Думское языкознание

Знаками «х» в этом тексте отмечены слова, употребление которых либо запрещено законом, либо сомнительно с точки зрения закона

Когда думцы рассматривали закон во втором чтении, у него было несколько другое имя «О русском языке как о государственном языке», но глава государства предложил его изменить, и члены нижней палаты с ним согласились. Это правильно, потому что язык, о котором идет речь в законе, не совсем русский. Точнее, русский, но не весь.

Главные запреты, которые вводит закон, такие: «При использовании русского языка как государственного языка не допускается использование просторечных, пренебрежительных, бранных слов и выражений, а также иностранных слов при наличии общеупотребительных аххххххв в русском языке». Знаками «х» здесь и ниже отмечены слова, употребление которых либо запрещено законом (иностранное слово, обозначающее соответствие), либо сомнительно с точки зрения закона (я, например, как языковед по образованию, считаю, что два иностранных слова, которыми сейчас называют то самое государство, вполне можно заменить общеупотребительным соответствием «Русский Союз»).

Члены Думы, принимая закон, осознавали всю тяжесть обязательств, которые он налагает на говорящих по-русски. Поэтому гражданам было сделано послабление. Дома и на улице они могут говорить, не на государственном языке, а на обыкновенном, русском. Но уже на работе ни-ни, потому что «государственный язык подлежит обязательному использованию» не только в учреждениях власти, но и «в деятельности и наименованиях оxxxxxxxxxй всех фххм собственности». Как пользоваться этим особым правом граждан, показал обществу член Думы Владимир Жириновский, который в качестве частного лица обратился к главе дружественного государства с просторечными, пренебрежительными и бранными словами. Дело расследует думская кхххххя по эхххе, но оно пока не двигается, потому что у членов собрания нет приспособлений, чтобы установить, кем был Жириновский, когда произносил непотребное, заместителем председателя Думы (государственного учреждения) или просто гражданином?

Не все в Думе довольны новым законом. Оба правых объединения в Думе (Союз правых сил и «Яблоко») резко возражали против его принятия. Это удивительно, потому что им-то как раз закон непосредственно не угрожает, в отличие от кхххххххххв, аххххххв и членов объединения «Рхххххы Рххххи». Член думы Борис Надеждин (СПС) сказал, что для защиты русского языка нужно поднять зарплату учителям. Сергей Митрохин («Яблоко») просил думцев хотя бы вычистить из закона иностранные слова, однако думское большинство решило, что и так сойдет. Огорченные «яблочники» опубликовали воззвание, в котором указывают на недостатки закона.

По их мнению, он нарушает права граждан. Так, «в соответствии с Кххххххххххй хх, рххххххххи вправе устанавливать свои государственные языки и самостоятельно рххххххххххххххь их использование. Введение фхххххххххм законом обязательности использования русского языка в наименованиях охххххв государственной власти схххххххв Рххххххххй Фхххххххи нарушает их кхххххххххххххе права. Например, название представительного охххха Республики Бурятия Народный Ххххх не будет соответствовать новому фхххххххххху закону. Пххххт закона «О государственном языке» ущемляет права граждан, которые в настоящий момент могут обращаться в государственные оххххы, охххххххххи и учреждения на родном языке. После принятия закона граждане должны будут использовать исключительно русский язык при взаимоотношениях не только с государственными оххххххи, но и с оххххххи местного самоуправления, а также с охххххххххххи всех фххм собственности».

В связи с тем, что закон вводит запрет на использование иностранных слов при наличии общеупотребительных соответствий в русском языке, «яблочники» справедливо указывают на то, что «согласно закону, нельзя будет употреблять слова: "дхххххт" (надо будет использовать слово "избранник"), "пхххххххт" ("председатель"), "кхххххххр" ("вычислительная машина")». Они совершенно правы. Более того: нужно будет перевести все законодательство на государственный язык. Сейчас едва ли найдется хоть один закон, сочинители которого не согрешили бы иностранным словцом. Начать следует, конечно, с основного закона страны, который, к общему стыду, и называется-то не по-русски.

Для печатных изданий, а также изданий непечатных (таких, которые передаются по воздуху, по проводам, а также другими хитрыми способами) тоже есть маленькая поблажка. В законе говорится, что «государственный язык хх подлежит обязательному использованию в деятельности оxxxxxxxxxй хххххххххвещания, рххххххй пхххххххххххх печатных изданий, за исключением случаев, если использование лхххххи, не соответствующей нххххм русского языка как государственного языка хх, является неотъемлемой частью художественного замысла». Таким образом, в исключительных случаях сотрудники изданий все-таки могут позволить себе бранные выражения. Честно говоря, от соблазна воспользоваться этим правом здесь и сейчас удерживает только острое нежелание уподобиться Жириновскому.



©   "Русская мысль", Париж,
N 4443, 13 февраля 2003 г.


ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ СЕРВЕРА »»: РУССКАЯ МЫСЛЬ

     ...