азию, Африку, Южную Америку. Он был феноменально плодовит и успел выпустить в течение жизни около 250 книг в каталоге Славянской библиотеки в Праге карточки с названиями этих книг на разных языках занимают пол-ящика. До революции в России несколько раз предпринимался выпуск его собраний сочинений, последнее вышло в 50 томах. Д.В.Григорович называл его "талантливейшим человеком", добавляя, правда: "А какой бы был романист Василий Иванович, если бы он вместо сорока томов написал только шесть".

      Он родился 5 января 1845 г. в Тифлисе, в семье военного, служившего на Кавказе. Десяти лет был отдан в Виленский кадетский корпус, где товарищи за непомерную силу и сходство с былинным богатырем прозвали его "Чурилой Пленковичем". После смерти отца он в 18 лет вышел из корпуса, полностью отдался писательству и несколько лет, остро нуждаясь, вел жизнь литературного поденщика. В конце 1869 г. "за растрату вверенного ему имущества" был судим и сослан в Архангельск. Обстоятельства дела неясны, но факт, что с Севера в 1874 г. Немирович вернулся уже писателем с именем. Работая в канцелярии архангельского губернатора, он много ездил по Северу, в первый раз женился, много писал, а напечатав книгу "Соловки", получил высокую оценку Тургенева.

      "Соловки" положили начало обширному циклу очерковых произведений, созданных на материале бесконечных путешествий в далекие и близкие страны. Книги "Святые горы", "Кама и Урал", "По Волге", "Дагестанские захолустья", "Очерки Испании", "По Германии и Голландии", "Под африканским небом" расходились на ура, живо преподносимый культурно-исторический и бытовой материал вызывал пристальный интерес читателей. Критик А.Кауфман позднее напишет: "Подвижности и непоседливости Немировича-Данченко русская литература обязана... целым рядом прелестных увлекательных путевых набросков, беллетристическо-этнографических очерков, романов и повестей, в которых даны блестящие описания природы, типы и обстоятельные описания нравов".

      Но особенную славу принесли Василию Ивановичу его корреспонденции и очерки с театров военных действий. В 1876 г. на сербско-турецком фронте он был ранен. В ходе русско-турецкой войны 1877-1878 гг. принял участие в знаменитых сражениях под Плевной и Шейновом, вместе с солдатами оборонял Шипку, брал Зеленые Горы и был награжден двумя солдатскими Георгиевскими крестами и орденом Св. Анны с мечами. Газеты с корреспонденциями Немировича расходились тогда нарасхват, так же, как вышедший по горячим следам трехтомник "Год войны. Дневник военного корреспондента 1877-78 гг.". Это и для современного читателя интересная литература, где любопытные детали и подробности изображены остро, живо и пылко.

      В 60 лет Василий Иванович отправился корреспондентом газеты "Русское слово" на войну с японцами и участвовал в боях под Ляояном, Порт-Артуром, Мукденом. Война оказалась проигранной, Немирович в своих статьях критиковал военное руководство и после поражения под Вафаньгоу был удален из армии. Он и в 70 лет не усидел дома и с началом Первой Мировой войны оказался на польском и галицийском фронтах, затем был послан во Францию (бои под Верденом, Реймсом, Ипром), далее участвовал в военных операциях на Кавказе. Он был патриотом России, но вовсе не "ястребом", и английская Лига мира избрала его почетным членом.

      Немирович работал почти во всех литературных жанрах. В его огромном наследии и стихи, и рассказы для детей, и множество романов и повестей. Роман "Гроза" о русско-турецкой войне был в свое время популярнее "Анны Карениной". Работал он всегда помногу и очень дисциплинированно, наподобие Флобера. Писал, как правило, по ночам, уже вернувшись из театра или из светского собрания. Никогда не пил и не курил, а работоспособность, как Бальзак, поддерживал крепким кофе. За ночь вырастала стопка листов, густо исписанных торопливым почерком. И так день за днем, всю свою бесконечную жизнь.

