ЛИТЕРАТУРА, МЕМУАРЫ

 

Код вер, или
Метаметафора Константина Кедрова

Поэт, теоретик, энциклопедист...

Под «знаменем» ДООСа Кедров постоянно организует различные совместные действия поэтов большей частью в Москве, но иногда и во Франции, например с Алексеем Хвостенко или французскими поэтами. Не так давно результатом этих действий стал выход антологий русской и французской поэзии «Депо» в двух вариантах: один том на русском, другой на французском. Были такие акции и в Голландии, где живет участница ДООСа Людмила Ходынская.

В Москве же трудно счесть, что успевают стрекозавры и примкнувшие к ним завры (все члены ДООСа имеют наименования, оканчивающиеся на «завр»). Это вечера поэзии в обычных и самых необычных местах, это факультет философии и поэзии в Университете Натальи Нестеровой, который возглавил Константин Кедров, это «Журнал поэтов», выходящий не очень периодично, но зато стабильно интересный, это сотрудничество с музыкантами, художниками, актерами и режиссерами. В частности, в Театре на Таганке Юрий Любимов поставил пьесу Кедрова о Сократе. И в том же театре два года подряд устраивались дни поэзии. В одном из них я участвовал и своими глазами видел, как люди спрашивали лишние билетики, что живо напомнило о 60-х годах. В тесной дружбе с ДООСом были ныне покойные Игорь Холин и Генрих Сапгир. Моя Академия Зауми и ДООС давно находятся в дружественном взаимодействии.

Основные действующие лица в ДООСе конечно, сам Константин Кедров и его жена, поэтесса Елена Кацюба. Без Елены многие акции Константина были бы затруднительны. Она безусловно обладает особым талантом огранки идей. Ее руками набраны и смакетированы многие выпуски произведений ДООСа, «Журнал поэтов». Но она еще и испытательница палиндромической поэзии и автор «Первого палиндромического словаря современного русского языка» (сейчас готовится второе издание). Кацюба и Кедров особенно последовательно работают в сложной форме анаграмматической поэзии, когда слово как бы «выворачивается». Я это называю переразложением слова, сюда входит и анаграммирование. Вот Кедров выворачивает, переразлагает собственную фамилию, получается: код вер, рок дев, вор дек, век орд, вод рек. Кажется, что игра, но посмотрите, сколько возникает смыслов и все они зашифрованы, стянуты в одно слово фамилию поэта.

Как поэт Константин Кедров состоялся уже в 50-е годы, но вплоть до конца 80-х не имел возможности публиковать свои стихи. «Устный период» продолжался 30 лет, и лишь в 90-е наступил «печатный период». Его теоретические и философские книги также не получали доступа к печатному станку, первая «Поэтический космос» появилась в 1989 г., основной же массив своих работ ему удалось выпустить только во второй половине 90-х. И здесь он наконец смог основательно проговорить продуманное за предыдущие десятилетия.

Термин «выворачивание» любимый в философской и поэтической концепции Кедрова. Откуда он к нему пришел и как это получилось, спросил я однажды у Константина Александровича.

Он ответил таким образом:

Процитированные строки из поэмы «Компьютер любви», своего рода энциклопедии метаметафоры, еще одного изобретения Кедрова. Впервые он предложил этот термин в 1984 г. в журнале «Литературная учеба» в статье под названием «Метаметафора Алексея Парщикова». В книге «Энциклопедия метаметафоры» (М., 2000) Кедров возводит этот термин к Эйнштейну и Павлу Флоренскому. В самом деле, Флоренский в своих работах показал взаимозависимость макро- и микромира, человека и космоса. Кедров ощущает себя наследником этих идей. Он подчеркивает: «В метаметафоре нет человека отдельно от вселенной». В своих книгах, а их с 1989 г. вышло немало, он выдвигает идею своеобразного всеединства поэзии, науки, философии, религии, исходящего из всеединства Творца, космического мира и человека. Эту идею Кедров проповедовал на базе русской классики (прежде всего) еще в московском Литературном институте, где по недосмотру хранителей соцреализма преподавал в 1970-1986 гг. «Несмотря на отстранение от преподавания под давлением КГБ, я продолжал работу над теорией метаметафоры», пишет Кедров. Еще в институте он начал вести и приватный семинар, в котором основными участниками были ставшие известными в 80-е годы поэты Иван Жданов, Александр Еременко, Алексей Парщиков. Их яркие, густые метафорические стихи тогда уже начинали звучать на домашних вечерах, ходить в списках и даже иногда выходить в печать. А всякие уклоны в поэзии в то время пресекались. Видимо, необычные по тем временам идеи поэтического космизма, да еще с обращением к религиозным мотивам, насторожили стражей словесности, и Кедров стал фигурантом некоего дела под странным именем «Лесник» (ему потом удалось раскопать оперативные документы). Так что метаметафора оказалась небезопасной для ее создателя, но весьма плодотворной для поэзии.

В книге 2001 г. «Инсайдаут» Кедров дает 16 определений метаметафоры, в которых он на теоретико-поэтическом уровне соединяет рациональное и иррациональное. В целом философ и поэт движется к некоему высшему антропоцентризму, постоянно утверждая, что «вся вселенная охватывается изнутри человеком, становится его нутром и человек обретает равновселенский статус»:

Такое понимание восходит не только к идеям Эйнштейна, Флоренского, но и к поэтическим прозрениям Андрея Белого, у которого в его поэме о звуке «Глоссолалии» рот это отвердевший космос. Источников может быть и должно быть много. В своих книгах Кедров оперирует необыкновенно широким для века узкоспециальных знаний спектром тем, проблем, гипотез и доказательств. Можно сказать, что какие-то его выводы небесспорны или даже очень спорны. Но он и работает с таким материалом, который никак не назовешь ясным: творения Шекспира, Достоевского, Хлебникова, Блока, Заболоцкого, Сведенборга, Даниила Андреева или художника Павла Челищева, который приходится Константину Кедрову двоюродным дедом... Кстати, вот как интересно Челищев разрешил вопрос о спорном и бесспорном. В книге «Параллельные миры» (М., 2001) Кедров приводит такой эпизод:

Челищев покинул Россию в 1920 г. вместе с деникинской армией. Он жил в Берлине и Париже, оформлял балеты Стравинского, затем переехал в Америку и оттуда в 40-х гг. писал сестре письма об открытой им «внутренней перспективе» в живописи:

Константин Кедров родился в 1942 г., еще был жив его двоюродный дед, но они не могли встретиться. Однако они встретились согласно геометрии Лобачевского, теории относительности Эйнштейна, органопроекции Флоренского, сферической перспективе Челищева и, наконец, метаметафоре самого Кедрова.

Вот эта встреча и будет, вероятно, самым точным объяснением того, чем занимается Константин Кедров в поэзии и философии, глубоко зашагивая в иные области знаний и верований.

СЕРГЕЙ БИРЮКОВ


Халле (Германия)



©   "Русская мысль", Париж,
N 4416, 4 июля 2002 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

 ...