ПО ВЫСТАВОЧНЫМ ЗАЛАМ

 

Международная выставка
«Европастель»

Беседа с участником выставки Георгием Шишкиным

По-моему, никто не ожидал, что событие получит такой размах. Итальянцы радушно принимали гостей, в городах висели громадные афиши, был издан подробный каталог. Из Петербурга приехали представители Эрмитажа, Русского музея, директор фабрики, производящей изопродукцию. Участники разделились на две категории: художники, работающие в разных техниках, и те, кто посвятил себя исключительно пастели. Были представлены работы не только традиционных для этого вида жанров, таких, как пейзаж, портрет, натюрморт, но и сюрреалистские и абстрактные произведения. Необыкновенные, отличные своим северным духом картины привезли финны, интересные крупноформатные картоны показал итальянец Димаччо. Я выполнил для выставки драматический триптих «Благословенная Россия».

Все материалы без исключения страдают собственными недостатками. Масло, например, темнеет, трескается. Например, картины художников XIX века, использовавших битум как черный цвет, почернели. Цинковые белила гаснут, становясь прозрачными, теряют плотность. Конечно, пастель необходимо защищать от пыли и непосредственного прикосновения. Я обращаюсь с ней достаточно бесцеремонно.

Я разработал особый способ приготовления картона, который позволяет делать прочный первый слой. Краска не падает, хорошо втирается. Защитить верхний слой пастели вряд ли можно при современной технологии. Фиксативы, конечно, есть, но неизвестно, Шишкин. Россия - деталь триптихакак со временем они поведут себя. Ведь закрепить значит промочить, даже когда пользуешься распылителем. Высохнув, пастель никогда не станет прежней, светлой. Даже если случайно попадает капля воды, она темнеет и глохнет. Я считаю, что достаточно защитить поверхность стеклом. В пастели не происходит химических реакций между веществами, здесь смесь чисто физическая в противоположность масляной краске, гуаши или темпере.

Потому что она возникла как аристократическое искусство писания портретов естественно, высших слоев населения. Но заметьте, что Леонардо да Винчи и Рембрандт писали пастелью. По-настоящему самостоятельно и полноценно она начинает звучать с XVII века. Кстати, мастера прошлого имели обыкновение не закреплять пастель. Морис Кантен де Латур изобрел фиксатив, но рецепт унес с собой. Вообще французские мастера много сделали для развития пастели.

Я начал писать акварелью в десять лет, в институте даже слыл мастером-акварелистом. Как-то я выполнял акварельный портретный этюд в большой мастерской, где одновременно трудилось несколько художников. Меня отвлекли, и краска успела высохнуть. Я увидел у соседа маленькую коробку пастели и решил закончить начатую работу мелком. Тут я и понял, какую широту она может дать. И постепенно полностью перешел на пастель.

Больше портретов я написал как раз в России. Несколько лет назад в Большом театре состоялся вечер, посвященный 120-летию со дня рождения Шаляпина. Приезжали его дочь и внуки. Меня пригласили воссоздать образ Федора Ивановича. Я знал, что он любил позировать, но после шедевров Коровина и Серова считал кощунственным прикасаться к этой теме. И вот однажды, набрасывая абстрактную композицию, я вдруг увидел в белом пятне среди штрихов его улыбающееся лицо и смеющиеся глаза.

ЕЛЕНА ЯКУНИНА


Париж



©   "Русская мысль", Париж,
N 4434, 5 декабря 2002 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

 ...