      Элегантный, одевавшийся у лучших портных, в неизменном цилиндре и бобровой шинели, он всегда выглядел вальяжно и представительно. Обаяние его личности усиливал необыкновенный дар рассказчика, и неудивительно, что он имел успех у дам. Немирович был женат трижды, детей не имел. В 80е годы, после первого вдовства, он женился на прекрасной оперной певице Зое Разумниковне Кочетовой. И в этом браке был счастлив, однако и вторая жена рано ушла из жизни. Уже на склоне лет, в 1910 г., Василий Иванович вновь вступил в брак, на этот раз с графиней Еленой Тизенгаузен. Будучи моложе супруга на 34 года, она держалась несколько особняком: не случайно эмигрантские газеты и журналы, сообщая о его юбилеях, представляли ее как племянницу. Елена Самсоновна же всегда была рядом с Немировичем, она пережила мужа на пять лет и была похоронена с ним в одной могиле.

      Жизнь как-то развела в стороны двух знаменитых братьев Василия и Владимира Немировичей-Данченко. Василий был старше на 13 лет и фактически не знал своего младшего брата. Когда же Владимир по окончании тифлисской гимназии приехал учиться в Московский университет, а позднее занялся журналистской и литературной деятельностью, он наотрез отказался от какой-либо протекции ставшего уже знаменитым Василия. В дальнейшем их часто путали, как путают и по сей день. После эмиграции Василия пути их разошлись окончательно.

      Василий Иванович, как и все, тяжело пережил гражданскую войну: в бескормице, хлебных очередях, собственноручно коля дрова. Было разрушено все, к чему он привык, что созидал долгие годы. Особенно угнетало расставание с книгами, которые он собирал всю жизнь. Он писал: "Самые тяжелые минуты я пережил, глядя на опустевшие полки и шкафы моей библиотеки. Я поступил, как дети Иакова. Они продали Иосифа, я свои книги". Хотя он продолжал творческую работу (естественно, пришлось поменять направленность и подчеркивать революционное начало он написал пьесы "Джордано Бруно", "Народный вождь"), в нем зрело желание уехать из страны. Получив разрешение на работу в заграничных архивах над книгой "Народные трибуны, вожди и мученики", он покинул Россию.

      Он выстоял и в эмиграции. После годичного пребывания в Берлине Немирович с женой перебрался в Прагу, где и остался до конца. В рамках "русской акции" правительство Чехословакии выплачивало ежемесячные стипендии писателям из России, и самая крупная досталась Немировичу-Данченко 1500 крон (Евгению Чирикову платили 1200, Марине Цветаевой 600, даже когда она уехала во Францию). Позднее образовалась и квартира. Василия Ивановича избрали почетным председателем пражского союза русских писателей и журналистов. Писатели-изгнанники с легкой руки И.С.Шмелева прозвали его "нашим старшиной".

      А он продолжал писать, много печатался в русских периодических изданиях, выпускал книги на русском и чешском языках. В эмиграции были написаны романы "Святой грех", "На бабьих хлебах", подготовлены 12 томов повестей и рассказов, на которые так и не нашлось издателя. Роман о любви "Она" был закончен в канун 90-летия, отмеченного в Праге необычайно пышно.

      Торжественное собрание с участием чехословацкой и русской общественности прошло в Староместской ратуше. На нем присутствовали председатель Сената Ф.Соукуп, член Национального совета Б.Немец, с поздравительными речами выступили В.О.Червинка, Г.Горак, председатель союза русских писателей С.И.Варшавский. Чествование продолжилось на квартире юбиляра, где его приветствовали от имени Русского совещания в Чехословакии князь П.Д.Долгоруков и от имени русских академических организаций профессор А.М.Ломшаков. До позднего вечера не закрывалась дверь квартиры, посетители всё шли и шли. Особенно растрогал юбиляра поэт Д.М.Ратгауз, несмотря на болезнь приехавший поздравить старого друга. Приезжал и болгарский поверенный в делах Сливенский сообщить, что в Болгарии юбилей русского писателя отмечается как всенародный праздник.

      Немирович держался до конца, сохранив ясную голову и крепкую память. Летние месяцы в Чехословакии он обычно проводил на курорте в Яхимове, иногда в Карлсбаде. Отдыхающая публика приставала с автографами. Василий Иванович не скупился и кротко подписывал.

      Он скончался 18 сентября 1936 г., на 92-м году жизни. Пышная панихида при большом стечении народа прошла в Свято-Николаевском соборе на Староместской площади, затем гроб с телом был на руках перенесен на Ольшанское кладбище. Ветераны эмиграции были подавлены: ушел из жизни один из символов той России, которую они любили и лучше которой не знали.

Прага


©   "Русская мысль", Париж,
N 4373, 19 июля 2001 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ...