СОБЫТИЯ И РАЗМЫШЛЕНИЯ

 

Думская всячина

Введение судов присяжных на территории России ставится под сомнение

Второе чтение прошел пакет законов о реформе МПС. Скоро федеральные железные дороги отреформируют и приватизируют. Для начала все имущество «железки» внесут в качестве уставного капитала в «единый хозяйствующий субъект открытое акционерное общество». Правда, все его акции будут принадлежать государству, а продавать их можно будет только на основании федерального закона, то есть с согласия Думы.

Практически без обсуждения был принят закон «О техническом регулировании», отменяющий действующие законы о стандартизации и о сертификации. Закон имеет целью смягчить административный нажим на предпринимателей. Смысл его состоит в том, чтобы ограничить обязательные требования, предъявляемые государством к производителям и другим участникам рынка, сферой защиты жизни, здоровья и имущества. Конкретные (отраслевые) требования должны быть записаны в специальных законах технических регламентах. Кроме требований, связанных с защитой жизни и имущества, в регламент разрешено включать требования, связанные с охраной окружающей среды, а также «предупреждением действий, вводящих в заблуждение потребителей продукции». По приблизительным подсчетам, регламентов должно быть принято около шестисот. Закон отводит на это семь лет видимо, разработчики считают, что других дел у Думы нет. До момента принятия регламентов все вопросы регулируются правительством.

Отсрочка

11 декабря Дума во внеочередном порядке обсудила закон о внесении изменений в закон «О введении в действие Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации». Изменения были внесены от имени группы влиятельных депутатов разнообразной политической ориентации: Владимира Пехтина (председатель фракции «Единство»), Вячеслава Володина (председатель фракции ОВР), Олега Морозова (председатель группы «Регионы России»), Сергея Иваненко (координатор фракции «Яблоко»), Елены Мизулиной (СПС, заместитель председателя профильного комитета по законодательству), Владислава Резника (координатор фракции «Единство»), Николая Харитонова (председатель агропромышленной депутатской группы), Владимира Жириновского (лидер ЛПДР). Как видим, в стороне от инициативы остались коммунисты и группа «Народный депутат». Вопрос касался сроков введения суда присяжных в регионах России.

Суть проблемы состояла в следующем. Согласно закону о введении в действие УПК, суд присяжных должен был быть введен на всей территории страны с 1 января 2003 года. Для этого правительству было дано поручение к 1 июля 2002 г. обеспечить соответствующую материальную базу (найти помещения, отремонтировать их и т.п.), а также внести в Думу проект закона, предусматривающего порядок формирования списков кандидатов в присяжные заседатели. Правительство, однако, поручения не выполнило. По словам Елены Мизулиной, в октябре 2002 г. думскому комитету по законодательству стало ясно, что введение судов присяжных на территории РФ ставится под сомнение.

Чтобы спасти идею, комитет в срочном порядке сочинил поправки о поэтапном переходе к суду присяжных и разделил все субъекты РФ на группы. В группу передовиков, где суд присяжных был введен с 1 июля 2002 г., вошли 9 регионов. С 1 января 2003-го к ним присоединятся еще 60, а с 1 июля еще 14, в том числе Москва. С 1 января 2004 г. суд присяжных начнет действовать в Карачаево-Черкесии, Ненецком, Таймырском, Эвенкийском автономных округах и Санкт-Петербурге. Наконец, в Чеченской республике (есть и такой субъект в Российской Федерации) присяжные приступят к работе только с 1 января 2007 года. Таким образом, в изложении комитета причиной отсрочки была нерадивость правительства.

Коммунисты выдвинули другую версию. Как объяснил координатор фракции Сергей Решульский, исполнительная власть оттягивает введение суда присяжных, чтобы продлить мораторий на смертную казнь. Как известно, ст.20 конституции устанавливает, что смертная казнь может применяться «в качестве исключительной меры наказания за особо тяжкие преступления против жизни при предоставлении обвиняемому права на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей». Представители комитета с возмущением отвергли эту версию и сказали, что к смертной казни их поправки не имеют никакого отношения. Тем не менее, на взгляд стороннего наблюдателя, коммунисты все-таки были правы. Во всяком случае, против поэтапного перехода к суду присяжных голосовали (или не участвовали в голосовании, что с точки зрения результата одно и то же) откровенные пропагандисты смертной казни левые и фракция «Народный депутат».

Закон был принят со второго раза 236 голосами. «Единство», ОВР, СПС и ЛДПР голосовали за него солидарно; в «Яблоке» и «Регионах России» его поддержало подавляющее большинство. Без голосов правых закон бы не прошел. Интересно, что СПС и «Яблоко» проголосовали за закон после того, как Дума отказалась учесть их поправки и ускорить введение суда присяжных в Москве и Петербурге.

Таким образом, если Совет Федерации не взбунтуется (что маловероятно), мораторий на применение смертной казни в России будет действовать еще пять лет. Конечно, приятно, что исполнительная власть не потакает инстинктам избирателей и не реагирует на просьбы вернуть народу казни. С другой стороны, неприятно, что президент, при всей своей популярности, не рискует просто отменить государственные убийства.

Автоматические выборы

15 декабря Дума одобрила во втором чтении законопроект о государственной автоматизированной системе (ГАС) «Выборы». Она нужна для подсчета голосов избирателей дела, казалось бы, чисто технического. Вроде бы какие тут могут быть проблемы? Оказывается, могут.

У правых («яблочника» Сергея Митрохина, членов фракции СПС Бориса Надеждина и Владимира Коптева-Дворникова) и левых (члена агропромышленной группы, коммуниста Александра Салия) оказалась масса претензий к законопроекту. Так, их беспокоило, что, согласно нынешней (принятой) редакции законопроекта, ГАС «Выборы» можно использовать не только в ходе выборов и референдумов, но и в других целях, причем цели эти не сформулированы прямо в самом документе. Представлявший законопроект председатель Центральной избирательной комиссии Александр Вешняков в ответ на этот упрек сказал, что случаи использования системы не по прямому назначению должны утверждаться федеральным законом. Но при нынешней конфигурации Думы это не препятствие к тому, чтобы, например, использовать информацию об избирателях в фискальных целях.

Также, по мнению критиков закона, систему можно использовать для сбора и анализа персональной информации о гражданах, ибо в тексте документа не записано, какие данные должны вноситься в систему.

Наконец, представители правой и левой части Думы испытывают недоверие к честности выборов, которые будут проводиться с использованием сложных технических средств. Александр Салий считает, что отказ от «ручного» подсчета упрощает манипуляции с результатами голосования. По мнению Сергея Митрохина, автоматизация выборов, во-первых, создает широкие возможности для фальсификации их итогов уполномоченными органами (то есть ЦИКом и всей системой избирательных комиссий), во-вторых, открывает простор для деятельности желающих прославиться хакеров. Как убежден Митрохин, опытному хакеру не составит труда сорвать федеральные выборы, обнулив результаты, или подменить цифры, подарив победу какой-нибудь несусветной партии.

Большинство Думы, однако, не дало себя запугать и храбро проголосовало за автоматизацию, однако не следует ожидать, что принятие закона обеспечит ускорение подсчета голосов. Уровень доверия к структурам, отвечающим за подведение итогов выборов, таков, что везде, где это возможно (то есть во всех крупных и средних городах) бюллетени по-прежнему будут пересчитывать руками в присутствии наблюдателей.

ЕКАТЕРИНА МИХАЙЛОВСКАЯ


Москва



©   "Русская мысль", Париж,
N 4436, 19 декабря 2002 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

 ...