СОБЫТИЯ И РАЗМЫШЛЕНИЯ

Президент Чечни посетил Польшу

А в Дагестане власть объявила священный поход против коррупции

Похоже, в оставшиеся месяцы 1998 г. Северный Кавказ так и останется для российского руководства второстепенной проблемой. Формально центр проявляет внимание к ситуации в регионе: создано министерство по национальной политике, Евгений Примаков встретился с руководителями Дагестана, Ингушетии, Северной Осетии, беседовал по телефону с президентом Чечни. Однако отсутствие общей концепции северокавказской политики и очевидное превращение кабинета министров в "пожарную команду", сосредоточенную на общероссийских финансовых и социально-экономических проблемах, показывает, что Кавказ на ближайшее время останется на периферии внимания федеральных властей. Как говорится, пока гром не грянет...

Духи забытых предков - против законно избранного президента

Главным итогом прошедшей недели в Чечне стала дальнейшая консолидация оппозиционных Аслану Масхадову сил вокруг возрожденного Общенационального конгресса чеченского народа (ОКЧН). Из небытия воскресает некогда известная организация, осуществившая переворот 1991 г. и приведшая к власти Джохара Дудаева, а затем распущенная за ненадобностью. Причина воссоздания ОКЧН - проблемы с легитимацией своих действий, возникшие у антипрезидентской оппозиции. Созванный Масхадовым 8 октября Общенациональный съезд чеченского народа отверг требования оппозиционеров, обвинивших президента в превышении власти. Аналогичную позицию занял и парламент республики. После такого конфуза апелляция к ОКЧН как образованию, весьма символичному для современного периода чеченской истории, выглядит удачным парированием претензий Масхадова на выражение интересов всего народа республики.

Очевидно, что вызывая "дух ОКЧН", лидеры оппозиции Басаев, Радуев и Исрапилов подчеркивают не только свою верность "идеалам национально-освободительной борьбы", но и готовность к решительным действиям в случае отказа власти пойти им навстречу. Соответствующие заходы уже делаются: так, по заявлению Шамиля Басаева, Масхадов недавно получил "оружие от Степашина и войск Северо-Кавказского военного округа". Распространяя слухи о "сговоре" Масхадова с Москвой, оппозиция пытается создать у населения убеждение, что президент - хоть и избранный, но "не наш", а значит, нечего за него и держаться.

Побочное направление приложения сил оппозиции - усиление давления на парламент Чечни и шариатский суд. В случае, если значительная часть депутатов признает действия Масхадова неконституционными, оппозиция получит моральное право игнорировать мнение остальных. Поэтому и выдвигается требование об отставке нынешнего спикера парламента, поддерживающего президента, и о пересмотре состава парламентской комиссии, созданной для анализа выдвинутых против Масхадова обвинений. Не исключено, что через какое-то время вбить клин между парламентом и президентом все-таки удастся - этому, например, весьма способствует волюнтаристский, без учета мнения депутатов, подбор кандидатур в новое правительство Масхадова.

Другой важный сюжет чеченской политики последних недель - очередное похищение иностранцев, на этот раз британских инженеров из компании "Грейнджер телеком", работавших над созданием системы сотовой связи по соглашению с фирмой "Чечентелеком" (кстати, патронируемой вице-президентом республики, ныне перешедшим в оппозицию Вахой Арсановым). Вслед за президентом, объявившим на съезде 8 октября кровную месть всем похитителям людей, это сделали Ваха Арсанов, Салман Радуев, Зелимхан Яндарбиев и Руслан Гелаев. Сам захват трактуется инициаторами мести как попытка подорвать доверие к ним со стороны влиятельных западных инвесторов.

Похоже, однако, что Масхадов считает внутриполитический кризис в целом миновавшим и даже счел возможным покинуть пределы республики, чтобы посетить Польшу. Там расположен информационный центр Чеченской республики, игравший важную роль в организации моральной и финансовой поддержки Европы Дудаеву и его соратникам в 1994-1996 гг. Теперь этот центр пытается создать условия для постепенного признания европейскими странами независимости Чечни от России хотя бы де-факто. Своей поездкой Масхадов преследует несколько целей. Во-первых, президент стремится сохранить не слишком устойчивые неофициальные связи с европейским истеблишментом, которые находятся под угрозой ввиду обвинений в попустительстве чеченских властей похитителям иностранцев. К этому же располагает тематика конференции по правам человека, на которую приглашен Масхадов. Одновременно президент стремится поддержать "имидж" творца самостоятельной внешней политики, ориентированной на международное признание чеченской независимости (а значит, отвести обвинения в "сговоре с Москвой"). Наконец, поездка в Польшу служит целям демонстрации единства внутри руководства республики: в состав делегации входит один из видных лидеров и идеологов исламско-радикального политического течения, министр иностранных дел в прежнем правительстве Мовлади Удугов.

