Фельетон

 

О грустном.
Чи-чи-ня

Как и всякий русский человек, Коропкин участвовал в разговорах по поводу текущих российских дел, в частности Чечни.

Он вполне разделял взгляды бывших диссидентов на недопустимость эскалации насилия там; выслушивал ахи и охи по этому поводу французов и лиц других национальностей; слушал по одному из иностранных русскоязычных радио русофобские выпады отдельных озлобленных эмигрантов и эмигранток, не доехавших до Израиля, но все пытающихся въехать в чеченскую проблему и этой колотушкой колотить одиноких слушателей, раскиданных там и сям по мировым просторам, в своем большинстве совершенно не причастных к чеченской проблеме.

Разговаривал он по этому поводу и с русскими мужиками. "Чи-чи-ня! Хули эта Чичиня! Сталин взял их, за 24 часа всю республику выслал. А мы цацкаемся с ними х... знает сколько", говорил ему дядя Коля Матвеев, бывшй крановщик Высоковского ДСУ-8, бывший сталинский зэк, сидевший за то, что рассказал антисоветский анекдот, убежденный антикоммунист всю жизнь.

Коропкину было, в общем, все равно, как решится эта проблема: лишь бы решилась. Средства, предлагаемые для ее решения с той и другой стороны, были, однако, недостаточны и сводились к глупому силовому противоборству, бесперспективному и уходящему в дурную бесконечность.

Где-то он однажды вычитал, что хорошо бы провести референдум среди россиян по поводу исключения Чечни из состава России. Никакого сомнения нет в том, что русский народ проголосовал бы за это мудрое решение. Не то что согласиться с выходом из состава России, а исключить. Навечно. Желающих принять в российское гражданство. Ввести эмбарго на торговлю. Заминировать границы.

Отдельные эмигранты (редкие, правда) недипломатично предлагали оттуда просто уйти, не заботясь о том, что это будет не очень удачный прецедент, который может вызвать много чего еще.

К сторонницам этой точки зрения принадлежит Марья Васильевна Розанова, вдова публициста Андрея Синявского. По этому поводу она написала статью "Кавказская пленница" (имеется в виду Россия-матушка), в которой призывает "освободиться от великой победы русского оружия завоевания Кавказа".

"Я думаю о том сгустке ненависти, который заложен нами в Кавказских горах. (...) ...я не люблю чеченцев. Я не способна на безответную любовь. Но... Я перед ними виновата, а они передо мной нет. Поэтому наш единственный шанс победить это одержать самую трудную победу. Победу над самими собой. Мы должны оттуда уйти, иначе война будет длиться вечно и мы погибнем. Уйти с Кавказа. У товарища Сталина был выбор: начать войну с народами или переселить наиболее опасных. (...) Он выбрал переселение, что, конечно, преступление. Нынешние демократы выбрали войну. Думаю, что по последствиям (...) мы товарища Сталина уже переплюнули. Уйти и покаяться. Покаяться и уйти. (...) Построить границу".

Коропкин, в отличие от Марьи Васильевны, чеченцев любил во всяком случае тех, кого знал. Один из его любимых писателей, которых он регулярно перечитывал, был Абдурахман Авторханов, чеченец. На историческом факультете МГУ с ним учились некоторые чеченцы, включая Саида Абумуслимова, вице-президента при Яндарбиеве. Но об этом как-нибудь в другой раз.

Статья М.В.Розановой впервые была опубликована в мае 2001 г. в "Независьке", а потом перепечатана ею в последнем "Синтаксисе" (¹37). Коропкин жил в ближнем Подпарижье недалеко от М.В. на расстоянии минометного выстрела (минометного потому что надо было подняться и спуститься с горки), но они принадлежали к разным эмигрантским "партиям", поэтому мы тут об этом не будем.

"Кто же это будет оттуда, из Чи-чи-ни, уходить и строить границу? возник у него вопрос к Марье Васильевне, но официально он ей его так и не задал. Уж не гебистско- ли -олигархический режим Путина (как его заклеймил в том же номере лефортовский сиделец Лимонов)?"

Слышь, Ароныч, обратился Коропкин к Новикову, принимая от него прочитанный 37-й номер "Синтаксиса", Лимонов называет режим Путина гебистско-олигархическим. Что-то в этом есть, а?

И хорошо, что в России есть режим. А то на Украине до сих пор никакого режима нет, так все видят и результаты.

(А Ароныч родом с Украины и часто навещает ридну нэньку).

Есть среди эмигрантов еще одна точка зрения на конфликты современного мира историософская. Ее разделяет, возможно, один человек это живущий в Америке Игорь Ефимов, издатель (основатель издательства "Эрмитаж"), философ, писатель.

А может быть, не только он один. Во всяком случае отличная израильская газета "Окна" (приложение к газете "Вести") в ноябре прошлого года опубликовала его статью на три полосы "Аттила в "Боинге"". Многие исторические конфликты Игорь Ефимов объясняет конфликтом цивилизаций: земледельческой и кочевой, индустриальной и земледельческой (кочевники завидуют благосостоянию земледельцев, а земледельцы спустя много веков начинают завидовать благосостоянию жителей индустриально развитых стран).

"Войны между государствами заполняют исторические хроники с незапамятных времен, пишет Игорь Ефимов. (...) Но вот с какого-то момента в летописи начинают просачиваться сообщения о боевых действиях, которые не похожи на нормальную войну одной страны с другой. Враг нападает неведомо откуда и так же внезапно исчезает. (...) Могучий Древний Рим веками должен вести вооруженную борьбу с галлами, кельтами, германцами, готами, вандалами. (...) Киевская Русь строит свои города под непрерывными атаками печенегов, половцев, хазар, татар. (...) Что же заставляло эти племена так упорно биться о границы великих империй?"

Автор дает ответ: "Нападающие и обороняющиеся находятся на разных стадиях технологического освоения природы".

То же самое, по мнению Игоря Ефимова, и сейчас: мусульманский мир, например, находящийся в целом в земледельческой стадии, пылает ненавистью к, скажем так, Северу, который давно уже находится в индустриальной стадии (в последнее время заговорили и о постиндустриальной, но это уже детали).

"Переход в индустриальную эру длится вот уже более двух веков, и для каждого народа он связан с тяжелейшими внутренними и внешними конфликтами. (...) ...в момент переходного скачка рушатся традиционные устои общества, возникает вакуум власти а это идеальный момент для различных экстремистских групп объявить себя спасителями отечества или защитниками правильной веры и захватить полный контроль над народом, а иногда над государством. Именно так обрели силу красные кхмеры, Организация освобождения Палестины, ХАМАС, "Тамильские тигры", "Сияющий путь", талибы и др. (...) ...наилучшим оправданием их господствующего положения является состояние войны. Поэтому-то они и будут противиться любым шагам, ведущим к настоящему миру".

Так это или не так в отношении несчастных воинственных чеченцев и их воинственных вождей, осталось выяснить. Незадача, однако, в том, что никто этого выяснять не будет. Не нужны они никому, кроме самих себя. Только для "галочки": не выпущены, мол. Остались при нас.

А зачем они нам? Этого вопроса тоже никто не задает.

Одно слово Чичиня.

АНАТОЛИЙ КОПЕЙКИН


Париж



©   "Русская мысль", Париж,
N 4393, 24 января 2002 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ...