МИР ИСКУССТВА

 

На разных языках

Выставка «Матисс Пикассо»
в парижском Гран-Пале

Что происходит, когда на небосклоне встречаются две звезды? Взрыв. Он-то и наблюдается сейчас в центре Парижа, в Большом дворце, где 22 сентября открылась выставка «Матисс Пикассо».

На подобную художественную акцию, не будь исторических прецедентов, решиться было бы гораздо труднее. Таких совместных выставок на протяжении ХХ века было три. Первая в 1918 г. в парижской галерее Поля Гийома, а в 1945-1946 гг. две сдвоенных в Лондоне. Все прижизненные и ни одной посмертной. Нынешняя первая.

Залов много два этажа, в них 160 экспонатов. В экспозиции удачно проведены параллели и поданы контрасты творчества двух мастеров. Живописные противопоставления дополнены полярно противоположными высказываниями художников по одним и тем же вопросам; кураторы выставки протянули их телеграфной лентой по всему коридорному пространству.

Начинается экспозиция двумя автопортретами, исполненными в 1906 году. Перед зрителем две противоположности: южный темперамент (из испанского города Малаги) и северный характер (из французской Пикардии). Матисс. СонЕще мало кому знакомый 25-летний юноша и зрелый (ему идет 37-й год), уже успевший наделать шума на «Осеннем салоне» художник. Такими они предстали друг перед другом в том же 1906 г. в гостях у американской писательницы и коллекционера Гертруды Стайн. Рядом с изображениями художников «Портрет Маргариты», дочери Матисса (1906). Эту свою работу Матисс позже подарил Пикассо и в ответ получил натюрморт «Кувшин, чаша и лимон» (1907). Лишь четыре картины в первом зале, но в них начало пятидесятилетнего диалога, детального взаимного изучения и сравнения, соперничества и обоюдного уважения.

Зал второй обнаженная натура. Округлые, несколько искаженные формы тел у Матисса и резкие, угловатые у Пикассо. Но оба воспроизводят тот же излом закинутых за голову рук, и публика была одинаково шокирована «уродливостью» рисунка и цвета в работах и того и другого. Налицо два зарождавшихся на заре века направления фовизм и кубизм, представленные их главными идеологами. «Пикассо разрушает формы, я же их покорный слуга», возмущается Матисс. «Если я создаю "ню", следует думать, что это ню. Надо занять у природы ее место», парирует Пикассо.

Соревнование вступило в свою первую фазу. Увлечение африканским искусством настигло их почти одновременно. Пикассо делал эскизы обнаженных африканок в фас, со спины (это будущие кубистические «Авиньонские барышни»), Матисс разрабатывал ту же тему негритянских женщин в трехмерном измерении в бронзе («Две негритянки», 1907).

В следующих залах натюрморты. «Корзина с апельсинами» (1912) Матисса выполненная в лучших традициях фовизма на контрастах красно-оранжевых и синих, желтых и фиолетовых, зеленых и розовых цветов. Апельсин любимый элемент у Матисса, он становится символом его живописи. И если на этом холсте нет никакого намека на переживания, которые в тот момент заставили художника даже помышлять о самоубийстве, то в «Натюрморте с черепом» (1908) Пикассо ясно читается потрясение, которое испытал художник, узнав о смерти своего друга Вигельса.

На полотнах Матисса каждый предмет тщательно отбирается, потом годами служит художнику в качестве излюбленной модели. Пикассо изображает то, что попадется под руку, притащив с кухни или с улицы первый попавшийся стул или кувшин. Хотя в ответ на апельсин он упорно рисовал яблоко. В 1942 г. Пикассо купил «Корзину с апельсинами» Матисса и повесил у себя в мастерской на почетное место.

Матисс писал свои яркие натюрморты в течение всей жизни Пикассо придумал коллаж, где ведущая роль отводилась материалу (кусочкам бумаги, материи, обрывкам газет) и его композиционному расположению. Он экспериментировал и в скульптуре, используя проволоку, болты и гайки, листы железа, части старой мебели.

Диаметрально противоположный подход к портрету очевиден при сравнении «Портрета госпожи Матисс» (1913) и «Портрета девушки» (1914). Плавные и ясные линии передают характер модели первого художника. Разъединенные и разбросанные формы на холсте второго свободно интерпретируют изображаемый персонаж. «У каждого лица свой ритм, и именно этот ритм создает сходство» такова позиция Матисса. «Я добавляю, урезаю, переставляю» это стиль Пикассо.

