ЛИТЕРАТУРА, МЕМУАРЫ

 

Царская охота
в Беловежской Пуще

Отрывок из воспоминаний
гродненского губернатора
Михаила Михайловича Осóргина

Интернет-версия публикации в 4-х частях: часть 1-я
Начало.

Вскоре по приезде моем в Гродно я предпринял подробное обозрение губернии по следующему маршруту: Сокольск, Белосток, Бельск, Пружаны, Беловежская Пуща, Волковыск и Слоним. Ехал я в отдельном салон-вагоне, в котором все время и жил; днем обозревал все учреждения, принимал должностных лиц, в каждом городе посещал прежде всего православный храм, затем костел и синагогу. (...)

В эту поездку приятно мне было посещение Беловежской Пущи. Ехал я туда с определенной целью: подробно ознакомиться как с администрацией Пущи, так и с местностью, но, главное, с характером населения, так как в этом году ожидался приезд государя на охоту. В Пущу я приехал на лошадях из города Пружаны, то есть проехал всю южную часть Пущи. За несколько дней до моего приезда, здесь прошел циклон шириной приблизительно в четверть версты и захватил край Пущи, так что видна была в этом девственном лесу полоса развороченного леса; это был какой-то хаос: местами деревья лежали корнями кверху. (...)

Меня предупреждали о красоте Пущи, но все же действительность превзошла мои ожидания; не столько необъятность леса (по пространству Пуща занимала 230 тыс. десятин в трех уездах: Пружанском, Волковыском и Бельском), сколько разнообразие фауны и флоры меня поразило: то едешь вековым хвойным лесом, то дубовым, то лиственным лесом средней полосы России, причем все время мелькают и перебегают шоссе звери, которых мы привыкли видеть в зоологических садах, разнообразные породы диких коз, олени, кабаны, не говоря уже о зубрах, постоянно встречаются, даже не особенно пугаясь экипажей.

Управление Пущи совершенно особенное, какое-то экстерриториальное; там было два главных начальника: один, заведующий Пущей, Колокольцов (...), другой, генерал Попов, начальник дворцового управления, ведавший одним лишь дворцом и зданиями. Между этими лицами всегда была маленькая вражда, но к моему приезду они объединились и встретили меня так радушно и любезно, что день, проведенный там, остался у меня в памяти как одно из лучших воспоминаний. Кроме моих чиновников, меня сопровождали предводитель дворянства Вышеславцев и исправник Пеленкин. Едва я успел приехать, как Колокольцов и Попов явились ко мне с визитом и объяснили мне, что в этот день генерал Попов именинник и потому они меня делят между собой: завтракать я должен был у Колокольцова, а обедать и вечер проводить у Попова, которому местное общество в виде сюрприза приготовило любительский спектакль. Общество было очень большое и крайне симпатичное. (...)

Управление Пущи по количеству служащих могло конкурировать с управлением губернаторским. Пуща была разделена на пять имений, и в каждом был свой управляющий с целым штатом служащих, подчиненных Колокольцову; кроме того, особое управление охотой с ловчим Нерви во главе, и большое дворцовое управление, подчиненное Попову. Не только все имения были соединены телефоном с управлением Пущи, но и охотничьи дома зубровых смотрителей; это была особая должность, на их обязанности было следить за благополучием зубров, устраивать их кормежные сараи, в случае заболевания одного из них загонять их в особые назначенные для этого пространства десятин в 50, где целый штат ветеринаров их лечил; в случае же ухода зубра из пределов Пущи смотритель обязан был следить за ним, хотя бы в пределах другой губернии, и принять все меры к загону животного назад в Пущу.

Я помню, как меня поразило, когда я отдавал визит Колокольцову, что вдруг ему позвонил в телефон один из смотрителей зубров, чтобы доложить, что один зубр обломал себе хвост. (...)

Время между завтраком у Колокольцова и обедом у Попова посвящено было обсуждению ожидаемого приезда государя. На моей обязанности лежала только охрана государя в пути и в самой Пуще во время прогулок и охот. Сам же дворец во время пребывания государя поступал в ведение дворцовой полиции. Охрана самой Пущи была не шуточная, как по величине пространства, так, главное, потому что сталкивались два интереса: усиленная охрана могла повредить успеху охоты, запугав зверей; вот почему и требовалось подробное совещание с Колокольцовым и с исправником Пеленкиным (...) Помимо трудности сочетания охраны с интересами охоты, была еще большая трудность, а именно характер самого государя, который не любил всякие меры предосторожности, а во время своего пребывания в Беловеже мечтал о полном отдыхе частного человека. Я думаю, что он сам не знал, какой ценой забот, трудов и трат давалась его охота в Беловеже.

План охоты разрабатывался Колокольцовым с Нерви; составлялось расписание, в каком месте и в какие дни будет произведена облава; эти предположения посылались на утверждение в Петербург в Управление императорской охоты, и если получали одобрение, приводились в исполнение.

 

Продолжение: часть 2-я

 



©   "Русская мысль", Париж,
N 4412, 06 июня 2002 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

 ...