МИР ИСКУССТВА

 

«Хованщина» завершила
«русский сезон»

Премьера в Парижской Опере
на площади Бастилии

В декабре и январе Парижская Опера представила серию спектаклей, которые невольно составили "русский сезон". В Пале-Гарнье 11 раз была показана программа "В честь Бориса Кохно" (сподвижника Дягилева). В нее вошли сочинения Стравинского на его либретто: опера "Мавра" и балет "Блудный сын", а также премьерная постановка балета с пением "Семь смертных грехов" Вейля. Затем 15 раз шла балетная программа: "Петрушка" Стравинского, "Послеполуденный отдых фавна" Дебюсси и "Шехеразада" Римского-Корсакова, которая в хореографии Бьянки Ли и с костюмами Кристиана Лакруа стала мировой премьерой. Оркестр Парижской Оперы под управлением Джеймса Конлона исполнил Четвертую симфонию Чайковского и Пятнадцатую Шостаковича. В Опере на пл. Бастилии 22 раза был показан балет "Баядерка" в постановке Р.Нуреева, где в первые в истории этого театра участвовали сразу двое русских солистов Светлана Захарова из Мариинского театра и Николай Цискаридзе из Большого. Чередуясь с этим балетом, на той же сцене 10 раз прошла опера Мусоргского "Хованщина".

Впервые "Хованщина" в Париже шла в "Русских сезонах" Дягилева: с участием Шаляпина она имела триумфальный успех в Театре Елисейских Полей (1913). В Парижской Опере ее первый раз поставили на французском языке в 1923 г., годом позже она шла с участием Шаляпина. По-русски опера впервые здесь прозвучала во время гастролей Большого театра (1970): партию Марфы пели И.Архипова и Е.Образцова.

Теперь Парижская Опера осуществила новую постановку шедевра Мусоргского в самой близкой к оригиналу оркестровке Шостаковича.

Американский дирижер Джеймс Конлон возглавляет оркестр Парижской Оперы уже шестой сезон. С 1982 г. он дирижировал здесь в 30 операх, среди них был и "Борис Годунов" Мусоргского (1984). Дж. Конлон родился в Нью-Йорке (1950) и в 10-летнем возрасте полюбил русский язык. Затем он научился читать по-русски и начал карьеру дирижера с "Бориса Годунова" (1972). Теперь по его инициативе в репертуар Парижской Оперы вошла "Хованщина". Ее поставил известный румынский режиссер Андрей Щербан, среди работ которого есть спектакли "Вишневый сад" (Бостон), "Мастер и Маргарита" (Париж), а также оперы "Князь Игорь" (Лондон), "Евгений Онегин" (Венеция), "Огненный ангел" и "Любовь к трем апельсинам" (Париж). Декорации и костюмы создал Рихард Хадсон, впервые приглашенный в Парижскую Оперу. Хореографические картины поставила Лоранс Фанон в прошлом танцовщица парижских варьете "Фоли-Бержер" и "Лидо". Художник по свету Доминик Брюгер, работавший над недавней постановкой "Войны и мира" Прокофьева в той же Опере на пл. Бастилии.

Каким же получился спектакль? Под знаменитую увертюру "Рассвет на Москве-реке" древняя столица пробуждается и предстает гигантским склепом из серого мрамора. Почти весь его объем занимает высокая и неприступная стена Кремля. За ней высятся золоченые башни собора Василия Блаженного, как царские драгоценности, спрятанные среди тяжелых плит граненого мрамора. Возле стены просыпаются стрельцы и растаскивают здесь же лежащие трупы казненного ими люда. Выход Досифея сопровождает шествие раскольников, которые замирают в четком построении. Графические, строгие мизансцены придают сдержанную стилистику спектаклю, который обретает полноценную жизнь и масштабность главным образом в массовых сценах, поставленных с большим мастерством и фантазией.

Яркое впечатление производит сцена, где стрельцы встречают своего предводителя князя Хованского: холодный мрамор декораций оживает от обилия красных тканей в одеждах и оформлении крестного хода с хоругвями и иконами. Впечатляет и картина разгульного веселья охмелевших стрельцов. Бравые жены с метлами усмиряют разбушевавшиеся весельчаков. Разухабистая плясовая под большую балалайку завершает динамичную фреску.

Истинная жемчужина постановки сцена в кабинете князя Голицына, канцлера и Хованщина, 1 фаворита царевны Софьи, где под огромной картиной в золоченой раме стоит лишь стол и два резных кресла. Марфа гадает со свечами над мистическим кубком светящейся воды, предсказывая князю царскую опалу. Затем собираются противники Петра. Яростное столкновение Голицына с Хованским и умиротворенные наставления Досифея звучат настолько убедительно, будто все это не давняя история, а хроника современной жизни.

