МИР ИСКУССТВА

 

«Русский ковчег»
между прошлым и будущим

Заметки о фильме Александра Сокурова

На пресс-конференции (а до Канна «Русский ковчег» не видел никто, в том числе и в России) Сокуров заметил, что идея такого безмонтажного фильма, снятого единым дублем, была сформулирована им уже лет пятнадцать тому назад, но только теперь появились технические возможности для его осуществления. Но сам он в этом эксперименте ставил себе чисто художественную задачу сделать фильм как бы на одном дыхании, т.е. сообразно с реальным течением времени. Вся история кино представляется режиссеру «безоглядной, агрессивной манипуляцией временем», а достижения кинематографа на сегодняшний Русский ковчег - кадр-завтрак из фильма Сокурова день связанными с обманом времени. Сокуров предлагает вернуться в кино к отражению реального времени на одном дыхании, вспомнив, что «дыхание тоже связано с Богом». Главное, что интересует Сокурова, философские категории времени и пространства. В интервью франко-немецкому телеканалу «Арте» он называет главным действующим лицом «Русского ковчега» пространство, и это несомненно так: создается ощущение, что мы вместе с камерой передвигаемся по залам Зимнего Дворца Эрмитажа. Но фильм называется не «Виртуальный путеводитель», а «Русский ковчег», и здесь целая программа, выражающая представления Сокурова об особом историческом пути России.

Вначале закадровый голос невидимого рассказчика, голос самого Сокурова, сообщает, что случилась катастрофа, после которой все спасались как могли, больше он ничего не помнит. Далее рассказчик, альтер-эго режиссера, русский человек нашего времени, встречает маркиза де Кюстина. И уже вместе они совершают путешествие по залам Эрмитажа: маркиз реально (его роль исполняет театральный актер Сергей Дрейден), Сокуров так сказать, виртуально, в кадре никогда не появляясь. Суть этого путешествия сквозь время (а фильм сделан к трехсотлетию Петербурга) рассказать об истории России, о собрании Эрмитажа и попутно порассуждать о судьбе русской культуры.

Далее следует довольно произвольный и маловразумительный набор сцен, призванных рассказать о славном прошлом дворца и империи.

Вот царь Петр Алексеевич избивает придворного, которого пытается защитить сердобольная Катя. Вот какая-то дама не первой молодости бежит с репетиции придворной пьесы в поисках туалета это, как выяснилось, Екатерина, прозванная Великой. Патетическая сцена аудиенции персидских послов у Николая I после убийства Грибоедова, настолько долгая, что даже искушенный дипломат, маркиз, и тот не выдерживает, сбегает. Потом опять же долгие проходы по галерее Александры Федоровны с сестрой Елизаветой, умиленно наблюдающих за резвящимися детьми, среди которых особеннно выделяется великая княжна Анастасия (видимо, как самая известная: все-таки полмира посмотрело одноименный диснеевский мультфильм). Те же, но уже в присутствии государя императора, завтракают: что говорят не разобрать, но снято красиво.

Все заканчивается грандиозной сценой императорского бала 1913 года, где собрана громадная костюмированная массовка, якобы представляющая цвет офицерства. Интересна эта сцена в основном тем, что в реальном времени, совершенно забыв про повествование, транслируется концерт оркестра Мариинского театра под управлением Валерия Гергиева. Так что мы, зрители, в полной мере успеваем насладиться блистательным искусством Гергиева, правда, при этом не совсем понятно, какое отношение эта трансляция имеет к кино.

Путешествуя, маркиз и режиссер обмениваются впечатлениями об эрмитажном собрании и попутно ведут споры о взаимоотношениях России с Европой. У маркиза отношение к России высокомерно-снобистское, а у рассказчика к маркизу ироничное.Русский ковчег - кадр-маркиз из фильма Сокурова Именно так, видимо, надо понимать взаимоотношения Европы и России, которые режиссер называет отношениями любви-ненависти. В фильме эта мысль озвучивается приблизительно так: оказавшись в галерее «лоджий Рафаэля», французский маркиз с упоением критикует русских за постоянный плагиат: мол, ничего, кроме копирования, не умеете, к тому же вас к этому поощряют власти, дабы у вас своих идей или какого другого свободомыслия не было. Герой Дрейдена, хоть маркиз и дипломат, особым красноречием не отличается (свой восторг и перед полотном Рубенса, и перед царским севрским сервизом Сокуров заставляет его выражать всегда одной фразой: «Ой, ах, как красиво»), и образован как-то выборочно например, не знает, что, кроме немцев, бывают еще и хорошие русские композиторы.

«Наш ответ» Западу современные посетители музея: слепая, юродствующая в созерцании «Данаи», или балтийские морячки, разъясняющие маркизу, как лучше развешивать картины.

Глубокомысленные споры между нашим режиссером и ихним маркизом заканчиваются пророческим «Прощай, Европа», которое бросает Сокуров маркизу в финале императорского бала. Дальше следует умышленно затянутый проход «цвета офицерства» с дамами по лестнице, ведущей вниз. Камера постоянно выхватывает из толпы актера, аляповато-театрально загримированного под Пушкина (кто его знает, может, и в самом деле не успели к началу съемок загримировать поизящнее). В финале камера наезжает на Финский залив, а Сокуров пророческим голосом вещает, что Россия это такой ковчег, который не утонет никогда.

Сергей Дрейден эстета и циника маркиза сыграл блестяще, но это не спасает лишенного драматургии сценария, превращающего фильм Сокурова то ли в документальный путеводитель по Эрмитажу, то ли в напыщенный ликбез по русской истории для рядового европейца.

В Канне Сокурову ничего не дали, пренебрегши «техническим прорывом», о котором почти в унисон пела вся каннская пресса. Однако Сокурова решение жюри, видимо, не очень расстроит: как и в прошлом году, он на пресс-конференции не уставал повторять, что никогда не приезжал в Канн за наградой, что в соревнованиях, а тем более спортивных, не участвует, а приехал только затем, чтобы поддержать своих продюсеров.

«Для меня по сути Каннский фестиваль закончился еще до начала, потому что отборочная комиссия, к которой я отношусь с большим уважением, уже дала оценку нашему фильму, отобрав его в конкурсную программу». Что касается продюсеров, то у «Русского ковчега», как у каждого международного проекта такого масштаба, их было множество, в том числе Мартин Скорсезе, с которым Сокуров познакомился здесь же в Канне на прошлогоднем фестивале, и российское государство, и телеканал «Арте». Но больше всего на уровне 40% в проекте участвовали немецкие кинофонды, а вся послесъемочная работа проходила на знаменитой киностудии Бабельсберг под Берлином.

В заключение пресс-конференции Сокуров поблагодарил российское государство за поддержку, которую оно оказало его фильму, и высказал упрек (впрочем, обоснованный) по адресу фестиваля, оказавшегося не в состоянии предоставить для показа его фильма бобины нужной длины. В результате фильм шел разделенным на 600-метровые кассеты, что, по мнению режиссера, сказывается на качестве.

Присутствовавший на пресс-конференции Сокурова замминистра культуры по кинематографии Александр Голутва упомянул об особых привилегированных партнерских отношениях в области кино между Россией и Францией. Мы попросили его подробнее осветить эту тему для читателей «РМ», а также поинтересовались, как он сам объясняет то, что Россию в Канне третий год подряд представляет Сокуров.

ЕКАТЕРИНА БОГОПОЛЬСКАЯ


Канн Париж



©   "Русская мысль", Париж,
N 4412, 06 июня 2002 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

 ...