МИР ЗА НЕДЕЛЮ

 

МОЛДАВИЯ:
Оппозиция требует
отставки президента

МОЛДАВИЯ:
Горячеет...

Год тому назад (25 февраля 2001 г.) в Молдавии прошли досрочные парламентские выборы. По итогам этих выборов Партия коммунистов Республики Молдова (ПКРМ), возглавляемая Владимиром Ворониным, получила 49,93% голосов и 71 из 101 места в парламенте.

В случае победы ПКРМ обещала экономический рост, победу над коррупцией (это уж как водится), вступление Молдавии в Союз Белоруссии и России, решение приднестровской проблемы, статус второго государственного русскому языку.

По молдавской конституции, для избрания председателя парламента и утверждения состава правительства необходим 51 мандат, для избрания президента 61, для изменения конституции 69. Таким образом, у ПКРМ оказались в руках все рычаги для обещанных избирателям реформ.

20 марта 2001 г. коммунистка Евгения Остапчук была избрана председателем парламента, а 4 апреля парламент избрал В.Воронина президентом (71 голос из 89 участвовавших в голосовании депутатов, основной соперник, бывший премьер-министр Думитру Брагиш из центристской коалиции, 15).

19 апреля 2001 г. премьер-министром был утвержден Василий Тарлев (75 голосов "за" из 87 голосовавших депутатов). В.Тарлев никакой не коммунист и даже не левый, он бывший директор Кишиневского кондитерского комбината, а теперь, понятное дело, крупнейший конфетно-сахарный магнат Молдавии. Так сказать, "беспартийный специалист".

Правительство тоже было сформировано в основном из "беспартийных специалистов", среди 17 членов кабинета только три коммуниста: Валериан Кристя (вице-премьер), Дмитрий Тудорогло (вице-премьер, министр сельского хозяйства и перерабатывающей промышленности), Илья Ванча (министр образования).

Главной целью правительства было названо вступление... нет, не в Союз Лукашенко и Путина, а в Европейский союз.

Молдавия ныне парламентская республика, а не президентская. Поэтому формально В.Воронин не главный в стране. Но внутри компартии царит традиционное единоначалие, а на съезде ПКРМ 22 апреля 2001 г. В.Воронин был переименован из первого секретаря ЦК в председателя (пост первого секретаря был упразднен).

Так что председатель парламента Е.Остапчук, первыйй человек в государственной иерархии, одновременно третий-четвертый человек в иерархии партийной и находится в полном подчинении у Воронина. Премьер-министром президент вроде как прямо командовать не может, но в любой момент может скомандовать спикеру и парламентской фракции ПКРМ поменять премьера, если тот будет вести себя нехорошо.

Естественно, Евросоюз был провозглашен светлым идеалом республики с согласия Воронина, хотя это плохо согласуется с курсом на вступление в Союз Белоруссии и России (о котором впрочем, теперь предпочитают не вспоминать).

Сразу после выборов В.Воронин заявил, что "сначала надо положить на язык, а потом уже говорить о языке. Сытый народ становится добрее" ("Независимая газета", 2001, 3 марта) и поэтому введение второго государственного языка это "вопрос референдума", и не самого близкого времени.

У новой власти была хорошая возможность год-другой-третий поспекулировать на "тяжелом наследии, доставшемся от либералов" (хотя никаких либералов во власти в Молдове ни одного дня не было была "олигархия", рекрутированная из прежнего, советского руководства компартии, откуда происходит и Воронин). Все понимают, что экономику за один год не исправишь.

Но Воронин поскользнулся на ровном месте. Вместо того чтобы на референдуме провести статус русского языка как второго государственного (как сам же обещал), он ввел обязательное обучение русскому языку в школах как иностранному с января 2002 года. Приказ подписал министр образования коммунист Ванча. Правительство даже не озаботилось подкрепить свой волюнтаризм законодательно, хотя это было легко сделать: в парламенте у ПКРМ все-таки конституционное большинство.

Есть два варианта демократического решения проблемы второго языка:

Вместо этого Воронин и Ванча выбрали решение недемократичное и заведомо непопулярное (по крайней мере в Кишиневе). Это стало их первой крупной ошибкой.

Далее было принято еще одно постановление министерства образования заменить ныне изучаемую в школах "Историю румын" на "Историю Молдавии".

Примерно 20-25% романского населения Молдавии считают себя румынами, остальные молдаванами. Правда, среди молодежи пропорция приближается к 50 на 50, а в столице "румын" теперь, пожалуй, больше, чем "молдаван" (такой тенденции сильно способствует относительно близкая перспектива вхождения Румынии в Евросоюз).

Коммунисты, левые, крестьяне, приднестровцы считают себя молдаванами. Правые, интеллигенция, студенческая молодежь, большинство столичных жителей румынами. Славянское население (русские и украинцы более 25% от всего населения республики) в основном солидарно с "молдаванами", а не с "румынами".

