СОБЫТИЯ И РАЗМЫШЛЕНИЯ

 

ДУМА: ИТОГИ СЕССИИ

Бесплодные плоды
интенсивного законодательства

27 декабря закрылась осенняя сессия Государственной Думы. Еще звучали слова и музыка так называемого гимна РФ, а выбежавший из зала заседаний лидер фракции "Единства" Владимир Пехтин уже подводил итоги сессии перед объективами десятка телекамер. Пехтин пребывал в радужном настроении, что вообще-то ему несвойственно. Он, в частности, похвастался тем, что за отличную работу во втором полугодии 2001 г. думцы впервые получили приветствие президента с пожеланиями здоровья и успехов (г-н Пехтин молодой парламентарий, и ему простительно не знать, что президент Ельцин, хоть и находился в контрах с Думой, с Новым годом ее обычно поздравлял). Перекрикивая михалковские вирши, главный думский "медведь" заключил: "Осенняя сессия это показатель того, как нужно работать парламенту", и, сверкая зубами, удалился на каникулы.

Труды праведные

Действительно, три с половиной месяца заседаний были результативными. Обычно осенняя думская сессия это бюджет, бюджет и еще раз бюджет. В этот раз, кроме бюджета, депутаты приняли четыре кодекса: Земельный, Уголовно-процессуальный, Трудовой и Кодекс об административных правонарушениях. Плюс судебная реформа. Плюс пенсионная реформа. Плюс глава Налогового кодекса о едином сельскохозяйственном налоге.

Значит ли это, что российские граждане должны благодарить избранных ими депутатов за счастливое детство, зрелость и соответственно старость? А это как сказать.

Вот Земельный кодекс, который семь лет не могли принять. Он регулирует земельные отношения. Замечательно. Но за исключением земель сельскохозяйственного назначения. Что из этого следует? А то, что ежели вы не хотите "жить по Земельному кодексу", можно перевести земельные участки в статус сельскохозяйственных (как это делается в России, любой себе представляет).

Вот Уголовно-процессуальный кодекс. В нем есть некоторые приятности. В частности (об этом много писали), он ограничивает произвол ГАИ по отношению к автовладельцам. С другой стороны, в отношении соблюдения прав граждан при задержании, например, он даже хуже старого кодекса (пороки нового УПК, кстати, буквально на пальцах объяснил в своей брошюре депутат-яблочник Сергей Попов).

Пенсионная реформа, она же модернизация пенсионной системы, это вообще песня с припевом. Раньше деньги, которые государство забирало "на пенсии", перераспределяли одним способом, теперь будут по-другому. Какая разница Минфину и Пенсионному фонду понять легко, какая разница гражданам под лупой не разглядишь, микроскоп нужен.

Трудовой кодекс, из-за которого было столько страданий, это, на взгляд неискушенного наблюдателя, просто какой-то министерско-профсоюзный междусобойчик. Кого, кроме чиновников Минтруда и деятелей профдвижения, волнует, что написано в этом талмуде, загадка. Люди как работали (или не работали), так и работают (или не работают). В общем, как посмотришь с холодным вниманьем, так получается, что законодательный процесс это в значительной степени искусство для искусства. Ну там, отчасти, искусство для МВФ.

Президентское большинство

Фракция СПС

Осенью 2001 г. в России в очередной раз консолидировалась партия власти, а именно: "медведи" слились с "Отечеством" и остатками "Всей России". За пределами "Единой России" осталась Народная партия Геннадия Райкова. Г-н Райков, по всей видимости считает, что Кремль не может мыслить иначе, как в терминах двух крыльев, и ближе к выборам ему непременно понадобятся, кроме правоцентристов ("отечественных медведей"), какие-нибудь левые центристы. [На снимке: 2001, октябрь. Госдума, зал пленарных заседаний. Часть депутатов фракции СПС в перерыве]

В Думе партийные слияния выразились в деятельности пропрезидентского "блока четырех": "медведей", ОВР, группы "Регионы России" и группы "Народный депутат". В совокупности эти депутатские объединения контролируют 246 из 450 голосов (по состоянию на январь). Казалось бы, в случаях, когда речь не идет о принятии так называемых ФКЗ (федеральных конституционных законов), где нужно 300 голосов, результат, желательный для Кремля, заранее обеспечен. Но не все так просто. Депутаты "четверки" действительно всей душой поддерживают президента Путина. А кто его в Думе не поддерживает? Вот коммунисты с аграриями вроде бы наконец разочаровались и ушли в оппозицию да и то не совсем.

Однако политическая преданность Путину и преданность экономическим нововведениям, допустим, Грефа это совершенно разные вещи. Депутаты тоже люди, собственники, многие бывшие чиновники и предприниматели, почти все друзья чиновников и предпринимателей. У них есть свои экономические интересы, и они, как люди разумные, их отстаивают. Поэтому, несмотря на все изъявления лояльности и реверансы лидеров думского большинства по отношению к исполнительной власти, вокруг любого закона идут борьба и торговля ровно так же, как это было и в прежних составах Думы. Ну, может, торговаться с "партийными путинцами" правительству приятнее, чем с коммунистами, и вся разница. Если в России нет парламентской республики, то откуда же возьмутся нравы парламентской республики? Неоткуда им взяться.

Селезнев намекает

По традиции, после окончания думской сессии председатель Думы Геннадий Селезнев дает пресс-конференцию. Спикер любит прессу и любит поговорить, поэтому во время такого, казалось бы, протокольного мероприятия можно услышать довольно интересные вещи. На этот раз он долго распространялся о том, как вся страна вздохнула с облегчением после решения Ельцина уйти из политики, и таинственно намекал на то, что решение о строительстве нового парламентского центра уже принято (не сказал, правда, где: в Москве или в Санкт-Петербурге).

С некоторым удивлением журналисты услышали от спикера, что весной Дума всерьез займется законопроектами о Конституционном собрании. Конституционное собрание это, грубо говоря, орган, позволяющий стремительно изменить (или сменить) конституцию. Сейчас в Думе лежат два депутатских законопроекта. Один написал член фракции (и партии) СПС Борис Надеждин, другой член фракции СПС (но не партии) Сергей Ковалев. Основное различие между проектами в том, что Ковалев предлагает избирать Конституционное собрание, а Надеждин назначать. По мнению Селезнева, этих двух законопроектов для полноценного обсуждения недостаточно, нужен еще как минимум один, как он выразился: "от группы депутатов". Намеки спикера надо понимать так, что Дума готова ломать конституцию, буде президент выразит желание. Кто бы сомневался.

ЕКАТЕРИНА МИХАЙЛОВСКАЯ


Москва



©   "Русская мысль", Париж,
N 4390, 04 января 2002 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ...