Фельетон

 

Страна как страна

Коропкин летом 2002 года посетил наконец двухнедельно и цельносемейно свое отечество, с которым расстался почти 20 лет назад (тогда думал, что уезжает навсегда; был он в нем за эти два десятилетия одну неделю зимой 1999 года, чтобы похоронить отца).

Еще не вернувшись оттуда, он, будучи опытным идеологом, мастером пропагандистской работы, задумывался, какими краткими формулировками (что касается длинных описаний, то тут нечего было задумываться: они сами приходят по ходу дела) будет отвечать на вопросы друзей и врагов России по поводу сегодняшних дел там.

Существует несколько сценариев коротких перекидываний фразами. Самый банальный (и, увы, самый распространенный) такой.

Например, человек говорит: «Я был в Москве, по-моему, там все в порядке». Ему сразу возражают: «Побывай в провинции, тогда увидишь, каково живется простому люду». Человек поехал, допустим, в провинцию, в Нижний Новгород или просто в Новгород. Ему говорят: нет, ты съезди-ка к самоедам или в затерянную деревню какую-нибудь, куда на тракторе только можно доехать, увидишь, каково живется после ваших хваленых так называемых реформ простому люду.

Коропкин посетил Москву и еще один город почти в ста километрах от столицы (точнее, в 97 километрах от Кремля), В-ск. Это на северо-запад, в сторону Питера, почти у Тверской области.

«Ну, Московская область это еще не Россия. В Московской области чувствуется влияние Москвы», моделировал Коропкин возражения скептиков на его рассказы. Поэтому он заранее заготовил такую фразу: «Что в Москве все в относительном порядке, никто, кажется, не спорит; но я был в городке на 10 тысяч населения. Это, конечно, не Москва и, может быть, совсем не та Россия, которую вы имеете в виду, когда говорите о России. Может быть, этот городок что-то среднее между вашей "Россией" и моей "Москвой". Может быть, даже не среднее. Может быть, он гораздо ближе по образу жизни и благосостоянию к Москве, чем к остальной России. Но все равно это не Москва, а почти сто верст от нее».

Но это так, простая болванка, заготовочка для беседы с не очень изобретательными и интересными людьми, про которых заранее известно, что они скажут.

Гораздо интереснее разговаривать с ненавистниками России талантливыми. Начиная разговаривать, не знаешь, о чем они спросят и чего им ответишь.

В общем, поговорили они с Константином недолго. Беседа вышла нарочно идеологизированной, и оба старых товарища прекрасно понимали во время разговора, что они друг друга провоцируют.

Вот ты говоришь: Пакистан. Наверно, если захотеть, можно найти в России места весьма удручающие (я даже в В-ске нашел одно такое место, один барак). Но когда везешь детей, за этим ли их везешь? За тем, что ли, чтобы они возненавидели страну, которую до того никогда не видели? (Проще заставить их ненавидеть ее заочно, показывая новости по телевизору). Или за тем, чтобы ну не скажу полюбили, но хотя бы поняли, что ничего в ней такого особенного нет? Страна как страна. Люди, по*моему, посимпатичнее, чем где*нибудь в Париже или тем более в некоторых его пригородах, а остальное что? Ничего особенного. Ну а благосос, близкий к европейскому, дело наживное. В том, что касается недвижимости, придется подождать, а в деле повседневного потребления не так это далеко, как может показаться. Этого, по*моему, только дурак не заметит. А что касается путинской России, то я ее не видал и не хотел. Это же понятие политическое. Я же ездил не за политикой, а как путешественник и зевака.

У Коропкина за время его поездки в Россию набралось много впечатлений, наблюдений и зарисовочек. К ним, полагаю, мы еще вернемся.

АНАТОЛИЙ КОПЕЙКИН


Париж



©   "Русская мысль", Париж,
N 4421, 5 сентября 2002 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

 ...