История знает различные прецеденты национального самоопределения в сходных обстоятельствах. Австрийцы, говорящие по-немецки, в конце концов решили, что они не немцы (хотя австриец Шикльгрубер придерживался иного мнения). Баварцы, диалект которых отличается от литературного немецкого чуть ли не сильнее, чем, скажем, украинский от русского, напротив, решили, что они немцы (хотя были и среди них свои "самостийники").

Когда нация так расколота, лучше не подливать масла в огонь. Конечно, странно изучать историю соседней страны, а не свою (хотя на самом деле учебник "История румын", включает, конечно, и историю восточных румын молдаван). Но не первой важности эта проблема. Тем более что учебников по отдельной истории Молдавии все равно нет разве что устаревшие советские, которые, кстати, все равно надо было бы еще заново напечатать. Понятно возмущение учителей, учеников, родителей.

Так что непродуманная реформа школьного исторического образования тоже была ошибкой по крайней мере тактической.

А фоном для этих ошибок послужило полное отсутствие успехов.

Единственное, что можно назвать хотя бы пропагандистским успехом, это договор о дружбе и сотрудничестве с Россией, который Воронин подписал в Москве в ноябре 2001 года.

Приднестровская проблема не только не сдвинулась с места она обострилась. Понадеявшись на то, что Россия заставит приднестровцев признать власть Кишинева, Воронин отказался от переговоров с Тирасполем и ввел частичную экономическую блокаду сепаратистской республики (что немедленно рикошетом ударило по молдавской экономике).

Мало того, Кишинев не соблюдает условий договора об автономии Гагаузии. Гагаузия, которая, в отличие от Приднестровья, согласилась быть частью Молдавии, теперь испытывает большой соблазн пойти по тираспольскому пути. На выборах гагаузы голосовали за ПКМР теперь же они видят, что коммунисты еще менее склонны соблюдать их права, чем прежние "правоцентристские" правительства.

В конце января парламент проголосовал за упразднение введенных несколько лет назад уездов с восстановлением старого (советского) районного деления и за проведение для этого 7 апреля 2002 г. досрочных выборов в местные советы. 5 февраля уже началась избирательная компания.

Однако на днях Конституционный суд признал решение парламента в части о досрочных перевыборах местных органов власти неконституционным. Воронин обещал было подчиниться решению КС, правительство приняло соответствующее постановление, но... коммунистическое парламентское большинство отказалось признать решение КС и потребовало от премьер-министра следовать прежним курсом.

Ситуацией охотно акция в Румыниивоспользовались "христианские демократы" Юрия Рошки, получившие на прошлогодних выборах всего 8,31% голосов и 11 мандатов. Партия Рошки (на самом деле это не христианские демократы, а "национал-патриоты" право-популистского толка ближайшие родственники Хайдера, Ле Пена, Жириновского) никогда не отличалась особой терпимостью. Это она развязала приднестровскую войну тогда у Рошки был достойный сотоварищ, премьер-министр Мирча Друк (в студенчестве осведомитель КГБ, потом советский профессор, потом премьер-министр постсоветской Молдавии, а теперь праворадикальный депутат румынского парламента). При пассивности центристских и правоцентристских партий (за которые год назад голосовали примерно 30% избирателей) рошковцы возглавили "борьбу против русского коммунизма".

Уже введение обязательности русского языка в школах вызвало митинги и демонстрации в Кишиневе. Сначала на них выходили под лозунгами "Нет русскому языку" и "Хотим в Шенгенскую зону" максимум несколько сот человек (9 января), потом 2-3 тысячи, а 23 февраля уже чуть ли не 50 тысяч (сторонники Рошки съехались в Кишинев со всей страны). За три дня до этого, 20 февраля, студенты, вооруженные камнями и палками, под водительством самого Рошки попытались ворваться в парламент. Первый кордон полиции был прорван, полицейские с трудом отбили атаку на втором рубеже.

До применения огнестрельного оружия, к счастью, дело не дошло. Но еще немного была акция в Кишиневе: студентыбы стрельба или, как в 1990 г., мордобой, выбрасывание русскоязычных депутатов из окон парламента.

Испугавшись, правительство отменило свои постановления об обязательности русского языка в школах и исключении из программы "Истории румын".

Главным теперь становится вопрос о досрочных выборах. Тем временем сопротивление парламента Конституционному суду придает силовым действиям правых радикалов оттенок законности.

"Ревизионистскую" стратегию и тактику ПКРМ ни Маркс, ни Ленин, ни Сталин ни за какие коврижки не признали бы коммунистическими. Но что осталось у руководства ПКРМ коммунистического это психология и склад ума. Последние события в Молдавии лишний раз показывают, что постсоветские коммунисты, даже придя к власти под демократическими лозунгами, на демократическое поведение не способны. В компании со своими спарринг-партнерами националистами они способны втравить Молдавию в большие беды.

ВЛАДИМИР ПРИБЫЛОВСКИЙ


Кишинев Москва



©   "Русская мысль", Париж,
N 4398, 28 февраля 2002 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

    ...