Борьба с коррупцией как политическая технология

Обострение борьбы за власть в Чечне не послужило пока поводом к дестабилизации обстановки в соседнем Дагестане. Налицо некая поляризация сил власти и оппозиции, действующих по обе стороны чечено-дагестанской границы: президент Масхадов и председатель Госсовета Магомедов сообща борются против исламских радикалов-ваххабитов и против претендентов на власть из числа влиятельных "полевых командиров". Как и Грозному, Махачкале пока удается удерживать перевес над своими внутренними противниками.

Удачной находкой Магомедали Магомедова стало раскручивание темы "борьбы с коррупцией", априорно популярной в республике, насквозь пропитанной клановыми отношениями и непотизмом. Под лозунги антикоррупционной кампании удалось подвести неугодных власти политиков, особенно опасных в преддверии намеченного на весну референдума о введении поста президента. Активно работает на Магомедова бригада следователей федерального МВД, возглавляемая первым замминистра Владимиром Колесниковым. Помощь "братьев по вере" из Чечни оппонентам Магомедова не пришла - тамошняя оппозиция, занятая внутренними проблемами, ограничилась заверениями в поддержке и дежурными угрозами в адрес Москвы.

Магомедову удалось предотвратить возможное объединение национальных движений и изолировать лидеров лакского движения Магомеда и Надира Хачилаевых. Поддержку председателю Госсовета продолжает демонстрировать Народное собрание (парламент) республики, депутаты которого 30 сентября отказались от собственной депутатской неприкосновенности и тем самым поддержали антикоррупционную кампанию. Еще одним успехом властей стал арест бывшего председателя городского собрания Махачкалы Курбана Махмудгажиева: пробыв несколько недель в бегах, он по доброй воле сдался властям. Махмудгажиева местное управление ФСБ считает заказчиком многочисленных покушений на мэра Махачкалы Саида Амирова - его основного конкурента на выборах главы столичной администрации. Согласно сложившейся в республике системе распределения власти, даргинец Амиров не мог стать мэром Махачкалы, и этот пост должен был возглавить аварец.

Итак, власти вроде бы удалось переломить тенденцию политической дестабилизации в республике, развивавшуюся на протяжении весны-лета. Теперь конъюнктурная задача Магомедова - с одной стороны, сохранять управляемость процессами, с другой - демонстрировать центру наличие в республике серьезных социально-политических проблем, чтобы наладить бесперебойное получение финансовых субвенций. В этом глава Госсовета уже заручился поддержкой Совета Федерации: 15 октября верхняя палата парламента обратилась к правительству с просьбой до конца 1998 г. профинансировать в полном объеме все расходы на оказание финансовой помощи Дагестану.

Впрочем, отношение к фигуре Магомедова в Москве весьма неоднозначно. Новый министр национальной политики Рамазан Абдулатипов, сам аварец, резко критикует руководство Дагестана, которое, по его мнению, является главным виновником нарушения межэтнического баланса в республике. Как заявил Абдулатипов, "сегодняшнее состояние позорно для власти", и после убийства депутата Госдумы Гамидова и муфтия Абубакарова "нормальные люди должны были уйти в отставку". Скорее всего, установившееся сегодня относительное затишье (о его относительности говорит хотя бы очередной террористический акт, совершенный против российского военного эшелона 9 октября на железной дороге Махачкала-Буйнакск) продлится самое позднее до весны...

АЛЕКСЕЙ ЧЕСНАКОВ

Москва

(С) "Русская мысль", N 4242,
Париж, 22 октября 1998 г.

 

К оглавлению архива газеты

К оглавлению этого выпуска

Следующий материал

На главную страницу газеты


      РУССКАЯ МЫСЛЬ