На протяжении десятилетий их работы экспонировались на одних и тех же выставках, где их неизменно представляли как двух антиподов. Художники виделись мало и случайно, при этом каждый из своей мастерской внимательно наблюдал за творческим развитием мысли своего собрата. «Если бы я не занимался тем, чем занимаюсь, то хотел бы рисовать, как Пабло», обронил как-то Матисс. Пикассо сделал аналогичное заявление.

Московский коллекционер С.И.Щукин открыл для себя живопись Матисса и заказал ему декорирование интерьера своего трехэтажного дома. Матисс недолго думая представил ему молодого кубиста, и меценат купил в общей сложности около пятидесяти работ Пикассо.

Оба художника участвовали в оформлении «Русских сезонов» Дягилева. Их декорации и костюмы к балетам украшали подмостки парижской Гранд-Опера.

Пиксссо. Обнаженная в красном кресле Матисс жил в Ницце, Пикассо не оставлял столицу.

В период Первой Мировой войны у обоих в картинах преобладали темные, мрачные краски. При этом у Матисса «черный тоже цвет», у Пикассо цвет «один из элементов, означающих объем».

В середине 20-х у Матисса начался длительный период увлечения одалисками. Женское тело, восточные ткани и драпировки со сложными узорами становятся предметом нескончаемых этюдов, прежде чем мастер находит верное линеарное и цветовое решение. Художник снова увлекся Востоком, его красками, покоем и негой. Его одалиски напоминают красочные персидские ковры с тонким, изящным орнаментом.

Пикассо в эти годы писал композиции с обнаженными фигурами, где продолжал свои искания, полностью деформируя женское тело. Так появился его прием совмещения фаса и профиля в одном портретном изображении, объединение в одном образе черт разных женщин («Обнаженная в саду», 1934; «Обнаженная в красном кресле», 1939).

В 1935 г. в жизнь Матисса вошла русская женщина Лидия Делекторская, которая до конца его дней оставалась его верной помощницей, секретарем и натурщицей. Художник создал цикл розовых «ню», к которым делал множество этюдов с нее. К этому времени брак Пикассо с балериной Ольгой Хохловой уже развалился.

Во время Второй Мировой войны оба художника не покинули оккупированную Францию, и Матисс писал сыну: «Если бы все выполняли свою работу, как я и Пабло, этого [т.е. разгрома и капитуляции Франции] не произошло бы».

В 1947 г. Пикассо окончательно переехал на юг и часто бывал у Матисса. Обладая отменным здоровьем и неуемной энергией, Пикассо порой задавался вопросом, а не заболел ли он, и при этом не болел никогда. В 1941 г. врачи обнаружили у Матисса рак, он перенес сложную операцию, которая фактически приковала его к постели. Художник не пал духом и принялся за «декупажи». Из окрашенной гуашью бумаги он вырезал ножницами фигурки и наклеивал их на основной лист («Зульма», 1950; серия «Синие ню», 1952). «Врезаться прямо в цвет напоминает мне непосредственное ваяние скульптора из камня», замечал он. Пикассо делал скульптуры из листовой жести, создавая полуабстрактные конструкции: «Голова» (1962), «Купальщица (1961), «Стул» (1961).

«Они дополняли друг друга, как красный цвет дополняет зеленый, и противостояли, как черный белому», сказала когда-то Франсуаза Жило, жена Пикассо, единственный свидетель последних встреч двух художников. В 1954 г. Матисс умер. Пикассо долго хранил молчание. Потом, объявив: «Матисс завещал мне своих одалисок», он написал вариации на тему картины Делакруа «Алжирские женщины» (1954). Чуть позже, пересматривая тему Веласкеса «Менины» (1957) и изображая инфанту Маргариту, он вспомнил первый подарок Матисса портрет его дочери, тезки венценосной испанки.

«Когда один из нас умрет, оставшийся в живых уже не сможет ни с кем поделиться», этими словами Пабло Пикассо заканчивается выставка в парижском Гран-Пале.

ЕЛЕНА ЯКУНИНА


Париж



©   "Русская мысль", Париж,
N 4424, 26 сентября 2002 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

 ...