Однако слишком театрально смотрится картина в подмосковном имении Хованского, где разворачивается вокальная сюита с персидскими танцами. На фоне огромного красного занавеса (из картона), вокруг высокого образа Богородицы, сидят за рукоделием десятки девушек в кокошниках. А длинноволосые персиянки плетут эротические кружева вокруг князя. В конце картины князь погибает от удара кинжала наемного убийцы; сцену охватывает тягучая темнота, заливающая и оркестровую яму. Такой шокирующей темнотой заканчиваются многие картины спектакля, символизируя мрак и тяжкую судьбу народа России.

Интересно поставлена картина, в которой облик Кремля (из I акта) в уменьшенном масштабе удален в глубь сцены. На Красную площадь выходят толпы плененных стрельцов, Хованщина, 2каждый со своей плахой. Лихо идет расправа народа над заговорщиками, уже склонившими головы на плахах, но в последний момент помилованными указом Петра.

Последний акт в глухом бору. Среди редких стволов блуждают, как призраки, темные фигуры староверов. В финале на голой сцене раскольники сбрасывают свои черные рясы и, оставшись в белых одеждах, постепенно исчезают в клубах белого дыма с серебристыми хлопьями пепла, разрастающихся от полосы огня, бегущей по авансцене вслед за факелом Марфы. Дым рассеивается, и на пустой сцене, словно угли на пепелище, видны лишь черные рясы; на авансцене появляется подросток в золотой царской мантии и митре, он медленно идет навстречу рассвету за далеким горизонтом.

Народная музыкальная драма, как называл "Хованщину" ее автор, предстала, как и должно быть, трагической. Однако сценическое действие, закованное в мраморном склепе, не обрело исторической масштабности и эпической грандиозности. Хованщина, 3Декорации и костюмы создают атмосферу конца XVII века, но в них есть элементы напускной театральности.

Оркестр Парижской Оперы под управлением Дж. Конлона достойно представил партитуру шедевра с обилием плавных, свободно льющихся мелодий, часто близким к народным напевам. К сожалению, увертюра и первый акт воспринимались без должного волнения из-за прохладно-жесткого звучания оркестра. Но во втором акте оркестр обрел эмоциональность и красочность, чему способствовала возникшая гармоническая взаимосвязь вокала и инструментального сопровождения. Особую мощь и удаль оркестр проявил в массовых сценах с изумительным хором и звоном колоколов, хотя акустика зала и срезает пики звуков.

Главное достоинство спектакля состав исполнителей. Это солисты Мариинского и Большого театров и театра им. Станиславского и Немировича-Данченко: Л.Дядькова (Марфа), А.Кочерга (Досифей), В.Огновенко (Иван Хованский), В.Галузин (Андрей Хованский), Р.Брубакер (Голицын), В.Алексеев (Шакловитый), И.Рубцова (Сусанна), Т.Павловская (Эмма), К.Плужников (подьячий), Е.Поликанин (Варсонофьев), Л.Бомстейн (Кузька), В.Слипак (Стрешнев), И.Матюхин и В.Смилек (стрельцы).

Для Л.Дядьковой и В.Огновенко дебют в Парижской Опере был триумфальным. Контральто с широкой тесситурой и обилием нюансов позволяет Л.Дядьковой воплотить образ Марфы предельно искренне, подчеркнуть ее непреклонную волю, силу духа и страстный лиризм. Бас В.Огновенко поражает богатством и масштабом вокального и артистического дарования. Его Хованский ослепляет гордым, могучим характером. И когда от безысходности рушится эта духовная крепость, какое многообразие трагических интонаций ощущается в единственном слове князя: "Прощайте". А.Кочерга, бас редкой красочности, возрождает вокальную манеру и дух Шаляпина. Досифей предстает мужественным, суровым старцем символом неколебимой веры древней Руси. Как и В.Огновенко, А.Кочерга доминирует богатырской внешностью, пленяет глубиной и достоверностью трактовки образа. Превосходные тенора В.Галузин и Р.Брубакер (США) воплощают свои образы необычайно пылко, рельефно и значимо. Исполнители вторых ролей демонстрируют высокую вокальную технику и артистизм.

Хор театра под управлением Д.Леви, представляя судьбу русского народа, стал главной действующей силой и несомненным украшением постановки. Благодаря вокальному и артистическому мастерству хористов, а также превосходному решению всех масcовых сцен спектакль обрел живое дыхание и впечатляющую динамику.

Радиостанция "Франс-Мюзик" провела прямую трансляцию "Хованщины", а в 2004 г. эта постановка (но без купюр партитуры) будет представлена во Флоренции.

ВИКТОР ИГНАТОВ


Париж



©   "Русская мысль", Париж,
N 4393, 24 января 2002 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ...